ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Хови все еще говорил, не подозревая, что она его не слушает.

— Я же не прошу тебя подготовить репортаж о каком-нибудь самоубийце, снесшем выстрелом себе полчерепа, или об исламских экстремистах, взявших в заложники папу римского в Ватикане. Сгодится просто маленькая и симпатичная история. Что-нибудь этакое, о чем угодно… Надо заполнить шестьдесят секунд паузы между вторым и третьим рекламными блоками. Это все, о чем я тебя прошу.

— Какой же ты все-таки недальновидный, Хови, — заметила Барри. — Теперь понятно, почему у твоих людей результаты столь ничтожны.

Редактор выпрямился, посмотрел на женщину в упор.

— Знаешь, в чем твоя беда? Ты хочешь быть такой же, как и Диана Савьер. Так и быть, я скажу тебе правду: ты не звезда и никогда ею не станешь. Тебе никогда не выйти замуж за известного кинорежиссера, не создать свой собственный журнал, никогда не добиться доверия и уважения в этом бизнесе. Потому что ты глупа и все об этом знают. Перестань наконец надеяться, что тебе удастся все-таки заняться чем-нибудь поинтереснее, и займись тем, на что у тебя хватит сил и твоего ограниченного таланта. Кое-что я пущу в эфир. Договорились?

Уже после слов «ты не звезда» Барри полностью отключилась. Впервые нечто подобное она услышала, когда Хови принимал ее на работу. Тогда он заявил ей, что сделал это исключительно по доброте душевной, ведь была и еще одна претендентка. Все три года, что Барри проработала с ним бок о бок, она чуть ли не каждый день слышала эту тираду.

Взглянув на экран дисплея, Барри обнаружила несколько сообщений, поступивших на ее имя, но среди них не было ничего интересного — можно прочитать и позднее. Выключив компьютер, Барри встала из-за стола.

— Сейчас уже поздно приниматься за дело, Хови, но завтра ты получишь то, что хотел. Обещаю. — Схватив сумочку, она перекинула ее за спину и двинулась к выходу.

— Эй, ты куда? — крикнул он ей вслед.

— В библиотеку.

— Зачем?

— На поиски, Хови.

Проходя мимо автомата с прохладительными напитками, Барри стукнула по нему кулаком. В то же мгновение по желобу скатилась диетическая кока.

Она отметила про себя, что это хорошая примета, и, наклонившись, взяла банку.

С трудом манипулируя ключами, поскольку держала под мышкой сумку и книги из библиотеки, Барри наконец открыла входную дверь и спотыкаясь вошла внутрь. Не успев переступить порог, она почувствовала на губах пылкий, слюнявый поцелуй.

— Спасибо, Кронкрайт, — Барри отерла лицо, — я тоже тебя люблю.

Кронкрайта вместе с его собратьями — щенками одного помета должны были усыпить, но именно тогда Барри решила для себя, что ей нужен четвероногий друг, а не тот двуногий, который под предлогом временного затворничества ушел навсегда.

Она долго не могла выбрать щенка, но, выбрав, никогда уже не жалела об этом. В Кронкрайте, большой длинношерстной охотничьей собаке, чувствовалась родословная. Большие карие глаза смотрели на нее открыто и преданно, а хвост в это время барабанил по ее ногам.

— Давай делай свое дело. — Барри кивнула на клочок земли на заднем дворе. — Выходи через свою дверцу! — Кронкрайт заскулил. — Ну ладно, я подожду. Но учти — побыстрее. Ты не представляешь, какие тяжелые эти книги!

Пес подбежал к кустарнику и задрал ногу, затем вернулся в дом, лизнул хозяйку.

— Ну-ка, что тут у нас с почтой? Может, что интересное пришло. — Барри двинулась к парадному входу, где под дверью, на полу, валялась груда корреспонденции. — Счет, счет, просроченный счет… Приглашение на ужин в Белый дом. — Девушка взглянула на собаку; та, наклонив голову, смотрела на нее с любопытством. — Я всего лишь хотела проверить: слушаешь ты меня или нет.

Кронкрайт проводил Барри в комнату и стал терпеливо ждать, пока она переоденется. Журналистка надела тонкий шерстяной свитер индейской работы, на ноги гетры, зачесала волосы назад и, стянув их резинкой, взглянула на себя в зеркало.

