ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Бальтасар Грасиан

Критикон

Часть первая. ВЕСНА ДЕТСТВА И ЛЕТО ЮНОСТИ

Дону ПАБЛО де ПАРАДА [1], кавалеру ордена Христа [2], генералу от артиллерии и губернатору Тортосы [3]

Будь перо мое столь же остро, как шпага Вашего сиятельства, тогда, пожалуй, можно было бы извинить самонадеянное притязание на столь высокое покровительство. Но нет, именно из-за несовершенства и нуждается мое перо в могучей защите. Вместе с Вами, Ваше сиятельство, родилась на Вашей родине, в Лиссабоне, сама отвага: возрастала она в Бразилии, средь бурных опасностей, и заблистала в Каталонии, в славных победах. Вы отразили храброго маршала де Ламот [4] во время приступов, коими он угрожал Таррагоне с поста Сан-Франсиско, столь отважно затем отвоеванного Вашим мужеством и полком. Впоследствии Вы потеснили слывшего непобедимым графа д'Аркур [5], выгнав его из траншеи под Леридой и атаковав со своими гвардейцами Королевский форт, который Вы взяли и защитили вопреки всем опасениям. Много других подобных деяний мог бы я назвать, ратным гением Вашим сперва задуманных, а затем великим мужеством Вашим осуществленных. Соперничая с ними, сопутствовала Вашему сиятельству удача, когда были Вы генералом флота, – дабы благополучно вели его в Испанию с богатствами несметными. С того и пошел спор меж высокими министрами – в чем успешнее Ваше сиятельство, в морских ли делах или в сухопутных, ибо Вы равно отличались в тех и в других. Дабы в истинах этих – хотя и столь очевидных – никто не усомнился, ибо исходят они от преданного друга, желал бы я высказать их устами какого-либо врага, да вот незадача – не нахожу ни единого! Был, правда, один, что, желая выказать свою независимость, пробовал прикинуться врагом Вашим, да не смог. Сам признался – удивительное дело! – что хотел бы говорить о Вас дурное, но ничего не находит. И особенно восхищаюсь я тем, что Ваше сиятельство, будучи человеком столь чуждым криводушия, сумели войти в число тех, кто в наш век окружен величайшим почтением, – и да продлит его и далее небо!

Целует руки Вашего сиятельства

преданнейший Вам

Лоренсо Грасиан [6]

Критикон - i_001.jpg

ЧИТАТЕЛЮ

Предлагаю ныне тебе, читатель рассудительный, но не язвительный, жизни твоей обозрение в одном сочинении и, хотя заглавие, возможно, вызовет досаду, надеюсь, что человек разумный не будет о себе столь дурного мнения, чтобы принять сказанное на свой счет. Я старался скрасить сухость философии занимательностью вымысла, колкость сатиры приятностью эпоса и игривостью плана – хотя сие и осуждает строгий Грасиан в своем более изысканном, нежели полезном «Искусстве изощренного ума» [7]. Стремился я также подражать тому, что мне всегда особенно нравилось у каждого из знаменитых авторов: аллегориям Гомера, притчам Эзопа, поучениям Сенеки, рассуждениям Лукиана, описаниям Апулея, морализациям Плутарха, приключениям Гелиодора [8], отступлениям Ариосто, критикам Боккалини [9] и колкостям Баркли [10]. Удалось ли мне хоть вполовину, суди сам. Начинаю я с прекрасной Природы, перехожу к приятному Искусству и завершаю полезной Моралью. Сочинение свое разделил я на две части [11], дабы дать тебе время обдумать трудные места и, не слишком затрудняя, поддержать интерес. Коль эта первая часть тебе понравится, тотчас предложу вторую – рисунок уже готов, краски положены, осталось сделать последние мазки, – настолько же более критичную, насколько рассудительней те два возраста, о коих в ней идет речь.

