ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я знаю, — перебил Спенсер. — Читал статью в газете и не могу поверить, что она до сих пор жива. Никто не смог бы спастись от того взрыва, Дэвид.

— Ее собака вбежала в дом раньше.

— А ты еще говоришь о неприятной случайности.

— После того случая в Шинлине за нее взялся Клет. Она была публично унижена и как профессионал уничтожена. Надеюсь, этот урок пойдет ей на пользу.

— Сомневаюсь. Что-то она медленно учится.

— Да уж. — Дэвид мрачно кивнул. — А что делать с Грэем?

— Для начала, думаю, следует мое возвращение держать в секрете.

— Но тебя же видели входящим ко мне.

— Я скажу охранникам, чтобы в целях национальной безопасности держали язык за зубами. Мои люди начнут распускать слухи о якобы имевших место угрозах в адрес первой леди или что-то в этом роде.

— Это здорово. Сгодится для наших целей. Спенсер посмотрел на него.

— Значит, ты не изменил решения?

Дэвид, вспомнив последнюю сцену с Ванессой, произнес:

— Больше чем когда-либо хочу сделать это. Сегодня провел с ней вечер. Ее до сих пор преследуют воспоминания о смерти ребенка. Проблема еще не разрешена.

Спенс, глядя на свое отражение в зеркале, сказал:

— Тогда нам предстоит еще очень много сделать.

— Но сначала самое главное. — Дэвид встал. — Не могу передать словами, как мне не хватало тебя или как я рад, что ты вернулся. А сейчас, ради Бога, прими ванну.

Глава 25

Мисс Трэвис, ваше поведение непростительно.

— Я полностью осознаю масштабы своей ошибки, мистер Дженкинс. Впредь мне это будет уроком.

Главный управляющий телестудии с суровым видом продолжал отчитывать Барри:

— Мне позвонил сенатор Армбрюстер — сам, лично, чтобы дать оценку случившемуся. Он изложил все гораздо подробнее, чем написано в газетах. Чем дольше я его слушал, тем горше мне было осознавать ваш крайний непрофессионализм. Я просто изумлен тем, что служащие нашей компании способны на такое.

— Весьма сожалею, что поставила вас и наш телевизионный канал в неловкое положение. Если бы я только могла исправить ошибку!

Она искренне старалась покаяться в содеянном, но тем не менее затаила обиду на Армбрюстера, который за ее спиной распускал слух о том, что она вела себя, как несмышленыш. Неужели не хватило мужества сказать все это в лицо?!

— Слава Богу, последствия оказались некатастрофическими, учитывая степень вашего проступка. Благодаря президентской пресс-конференции рассмотрение инцидента отложено.

— Да, сэр.

— Все хорошо, что хорошо кончается. Это веселое замечание принадлежало Хови Фриппу, вызванному на ковер вместе с ней. До сих пор он сидел словно на иголках и потел так, что его белая рубашка потемнела под мышками. Он думал только о себе, о том, чтобы не навлечь на себя недовольство главного управляющего.

От этого его замечания Дженкинс вздрогнул.

— Так это вы, Фрипп, отправили туда оператора?

— Э… да, но только потому, что она обмолвилась о сенсационном материале у нее на руках.

Слова Хови задели ее самолюбие, но Барри сочла своим долгом вступиться за него.

— Хови тут ни при чем, мистер Дженкинс. Это я позвонила ему домой и попросила прислать оператора. — Под грозным взглядом управляющего она покраснела. — И об этом я тоже сожалею.

Зря, конечно, она задействовала Фриппа, поскольку присутствие на месте представителя средств массовой информации превратило обычную неудачу в катастрофу. Но, кроме сожаления, Барри мучилась еще и угрызениями совести, ибо тот телефонный звонок она сделала со злости. Ее душила обида на Грэя — ведь он отверг ее сочувствие. Поклонницей Клета Армбрюстера девушка не была никогда, что же касается Ванессы, то до всех этих треволнений, угрожающих сейчас ее жизни, она едва ли воспринимала первую леди серьезно. И, если уж совсем честно, то она просто-напросто ревновала миссис Меррит, потому что Грэй все еще питал к ней нежные чувства.

Поэтому, разговаривая в тот вечер с Хови, она не испытывала никакой жалости к ним.

