ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Прошлое… Былое… В них заключены неисчерпаемые моральные и материальные силы. Древние римляне не зря обожествляли Януса. У Януса было два лица не потому, что он был двуликий, как часто говорят. Нет, он был мудрым: одно его лицо было обращено к прошлому, другое – к будущему. И это позволяло ему всегда оставаться сильным.

А сколько бы силы прибавило нашей молодежи знание пути, пройденного отцами и дедами! Увы, сейчас нередко встретишь людей, которым в поединке двух прославленных футбольных команд, в захватывающем состязании баскетболистов или боксеров видятся только желанные два очка, только победа «своих» – и баста. Как бы хотелось, чтобы перед ними, как азбука спорта, встали рассказы о тех днях, когда наши первые посланцы отправлялись за кордон как полпреды в красных футболках. Когда они, несмотря на вой и неистовство буржуазии, вздымали алые знамена над чужими, враждебными стадионами и завоевывали сердца миллионов верой в Родину, любовью к ней. О тех днях, когда лучшие люди России боролись за то, чтобы открыть к спорту путь рабочему люду.

Прошлое должно нас привлекать и потому, что оно дало отечественному спорту Целую плеяду поистине блистательных мастеров, людей удивительно талантливых, которых только обстоятельства, только ограниченность наших международных связей не сделали мировыми знаменитостями. Несколько лет назад один из читателей – москвич Алексей

Иванович Приходько – принес мне стокгольмскую газету «Политикен» за 1923 год, в которой рассказывалось о нашей сборной, впервые посетившей Швецию. В заметке, любезно переведенной Алексеем Ивановичем, говорилось: «Мы увидели в их команде (т. е. в сборной РСФСР. – Л. Г.) немало ярких талантов, но, признаемся, настоящим откровением, настоящим чудом явилась игра вратаря Соколова. Любая профессиональная команда Европы, любой клуб на материке и даже в Англии посчитал бы за честь иметь в своем составе такого игрока». Увы, в ту пору мы не могли принимать участие в официальных состязаниях европейского и мирового масштаба. Иначе задолго до Льва Яшина мир узнал бы – не сомневаюсь! – и отдал должное и другому вратарскому гению – Николаю Соколову. Но мы-то сами как долго не вспоминали в послевоенные годы этого замечательного мастера, вдохновенного труженика, пламенного патриота. А ведь его жизнь – честная, красивая, яркая – прекрасный пример для молодых, для всех. Десятки фамилий, десятки спортивных подвигов преданы по нашей неряшливости забвению. Они ждут своих рассказчиков.

Мы должны постараться воскресить в памяти и сердцах нынешнего поколения каждую из них. Мы должны оживить содеянное ими, оживить историю, принести вчерашнее в сегодняшний день.

Задача это, конечно, трудная. Картины, написанные художниками, висят в музеях – можно пойти и посмотреть Врубеля и Левитана, Рембрандта и Федотова, Репина и Сурикова, Веласкеса и Шишкина… Посмотреть и решить, кто тебе больше по душе. Можно зайти в библиотеку и взять томик Пушкина или Евтушенко, почитать «довоенного» Симонова, взять билет в кинотеатр повторного фильма и провести полтора часа наедине с забытой лентой. Можно, наконец, даже услышать запись Шаляпина и Собинова, Москвина и Качалова… А матчи, которые прошумели до нас, игроки, которых мы не застали, остаются часто всего лишь легендой – не больше.

Да, мы часто утверждаем, что даже самые прекрасные, самые удивительные состязания умирают – их не воскресишь. Недавно мне довелось присутствовать на торжествах, посвященных юбилею фильма «Вратарь». Лента пролежала в архиве тридцать лет, но мальчишки конца шестидесятых годов увидели Кандидова таким, каким видели его мы – мальчишки довоенной поры. И так же, как тогда, шел матч против «Черных буйволов». Но никогда уже не увидать ни моему сыну, ни его сверстникам, как забивал шесть голов «Спартак» в расколдованные ворота басков, как неотразимый удар Всеволода Боброва лишил московских динамовцев звания чемпиона. Мы знаем и можем в любую минуту подтвердить свои знания в том, что Сергей Есенин был великолепным поэтом, великим лириком. Но мы можем только верить на слово, что его современник Федор Селин был подлинным поэтом футбольного поля.

