ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Формирование опыта государственного руководства главным образом под воздействием Гражданской войны также оказало влияние на Сталина. Как и у других советских руководителей, его первый в жизни опыт государственной деятельности сложился в чрезвычайных условиях Гражданской войны, а поэтому оставил след в склонности прибегать к военным мерам для наведения порядка и управления людьми. Видимо, учитывая перспективу развития международных отношений, он исходил из того, что война и подготовка к войне будут составлять главную сторону государственной деятельности и в будущем. Поэтому Сталин постарался не только обратить внимание на чрезвычайные способы управления страной в условиях хаоса Гражданской войны, но и как можно глубже изучить военное искусство, а также применять основы военной науки в политической и государственной деятельности.

После завершения Гражданской войны Сталин все чаще воспринимает процессы общественной жизни как события, развертывавшиеся на театре военных действий. Понятия «фронт», «армия», «резервы», «наступление» и прочие слова из военной лексики стали применяться им для обозначения предметов и явлений мирной жизни. Хлебозаготовки воспринимались им как «хлебный фронт», развитие системы образования для рабочих он сравнивал со «штурмом крепости», а политический оппонент расценивался им как вооруженный враг или тайный лазутчик. Однако он не ограничился лишь использованием военной терминологии. Как это было характерно для всех этапов его жизненной деятельности, Сталин постарался извлечь из обретенного опыта максимум поучительного для своей последующей деятельности. Участие в подготовке и проведении боевых операций Гражданской войны настолько повлияло на Сталина, что, лишь вооружившись этим опытом, он стал писать теоретические исследования о методах политической работы.

Одна из первых теоретических работ Сталина, написанная им весной 1923 года и посвященная вопросам политики партии, получила название «К вопросу о стратегии и тактике русских коммунистов». Судя по содержанию этой работы, очевидно, что Сталин увидел в военной науке методы, которые в наибольшей степени применимы для политической деятельности в век, когда войны являлись важнейшим фактором в жизни человечества. Политическая деятельность виделась Сталину как подготовка и осуществление боевых операций. Он утверждал, что политическая стратегия «намечает… схему расположения сил пролетариата и его союзников на социальном фронте… Стратегия меняется в моменты исторических поворотов, переломов, она обнимает период от одного поворота (перелома) до другого, поэтому она направляет движение к известной общей цели, обнимающей интересы пролетариата за весь этот период, она добивается того, чтобы выиграть войну между классами, наполняющую весь этот период, ввиду чего она остается за этот период без изменений».

Политическая тактика, по определению Сталина, «намечает такие конкретные пути завоевания широких масс на сторону ревпролетариата и подвода их к боевым позициям на социальном фронте… которые вернее всего подготовляют успех стратегии… Тактика, обнимая не всю войну, а только отдельные ее сражения, ведущие к выигрышу или проигрышу войны, меняется (может меняться) несколько раз в течение стратегического периода… Задача тактики состоит в том, чтобы так повести массу на борьбу, дать такие лозунги, так подвести массы к новым позициям, чтобы борьба дала в сумме выигрыш войны, т. е. стратегический успех». Военный опыт научил Сталина методике выбора наиболее удачных вариантов достижения стратегической цели с учетом объективных условий.

При этом Сталин старался не перечеркнуть свои знания, полученные в «университете революции», а соединить их с опытом Гражданской войны. Это проявилось в сравнении им примеров различных боевых операций 1918–1920 годов с политическими действиями партии в дооктябрьский период. В своей статье «К вопросу о стратегии и тактике» Сталин сравнивал выбор РСДРП политического курса в первые годы своего существования с выбором направления главного удара по войскам Деникина. Он иллюстрировал положение о тактическом успехе в политике напоминанием о том, как «успехи нашей кавалерии под Воронежем и пехоты под Орлом создали обстановку, благоприятную для удара под Ростовом». Он доказывал гибельность для кампании тактического успеха, если он не соответствует стратегическим возможностям, указав на увлечение Деникиным прорывом к Москве осенью 1919 года и попытку Красной Армии решить «непосильную задачу прорыва в Европу через Варшаву».

Останавливаясь же на «формах организации», Сталин замечал: «Задача военного искусства состоит в том, чтобы обеспечить за собой все роды войск, довести их до совершенства и умело сочетать их действия. То же самое можно сказать о формах организации в политической области. Здесь, так же как и в военной области, формы организации приспособляются к формам борьбы». Говоря о значении лозунга и директив, Сталин писал: «Удачно формулированные решения, отражающие цели войны или отдельного сражения, популярные в войсках, имеют иногда решающее значение на фронте как средство вдохновить армию к действию, поддержать дух и пр. Соответствующие приказы, лозунги или воззвания к войскам имеют для всего хода войны столь же важное значение, как первоклассная тяжелая артиллерия или первоклассные быстроходные танки. Еще большее значение имеют лозунги в политической области, где приходится иметь дело с десятками и сотнями миллионов населения с их разнообразными требованиями и потребностями».

Приобщившись к основам военного искусства, Сталин сумел выработать ряд положений о политической стратегии и тактике, которые затем вошли в его работу «Об основах ленинизма»: сосредоточение главных сил в решающий момент на наиболее уязвимом для противника пункте; выбор момента решающего удара; неуклонное проведение уже принятого курса через все и всякие затруднения; маневрирование резервами, «рассчитанное на правильное отступление, когда враг силен, когда отступление неизбежно»; выдвижение на первый план тех именно форм борьбы и организации, которые более всего соответствуют конкретной обстановке; «нахождение в каждый данный момент того особого звена в цепи процессов, ухватившись за которое можно будет удержать всю цепь и подготовить условия для достижения стратегического успеха».

Уроки, извлеченные им из опыта Гражданской войны, сыграли важную роль в его становлении как одного из главных руководителей партии. Эти уроки помогли ему лучше анализировать политическую обстановку и находить решения, отвечающие реальным возможностям. Соединение методики военной науки с политической практикой существенно усилило его позиции в ходе соперничества между различными группировками в партии и стране.

Глава 7

Тень грядущей войны над СССР

Прекращение Гражданской войны не принесло Советской стране устойчивого мира. В 1921 году Лев Каменев признавал: «Наши предположения о быстрой помощи, которая могла бы прийти к нам из Западной Европы в виде мировой революции, по крайней мере, в одной или двух капиталистических странах, не осуществляются с той быстротой, которая была бы желательна и которая чрезвычайно быстро облегчила бы нашу задачу… Мы находимся в таком периоде, когда можно ожидать с часу на час, что старая законченная империалистическая бойня породит как свое естественное продолжение какую-нибудь новую, еще более чудовищную, еще более гибельную империалистическую войну». Такая война неизбежно бы затронула и Советскую Россию, еще не оправившуюся от тяжелого разорения Гражданской войны и иностранных интервенций.

Характеризуя положение Советской страны в своей статье «Партия до и после взятия власти», опубликованной в «Правде» 28 августа 1921 года, Сталин писал: «Октябрь имеет и теневую сторону». Он обращал внимание на то, что «Россия до сих пор представляет социалистический остров, окруженный более развитыми в промышленном отношении, враждебными ей капиталистическими государствами». При этом он подчеркивал, что «Россия в хозяйственном отношении страна отсталая, ей очень трудно своими собственными силами поставить транспорт, развить индустрию и электрифицировать городскую и сельскую промышленность».

32
{"b":"306","o":1}