О, тот звонок был справедливым! Может быть, эгоистичным, но тем не менее справедливым. Да и какой репортер не вызвал бы оператора в таких обстоятельствах? Ведь наклевывалась настоящая сенсация, которая сразу бы сделала из нее звезду. Однако сейчас самой себе она казалась похожей на ворона, почуявшего добычу.

— Зато время, что произошло с воскресенья, Армбрюстер мог бы прищемить нам задницу, если бы только захотел. И, честно говоря, я бы на него за это не обиделся, — произнес Дженкинс.

— Сенатор Армбрюстер имеет все основания быть на меня сердитым, — кротко согласилась Барри. — Я доставила ему несколько очень неприятных минут, за что и принесла свои извинения. Я также несколько раз звонила в Белый дом, чтобы извиниться перед президентом и первой леди. Но они не захотели со мной разговаривать.

— Непонятно почему, — пробормотал Хови. Дженкинс неодобрительно покосился на него.

— Очень благородно с вашей стороны, мисс Трэвис. Но если вдруг вам ответят, пожалуйста, не представляйтесь служащей нашего телевизионного канала. — Он сцепил пальцы рук и в упор посмотрел на нее. — А сейчас я должен оповестить вас, что на этой телестанции вы больше не работаете.

Она очень боялась этого. Боялась так сильно, что не сразу поверила сказанному. До сих пор Барри гнала от себя мысль об увольнении. И — о ужас! — это произошло.

— Я уволена?

— В вашем распоряжении ровно час, чтобы собрать свои вещи и покинуть здание.

— Пожалуйста, мистер Дженкинс, перемените свое решение. Впредь обязуюсь быть предельно осторожной. Я буду опираться только на проверенные факты.

— Слишком поздно, мисс Трэвис. Можете говорить что угодно, решения я не переменю. Она попробовала разжалобить его:

— Вы же знаете, что случилось с моим домом.

— Да, у вас сейчас не лучшие времена.

— Мне нужна работа!

— Сожалею, но решение окончательное. Она как утопающий схватилась за соломинку:

— Не выбрасывайте меня на улицу!

— Мисс Трэвис…

— Я буду печатать. Редактировать материалы. Разносить почту, бегать за сандвичами. Дайте мне испытательный срок, а через несколько месяцев вы снова оцените меня.

— Пожалуйста, не ставьте себя в затруднительное положение, — вежливо произнес он твердым голосом, не оставляя никаких надежд. — Вы больше не соответствуете требованиям нашей программы.

— Что это значит?

— Это значит, что вы не отвечаете нашим стандартам, что вы еще не доросли до требуемого уровня. Это значит, что я увольняю вас не только за этот проступок.

— Чушь!

Хови поморщился, Дженкинс же выглядел немного растерянным:

— Простите?

— Почему бы вам не вести себя как подобает мужчине, Дженкинс? Признайтесь, что настоящая причина увольнения в том, что этого потребовал Армбрюстер.

Лицо Дженкинса побагровело, и Барри поняла, что попала в точку. Она встала и выпрямилась.

— Отвечу вам тем же. Эта ерундовая телестанция с ее второсортной репутацией и хреновым управлением больше не соответствует моим запросам.

— Жареный картофель берете?

Несмотря на то что ей очень хотелось картошки, Барри сначала прочла на пакете, сколько жира и калорий в нем содержится.

— Почему бы и нет? Пакет большой. Она заплатила за чизбургер с картофелем и вернулась к машине. Сегодня вечером она ужинала одна. Дэйли наконец-то внял ее совету куда-нибудь выбраться и принял приглашение старого приятеля-журналиста сходить на кинофестиваль Брижит Бардо.

— Он тебя привезет?

Всякий раз, когда Дэйли уходил из дома один, особенно когда темнело, она здорово беспокоилась.

— Да, мамуля. Он заберет меня и привезет назад. И предупреждая твои вопросы, заявляю, что взял с собой полную кислородную подушку. Так что, если паче чаяния я начну задыхаться при виде молодой Брижит Бардо, она мне поможет. Ну, а если, глядя на экран, займусь онанизмом и, задохнувшись, умру, то умру счастливым.

46
{"b":"4631","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Третье пришествие. Звери Земли
Частная жизнь знаменитости
Свидание напоказ
Русская зима
Неделя на Манхэттене
Хаос. Как беспорядок меняет нашу жизнь к лучшему
Мата Хари. Раздеться, чтобы выжить
Любовь творит чудеса