Кризис I. Потерпевший кораблекрушение Критило встречается с Андренио, который рассказывает ему о себе удивительные вещи

Было это в недавние времена, когда оба света, Старый и Новый, уже склонились к стопам властелина земли, католического государя Филиппа [12] и королевской его короной стала орбита солнца, опоясывающая оба полушария. Посреди светозарного ее круга, на лоне кристальных вод, красуется, как в оправе, островок – жемчужина морская или изумруд земной. Имя дала ему августейшая императрица [13], дабы царил он над всеми прочими островами и красой своей венчал океан. Славный сей остров Святой Елены служит на пути из Старого Света в Новый пристанищем для непоседливой Европы и даровой гостиницей, учрежденной всеблагим божественным промыслом средь бескрайних морских просторов для католических флотов, идущих с Востока.

Там-то, борясь с волнами, противясь ветрам, а пуще того, козням Фортуны, искал спасенья, уцепившись за утлую доску, пасынок Природы и Рока, схожий с лебедем сединою и предсмертной песней. На роковом рубеже между жизнью и смертью он восклицал:

– О, жизнь, лучше б тебе не начинаться! А раз качалась, не должна бы кончаться! Нет в мире ничего более желанного, чем ты, – и более бренного! Кто тебя потерял, тому вовек тебя не обрести, и боюсь, для меня ты отныне загублена. Злой мачехой нам являет себя природа – отымая у человека разум при рождении, возвращает его нам только в смертный час: первое делает она, дабы наслаждались мы благами, ею даруемыми, а второе, дабы пуще страдали от бед, на нас ополчившихся. О, тысячу раз проклят будь изверг рода человеческого, кто, сколотив утлые доски, с предерзостней отвагой первый Доверил жизнь свою изменчивым стихиям! Говорят, грудь его покрывала стальная броня, я же покрыл бы его словами брани. Тщетно Провидение разделило народы горами и морями – дерзанье человеческое перекинуло чрез них мосты, дабы распространять свое коварство по белу свету. Но все, что ни придумала изобретательность людей, для них же оказалось злой пагубой: порох – это страшный уничтожитель жизни, орудие гибели, а корабль – загодя сколоченный гроб. Сушу, видно, смерть сочла слишком тесным поприщем для злодеяний своих, пожелав царить и на море, дабы погибал человек во всех стихиях. Много ли остается несчастному ступеней до гибели, когда всходит он на палубу судна, этого катафалка, по заслугам ему уготованного? Прав был Катон [14], порицая людей и даже себя самого за три величайшие глупости, но главной из них полагая то, что плавал по морю. О судьба, о небо, о Фортуна! Право, no-Думаешь, будто я для тебя так уж много значу, – столь упорно ты меня преследуешь, – ведь раз начав, ты не отстанешь, пока вконец не изведешь. Но в скорбный сей час да спасет меня само ничтожество мое, дабы удостоился я жизни вечной.

Так пронзал он воздух своими стонами и разрезал волны руками, равно выказывая усердие и разум.

И не иначе как отвага его словно одолевала даже враждебный рок! Сама судьба отступает – не то из боязни, не то из почтения, – сама смерть порой не решается посягнуть на великих духом, сама Фортуна к ним милостива; так аспиды пощадили Алкида [15], бури – Цезаря [16], клинки – Александра и пули – Карла V. Но беды, увы, всегда идут вереницей, тянут друг дружку, и одна кончается лишь затем, чтобы породить еще большую.

вернуться

1

Пабло де Парада – португальский дворянин, военачальник испанской армии и видный участник военных действий в Каталонии. Пабло де Парада в 1644 г. отбил атаки французских войск на город Таррагону, важный стратегический пункт на побережье Средиземного моря, недалеко от Барселоны. Там Грасиан, в то время вице-ректор таррагонского «испытательного дома» иезуитов, впервые с ним познакомился и высоко оценил его доблесть («Сид нашего времени» – называет он португальского кабальеро в одном из писем). Вторая их встреча произошла в 1646 г. под Леридой (главный город одноименной каталонской провинции), которую осаждали французы. Пабло де Парада во главе отряда отборных воинов захватил и удержал Королевский форт под Леридой, нанеся французам такие потери, что им пришлось отступить и снять осаду города.

вернуться

2

ОрденХриста – португальский военный и духовный орден, утвержденный папой в 1319 г.