И все же творческий труд, истинный талант и вдохновение спортсменов не исчезают; они могут быть на время незримыми, как вода, уходящая под землю. Но где-то, когда-то они вырываются наружу, орошая почву, на которой растут, действуют, изумляют наш взор уже новые таланты, новое поколение советского спорта. Я смотрю в Лужниках матч нашей сборной против национальной команды Венгрии. Кругом восхищаются: «Вот это да!», «Такого еще не бывало!» – а я вспоминаю штурм, на который пошли московские динамовцы против «Арсенала» в незабываемом сорок пятом, и ничью, вырванную у югославов в пятьдесят втором при счете 5:1 в их пользу. Я сижу в гуще молодежи и вдруг слышу восторженный возглас:

– Во ударил, как Федотов!

Оглядываюсь. Передо мной парнишка, родившийся тогда, когда Григорий Иванович уже перестал выступать.

Смотрю на Яшина и вспоминаю Соколова, Жмелькова, Акимова, Хомича… Смотрю на Стрельцова и вспоминаю Пономарева, Пайчадзе, Симоняна… Часто слышу я эти имена на стадионах, на товарищеских встречах. И тогда кажется, что они еще в строю и их мастерство, их страсть, их вдохновение помогают нам в битвах мировых и европейских чемпионатов, в олимпийских сражениях, в споре за кубки…

Свой рассказ я начал с легенды о Николае Детлове – с легенды о великой любви к футболу, о верности ему. Летопись этой увлекательнейшей и популярнейшей из игр хранит немало примеров такой верности. Часто она проявлялась не у отдельных людей, а у целых семей. У нас, в России, есть футбольные семьи, футбольные фамилии, без которых невозможно представить историю и понять ее. О некоторых мы знаем достаточно полно, например о Старостиных, оказавшихся, к счастью, не только выдающимися мастерами футбола, но и его бытоописателями. О других, увы, не знаем почти ничего или знаем очень мало.

На протяжении ряда лет автор этих строк работает над тем, чтобы ликвидировать этот пробел. Книга «Ожившие легенды» – это книга о знаменитых футбольных фамилиях, о людях с горячими сердцами, о неумирающих спортивных подвигах и бессмертной спортивной славе. Это книга о дорогих мне легендах, о близких мне героях советского спорта, и я с понятным волнением отдаю ее на суд читателей.

Легенда вторая, в которой пойдет речь о шести братьях, каждый из которых оставил свой след в истории русского футбола

Одну из своих недавних статей, посвященных семидесятилетию любимой игры, Василий Павлович Бутусов озаглавил романтично: «Мы были Колумбами русского футбола». Эти слова он относил к своему поколению, к тем многочисленным – известным и безвестным – героям отечественного спорта, которые приняли и полюбили футбол тогда, когда был он еще не признанным кумиром в царстве игр, а эдакой спортивной Золушкой, ютившейся в прямом и переносном смысле слова на задворках царской России.

Говоря обо всех, Василий Павлович вместе с тем, конечно, относил к числу наших футбольных Колумбов и знаменитую спортивную свою фамилию. Но здесь он явно поскромничал. В истории отечественного футбола этой одной из самых удивительных и поистине легендарных семей отведено было судьбой особое место. С ней связан целый исторический период, охватывающий несколько десятков лет и знаменующий собой этапные события.

– Достаточно изучить биографию Бутусовых, чтобы считать себя истинным знатоком истории нашего футбола, – сказал один из ораторов на торжественном ужине, посвященном пятидесятилетию одного из династии Бутусовых – несравненного Михаила Павловича. В этой шутке значительная доля правды. И мы еще не раз убедимся в справедливости такого утверждения. Мы еще не раз убедимся, что знаем об этой семье слишком мало и не воздали ей должного до конца. Заранее оговорюсь, что данным очерком автор не ставит перед собой задачу исправить положение. Нет, мне хочется лишь более или менее четко систематизировать все, что нужно сказать об этих людях в первую очередь. Я тешу себя мыслью, что когда-нибудь появится у нас большая интересная книга о Бутусовых – книга, которая будет учить молодежь и читаться «взахлеб».

3
{"b":"350","o":1}