ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Они поднялись по деревянным ступеням и вошли в центральную комнату первого этажа. В глубине размещались камин и маленькая кухня. Комната служила столовой и гостиной одновременно. В доме было гораздо чище, чем ожидала Шейла, но вся атмосфера носила отпечаток одинокой жизни хозяина.

Архитектура дома Будро была типичной для акадских строений, вплоть до так называемой галереи – закрытой сетками террасы со ступенями, которая тянулась по всей задней стене дома. Здесь стояли двуспальная железная кровать, бюро и шаткий столик с портативным телевизором. Книжный шкаф заполняли бестселлеры в мягких обложках и иллюстрированные журналы. Содержание этой библиотеки поразило ее так же, как поразила чистота дома. Было ясно, что большую часть свободного времени он проводит на галерее. Оттуда открывался вид на затон.

– А что наверху?

– Спальня матери.

Часть мебели была самодельной, но выполненной с большим мастерством. В доме находилось и несколько вполне современных предметов – телевизор, микроволновая печь, вентилятор с тростниковыми лопастями, прикрепленный к балке потолка в центральной комнате. Кэш включил его, дернув за шнурок, и в неподвижном воздухе возник ветерок.

– Выпить хочешь?

Он прошел в чулан возле кухни, отдернул ситцевую занавеску и достал бутылку виски.

– Мне с водой.

– И лед?

Она отрицательно покачала головой. Он вернулся к ней с бутылкой и стаканами. Пододвинул стул с самой обыкновенной обивкой, из тех, что продаются в любой американской мебельной лавке.

– Садись.

Этот стул выглядел до смешного нелепо в таком самобытном старинном доме, но Шейла вдруг обрадовалась ему, словно старому знакомому. Слишком уж много всего ей пришлось сегодня пережить. У нее до сих пор еще стучали зубы.

– Спасибо.

Пододвинув себе такой же стул, он сел напротив и отпил из своего стакана, поставив бутылку на маленький столик между ними. Рядом с бутылкой водрузил скрещенные ноги в башмаках.

Сделав торопливый глоток, она поставила стакан на столик рядом с башмаками Кэша и встала.

– Еще налить?

– Нет, спасибо.

Она беспокойно прошлась по комнате, подошла к окну над кухонной раковиной. На подоконнике стоял ящик с землей, густо засаженной травами. «Огородик» был хорошо ухожен.

Она вопросительно оглянулась на Кэша. Тот пожал плечами и налил себе еще неразбавленного виски.

– Мать всегда что-нибудь выращивала в этом ящике.

– Это трава для твоих чудодейственных снадобий? – насмешливо спросила она. Он ответил серьезно:

– Для некоторых.

Над старым шумящим холодильником висела большая доска с пришпиленными к ней старыми фотографиями. Шейла запрокинула голову, чтобы лучше разглядеть их. Среди других был снимок женщины и мальчика с буйными кудрями и не по-детски серьезными глазами.

– Это ты? А это твоя мать?

– Qui.

У женщины были черные кудрявые волосы, обрамлявшие треугольное лицо, резко сужавшееся от широкого лба к острому задорному подбородку. Удлиненные экзотические глаза создавали впечатление, что она знает тысячи секретов, а таинственная улыбка свидетельствовала о том, что она ни один из них не выдаст. Губы сердечком, пухлые и чувственные, полные желания и соблазна.

Шейла немного помнила Монику, но совсем не такой молодой. К тому же она видела ее только издали. Фотография заворожила ее.

– Твоя мать была красивой.

– Благодарю.

– А сколько тебе здесь лет?

– Лет десять, не знаю точно.

– А по какому случаю вы снимались?

– Тоже не помню.

Шейла разглядела остальные фотографии. На них было много моряков в полном боевом снаряжении, с жетонами на цепочках вокруг шеи, с глупыми улыбками и в нелепых позах. На одной из фотографий Шейла узнала Кэша.

– Вьетнам?

– Qui.

– Вы все так страшно довольны собой и друг другом.

Он фыркнул:

– Да, нам было там дьявольски весело.

– Не думай, я вовсе не смеюсь, – попыталась она исправить положение.

