ЛитМир - Электронная Библиотека

Плоскогорье Сан-Августин окаймляло Долину Мертвых с севера, а горы Орган — с юга. Резко вздымаясь над равниной, эти горы напоминали острые зубы некоего гигантского чудовища, но у их подножия, в тени раскидистых тополей и кедров, в высокой мягкой траве, царили покой и умиротворение.

Сидя на траве, Джордан и Жоли не разжимали объятий, словно до сих пор не в силах поверить, что они снова вместе. Усталая лошадь мирно щипала траву неподалеку, оружие и кое-какие пожитки, которые Джордану удалось похитить из индейской хижины, лежали тут же.

Жоли потерлась носом о шею Джордана.

— Как ты думаешь, Эймосу и Гриффину удалось спастись? — спросила она. — Я все-таки не думаю, чтобы Нана послал за ними погоню!

— Насколько я могу судить, на месте лагеря Нана сейчас пепелище, а племя занято тем, что срочно подыскивает себе другое место. Так что, полагаю, индейцам сейчас не до каких-то сбежавших пленников!

Джордан, блаженствуя, лег на траву и притянул Жоли к себе. Как мало, в сущности, нужно человеку для счастья — всего лишь ощущать себя свободным… Избежав смерти, начинаешь ценить вещи, которые раньше и не замечал, — сочную зеленую траву под ногами, чистое голубое небо над головой, солнечный свет, ласкающий лицо, — все эти маленькие радости жизни…

Ну а самой большой радостью для Джордана была Жоли. В памяти снова всплыли воспоминания о том моменте, когда Жоли, стоя перед Нана, спокойно, с достоинством заявила старому вождю, что сделала свой выбор. Не каждый мужчина отважится на подобное.

Джордан приподнялся на локте и заглянул Жоли в глаза. Они светились счастьем. Заметив загадочную улыбку девушки, он спросил:

— Чему ты улыбаешься? Увидела что-то приятное?

— 'Аи, Ninii'. Nitele. Nibide. Nichuu'…

— Что? — переспросил Джордан. — Я не понимаю, Жоли, переведи!

— Твое лицо. Твою грудь. Твой живот. Твой…

— Не надо, Жоли! Я отлично знаю, что ты имеешь в виду, маленькая хулиганка! — Джордан шутя погрозил пальцем.

— Почему я хулиганка? — обиженно надула губки Жоли.

— Да это я так, любя… Я ведь люблю тебя, Жоли! Если бы я был поэтом, то, пожалуй, сказал, что кожа у тебя нежная как шелк, волосы цвета ночи и все такое… Но я не поэт и скажу тебе просто: я люблю тебя. Ты самая лучшая, Жоли.

— Я теперь… shika, Жордан? — спросила Жоли, пристально глядя Джордану в глаза.

— Shika! — переспросил он.

— Твоя женщина.

— Да, пока — да. Но скоро это будет не так.

Жоли встревоженно взглянула на Джордана. Что означают его слова? Они должны расстаться? Но почему? Теперь, когда все так хорошо…

— Как будет «жена» на языке апачей, Жоли? — спросил Джордан.

Жоли задумалась, пытаясь понять, куда он клонит.

— Зависит от того, что ты хочешь сказать, Жордан, — проговорила она после некоторой паузы. — Если, скажем, просто чья-то жена — тогда «kaghaasdza». А если, например, ты хочешь сказать «моя жена» — тогда это звучит так: «bitnaash'aashn». А почему ты спрашиваешь?

Джордан скользнул губами по подбородку Жоли, затем поцеловал ее в шею, в самую ложбинку. Жоли закрыла глаза. Расстегнув ее платье, Джордан оголил маленькие округлые девичьи груди и осторожно коснулся губами соска. От этого нежного, но страстного прикосновения у Жоли перехватило дыхание.

Жоли уже успела забыть о своем вопросе, о том, где они, что с ними было — во всем мире для нее словно существовал один только Джордан. Двюкениями, уже ставшими привычными, она расстегнула его рубашку, затем ремень. Через пару минут они оба освободились от одежд. Где-то на вершине сосны пела одинокая птица, и эта птичья трель словно перекликалась с музыкой их сердец. Они упивались друг другом. После разлуки, грозившей стать вечной, они снова были вместе, теперь уже навсегда.

Руки Жоли скользили по плечам Джордана, по его широкой груди…

— Жоли, — прошептал он, — ты волшебница, колдунья. Ты околдовала меня, и я счастлив от этого. Как на языке апачей «колдовство»?