вернуться

3

Тортоса – город на средиземноморском побережье к юго-западу от Таррагоны. Играл важную роль в каталонской войне.

вернуться

4

Ламот-Уданкур, Филипп де, граф (1605 – 1657) – французский полководец, одержавший в первые годы каталонской войны ряд побед и назначенный вице-королем Каталонии. Однако в 1644 г. после поражения под Леридой был лишен звания вице-короля и предстал перед судом французского парламента. После четырех лет заточения был оправдан и в 1651 г. снова вернулся в Каталонию в звании вице-короля, доблестно защищал осажденную Барселону, но из-за голода был вынужден ее сдать испанцам (1652) и возвратился во Францию.

вернуться

5

Граф д'Аркур, Анри де Лоррен (1601 – 1666) – один из искуснейших полководцев XVII в. Не раз побеждал превосходящие силы испанцев в Италии, в 1646 г. три месяца осаждал Лериду, но, потеряв обоз и артиллерию, снял осаду.

вернуться

6

Лоренсо Грасиан. – Первое издание части первой «Критикона» было подписано «Гарсиа де Марлонес» (см. статью), что дает возможность автору далее, в обращении «Читателю», ссылаться на мнение «строгого Грасиана». Прозрачная анаграмма (от «Грасиан-и-Моралес») легко расшифровалась, и в одобрении цензора, предпосланном части первой «Критикона», прямо говорилось об «отце Лоренсо Грасиане» как об авторе.

вернуться

7

«Искусство изощренного ума» – эстетический трактат Грасиана. посвященный принципам «консептизма» (см. статью).

вернуться

8

Гелиодор – греческий писатель III в., автор романа «Эфиопика», повествующего о любви эфиопской царевны Хариклеи и фессалийского юноши Феагена и изобилующего всевозможными приключениями. Роман этот, рано переведенный на многие европейские языки, послужил образцом для галантно-авантюрных романов XVII – XVIII вв.

вернуться

9

Боккалини Траяно (1556 – 1613) – итальянский писатель, автор сатирических «Известий с Парнаса» (1612 – 1613), где выведены писатели и политические деятели древнего мира и Италии эпохи Ренессанса в вымышленных приключениях и спорах.

вернуться

10

Баркли Джон (1582 – 1621) – английский писатель-сатирик, писавший по-латыни. Главные его произведения: «Эуформион,. или Сатирикон», сатирический роман с резкими выпадами против иезуитов, и «Аргенис», политическая аллегория в форме романа с блестящей характеристикой нравов эпохи.

вернуться

11

Таков был первоначальный замысел Грасиана, от которого он в ходе создания романа отошел (см. статью).

вернуться

12

Т. е. испанского короля Филиппа IV (1621 – 1665), в восхвалениях которого нередко обыгрывалось то обстоятельство, что в Птолемеевой системе, где каждой планете была отведена ее «сфера» (или «небо»), солнце помещалось на четвертой сфере.

вернуться

13

Имеется в виду святая Елена (ок. 247 – ок. 336). мать императора Константина Великого.

вернуться

14

Речь идет о Марке Катоне Цензоре (234 – 149 до н. э.), который, согласно Плутарху («Сравнительные жизнеописания». Марк Катон, IX), раскаивался лишь в трех своих поступках: 1) что доверил жене тайну; 2) что отправился морем в такое место, куда можно было добраться по суше; 3) что на один день пропустил срок составления завещания.

вернуться

15

Алкидом именовали Геракла, сына Зевса и Алкмены, по Алкею, отцу Амфитриона, чей облик принял Зевс, явившись к его жене Алкмене. Будучи младенцем, Геракл задушил двух змей, приползших в его колыбель по велению ревнивой Геры.

вернуться

16

Имеются в виду слова Цезаря, сказанные хозяину судна, когда Цезарь инкогнито плыл в Брундизий (ныне город Бриндизи на юге Италии) и был застигнут бурею: «Ничего не бойся, ты везешь Цезаря и его счастье» (Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Цезарь, XXXVIII).

1
{"b":"410","o":1}