— Потрясающе, — пробормотала она и, тотчас забыв обо всем, с головой ушла в работу.

За эти годы у нее появилось немало информаторов — чиновников, секретарей, горничных в гостиницах, полицейских; несколько влиятельных персон время от времени снабжали ее ценной и достоверной информацией. В администрации Главной больницы столичного округа работала некто Анна Чен, молодая женщина с прекрасной памятью. Она запоминала буквально все — будь то слухи или приватные разговоры врачей и пациентов, и зачастую из всего этого рождались забавные истории. Для Барри Анна Чен стала одним из самых надежных источников разных пикантных сведений.

Барри нашла в записной книжке ее рабочий телефон и набрала номер, надеясь застать Анну в больнице.

— Привет. Анна! Это Барри Трэвис. Рада, что поймала тебя.

— Еще чуть-чуть, и я бы ушла. Что-нибудь случилось?

— Каковы мои шансы получить на руки отчет о вскрытии ребенка Мерритов?!

— Ты шутишь?

— Слабая надежда?

— Скорее никакой, Барри. Очень жаль, но…

— Я так и знала. Просто хотел ось лишний раз убедиться.

— А зачем тебе?

Барри не долго думая нашла совершенно невинную причину, поблагодарила Анну и расстроенная положила трубку. Отчет о вскрытии стал бы хорошей отправной точкой. Впрочем, у Барри до сих пор не было ясности относительно того, что она собирается делать.

— Что предпочитаешь на ужин, Кронкрайт? — спросила девушка, спускаясь по лестнице на кухню. Открыв буфет, она начала перечислять имеющуюся в наличии снедь. Собака слушала, жалобно поскуливая, и тогда, сжалившись над ней, Барри произнесла:

— Луиджи? — Пес тотчас ожил и, завиляв хвостом, стал крутиться на месте.

Она мучилась угрызениями совести, но, черт возьми, в чем дело? Если проводить все вечера в футболке и гетрах, общаясь с собакой, без всяких перспектив на какое-либо времяпровождение, кроме работы, то какая разница, поправишься ты на несколько сот граммов или нет?

Пока она заказывала по телефону две пиццы, Кронкрайт заскулил, стремясь вырваться на улицу. Барри, закрыв рукой микрофон, сказала:

— Раз уж тебе приспичило, то полезай в свою дверцу. — Кронкрайт презрительно фыркнул в сторону этой так называемой дверцы, что была вырезана во входной двери. Размеры отверстия только-только для собаки. Положив трубку, девушка открыла псу дверцу. Кронкрайт, словно побитый, выполз наружу.

Пиццу доставят в течение двадцати пяти минут. Если опоздают, она достанется нам бесплатно.

В ожидании заказа Барри налила вина и поднялась на третий этаж, ставший ее домашним офисом.

Она в кредит купила этот старинный дом, расположенный в фешенебельном районе округа Дюпон.

Сначала девушка снимала только верхний этаж, а затем, когда ее арендатор переехал в Европу, Барри добавила денег и переделала три соседние комнаты в одну большую студию-офис.

Теперь одна стена полностью использовалась для хранения видеокассет: вдоль нее от пола до потолка тянулись стеллажи. Журналистка хранила все свои статьи, записи новостей с важными событиями и все передачи, выпущенные их станцией. Материалы на видеокассетах были рассортированы по алфавиту. Барри без труда нашла нужную кассету, вставила в видеомагнитофон и, потягивая вино, замерла у экрана.

Смерть и похороны Роберта Растона Меррита были запечатлены в полном объеме. Судьба явно несправедливо обошлась с Мерритами, ведь считалось, что их брак совершенен.

Президент Дэвид Малькомб Меррит мог бы служить примером для многих молодых мужчин, стремящихся сделать карьеру. Красивый, атлетически сложенный, привлекательный, он просто лучился обаянием в общении как с мужчинами, так и с женщинами.

Ванесса Меррит была идеальной партией для своего мужа. Великолепная женщина! Ее красота и очарование, присущее южанкам, невероятным образом компенсировали недостатки, такие как ум и мудрость. И потому никто даже не беспокоился. Впервой леди всем хотелось видеть женщину, достойную любви, и Ванесса Армбрюстер Меррит легко удовлетворяла этим чаяниям народа.

3
{"b":"4631","o":1}