— «Ent'iini».

Ent Нет, не могу выговорить. Мне и по-английски-то сейчас трудно разговаривать… поцелуй меня снова, родная… да-да, вот так…

Во всем мире были только она — и Джордан. В их долгом поцелуе воплотилась вся страсть, которую они испытывали друг к другу — испытывали с самого начала, хотя Джордан долго противился…

Джордан осторожно опрокинул Жоли на спину — и через мгновение вошел в нее, заставив вскрикнуть от неожиданности. Отныне и навсегда эта женщина принадлежит ему. Навсегда.

Они еще долго лежали молча в объятиях друг друга, прислушиваясь к биению сердец.

Приближающийся стук копыт заставил Джордана проснуться. Он мгновенно вскочил. Была уже ночь, однако полная луна посылала на землю довольно яркий свет.

Джордан прислушался. В стуке копыт явно слышался металлический отзвук.

«Стало быть, белые… — подумал он. — Индейцы не подковывают своих лошадей. Да их, похоже, целый отряд! Что они здесь делают в такой час, черт побери?»

Джордан не ошибся. Всадников из Форт-Шелдона действительно оказался целый отряд.

— Капитан Джордан Синклер? — Офицер, возглавлявший отряд, скользнул взглядом по голому торсу белого мужчины, а затем по стройной фигуре молодой индианки. — Нам сообщили, что вам, возможно, угрожает опасность…

Выражение лица, с каким офицер смотрел на Жоли, Джордану не понравилось.

— Спасибо, лейтенант, — сурово взглянув из-под бровей, сказал он. — Как видите, теперь мы, — Джордан намеренно сделал упор на слове «мы», а не «я», — в безопасности.

— И кажется, чувствуете себя совсем даже неплохо! — цинично улыбнувшись, добавил офицер.

Джордан угрожающе стиснул кулаки, но голосом постарался не выдать своего недовольства.

— Как вы узнали о нас? — спросил он.

— К нам приехали двое. Один из них — бывший офицер, как и вы. Они очень беспокоились за вас.

Лейтенант снова покосился на Жоли. Та спала под грубым шерстяным одеялом. Волосы ее были в беспорядке, но даже в таком виде было видно, как красива эта девушка.

— Эта женщина — ваша пленница? — спросил он и плотоядно улыбнулся. — Эх, черт, давненько я не спал с бабой! Сейчас, пожалуй, не отказался бы даже от скво…

— Нет, — грубо оборвал его Джордан. — Она не пленница. Она bitnaash'aashn.

Что? — не понял офицер.

— Моя жена, — с вызовом ответил Джордан. — И я требую, чтобы вы относились к ней с должным уважением, черт побери!

С минуту лейтенант непонимающе смотрел на Джордана, затем смущенно крякнул и, сменив развязный тон на уважительный, спросил:

— Мы можем переночевать с вами, сэр? Полагаю, наша миссия окончена. На рассвете мы тронемся в обратный путь.

— Как вам угодно, — примирительным тоном ответил Джордан.

Отряд спешился, и лейтенант подсел ближе к костру. Каждый раз, когда он искоса поглядывал на Джордана, его глаза блестели недобрым светом.

— Ваш племянник заявил, что Нана держал вас в плену. Это действительно так? — спросил офицер у Джордана после короткой паузы.

— Да, — коротко ответил Джордан, предпочитая не смотреть лейтенанту в глаза. — А что?

— Эх, вот бы арестовать старика! Представляешь, каким я сразу стал бы знаменитым? — мечтательно произнес офицер.

— Да, если б победил в схватке с ним, — грубо оборвал его Джордан.

— Ты прав, приятель, риск есть. Что поделать — не всем так повезло, у меня же нет такого прикрытия, как жена-индианка! — язвительно заметил лейтенант и тут же получил удар в челюсть.

В следующее мгновение Джордан схватил его за грудки и, зло шипя ему в лицо, произнес:

— Вы злоупотребляете моим гостеприимством, лейтенант! Убирайтесь вон! — Резким движением Джордан отшвырнул наглеца от себя.

— Но-но, — произнес лейтенант, отбежав на безопасное расстояние, — у меня здесь все-таки целый отряд! Мы можем спокойно порешить тебя вместе с твоей шлюхой и сказать, что это сделал Нана. Кто докажет, что это не так?

63
{"b":"4637","o":1}