– Вот этот усатый получил пулю в живот на следующий день после того, как сфотографировался. – Не вставая с места, он указал еще на одну фотографию. – Я не очень-то интересовался, что в точности произошло с парнем в чудной шляпе. Мы пошли в патруль. А когда услышали его крик, газанули оттуда, как черти.

Шейлу поразил его спокойный тон.

– Как ты можешь говорить так равнодушно о погибших друзьях?

– У меня нет друзей.

Она отпрянула, словно от удара.

– Отвези меня домой, – сердито потребовала Шейла.

– Тебе здесь не нравится? – он гостеприимно обвел рукой скромный интерьер комнаты.

– Мне не нравишься ты!

– Большинство представителей твоего класса меня не любят.

– Я не представитель класса, я сама по себе. А не любят тебя потому, что ты лживый, циничный сукин сын. Где телефон? Если ты не желаешь везти меня, я позвоню, чтобы кто-нибудь за мной приехал.

– У меня нет телефона.

– Нет телефона?

Он ухмыльнулся в ответ на откровенное недоверие, прозвучавшее в ее вопросе.

– Это мой способ уклоняться от нежелательных разговоров.

– Как же ты обходишься?

– Если мне надо позвонить, я еду в нашу контору.

– Но ведь там дверь всегда заперта!

– Есть иные пути. Шейла вспыхнула:

– Ты вскрывал замок? Вламывался в чужой дом и обманывал нас?

Его ухмылка, нисколько не похожая на раскаяние, вполне соответствовала наглому кивку, которым он подтвердил обвинения в свой адрес.

– Ты не только неприятный тип, но еще и взломщик!

– Кроме тебя, никто не возражает. – Он явно забавлялся, наблюдая ее праведный гнев.

– А разве кто-нибудь знает об этом?

– Коттон.

Шейла была поражена.

– И Коттон позволяет тебе пользоваться имуществом Бель-Тэр? В обмен на что?

– Это останется между нами. Со стуком поставив стакан, он подался вперед и облокотился на колени.

– Я надеюсь, ты не собираешься предпринимать что-либо столь же безумное на этот раз по поводу Гейлы Френсис?

– По крайней мере, мне надо, поговорить с ней.

– Не надо. Она не обрадуется твоему вмешательству.

– А я все-таки вмешаюсь, черт побери! Я хочу сама услышать от нее, что она добровольно выбрала этого человека. Иначе я этому никогда не поверю. Не понимаю, куда смотрит Веда!

Он как-то странно поглядел на нее.

– Веда умерла.

У Шейлы перехватило дыхание. Колени подкосились, и она рухнула на стул. Опустошенными глазами она уставилась на Кэша.

– Ты говоришь правду?!

– Да.

– Веда умерла?!

Он кивнул, еще раз подтвердив сказанное. Она опустила взгляд и, уставившись в пространство, старалась вообразить себе мир без Веды. Большой, надежной, любящей Веды, которая нянчила ее с пеленок, а потом стала ее поверенной в сердечных делах.

– Когда?

– Несколько лет назад. Вскоре после твоего отъезда. Неужели сестра тебе не сказала?

Ее охватило холодное, как смерть, оцепенение. Она покачала головой:

– Нет, не говорила. Сказала только, что рассчитала Веду.

Он пробормотал ругательство.

– Рассчитала, да! Это и было началом конца. Веда заболела. Думаю, оттого, что эта сука, которую ты называешь сестрой, выгнала ее из Бель-Тэр. – Он откинулся на спинку стула. – Веда была слишком стара, чтобы найти другое место. Гейле пришлось оставить колледж и вернуться домой, чтобы ухаживать за матерью. Работу найти не удалось, хотя Гейла бралась за все, что подворачивалось под руку. А потом она нанялась буфетчицей в бордель. Там ее Джигер и заприметил. Она ему понравилась. Он стал ее опекать и так поднатаскал, что она может обслужить любого самого привередливого клиента.

Шейла смотрела на него как на сумасшедшего.

– Ты врешь!

– Для чего? Спроси кого хочешь, и тебе скажут. Гейла брала клиентов в самых дешевых притонах города.

– Она бы ни за что на свете на это не пошла!

– Видимо, она не видела другого выхода. Шейла решительно не могла в это поверить.

– Она такая миловидная, такая нежная, такая умница.

16
{"b":"4634","o":1}