1
2
3
...
12
13
14
...
61

Бетани не могла понять, говорит ли он серьезно или с насмешкой.

— Яркие цвета идут почти всем, мистер Тейлор.

— Но, думаю, некоторым больше, чем остальным. — Его глаза весело сверкали из-под шляпы. — Пойдемте со мной. Я хочу вам кое-что сказать и… показать.

— Нет, благодарю вас, — немедленно отказалась она и обернулась к отцу. Тот истово торговался с каким-то продавцом керамикой. — Я предпочитаю остаться в более безопасном месте.

— Пойдемте. — Трейс взял у торговки пакет с одеждой, а другой рукой схватил Бетани за локоть. — Это недалеко. Я сумею защитить вас.

— А кто защитит меня от вас? — посмотрела на него Бетани, но Трейс только рассмеялся и потащил ее за собой.

— Зачем вы это делаете? — спросила она, когда они немного отошли. — Это из-за того, что я… видела? — С его лица не сходила усмешка.

— Я знаю, что вы видели, мисс Брейсфилд, но не собираюсь обсуждать это здесь.

Они пересекли торговую площадь и пошли вниз по узкой, но весьма оживленной улице. Солнце стояло уже высоко в небе, когда они оказались перед ступенями в скале, ведущими вверх к странному плоскому сооружению, вырубленному из целого куска сверкающего гранита.

— Что это? — ахнула Бетани, когда они остановились в тени высокой стены. — Что-то вроде храма?

— Нет, это безымянный монумент. — Трейс смотрел ей прямо в глаза, пока она не отвела взгляд. — Он сделан из монолита, и никто не знает, как и зачем его подняли сюда.

Тейлор надолго замолчал, проклиная себя за то, что позволил этой женщине влезть ему под кожу. Он не мог не признаться себе, что страстно хочет обладать ею. Уже давно ему не требовалось от женщин ничего, кроме нескольких минут интимной близости. Возможно, такому отношению способствовала его работа проводника, не задерживающегося надолго в домашнем уюте. Всегда беспокойный, всегда стремящийся вперед, — именно таким был он сам и его образ жизни. Ему нравилось жить в Лиме, нравилось вести такую жизнь, до тех пор, пока не погибла та, предпоследняя, экспедиция. Теперь он хотел возмездия. И Бетани Брейсфилд.

Бетани долго смотрела на Трейса, не в силах оторвать взгляд от его красивого и мужественного лица. Почему же он так часто бывает груб с нею?

— Я привел вас сюда не для того, чтобы говорить об, этом куске камня, и вы это знаете, — неожиданно произнес Трейс.

— Почему я должна…

— Вы когда-нибудь были с мужчиной? — спросил он, и Бетани в шоке замолчала. — Так были или нет? — не унимался Трейс.

— Как вы смеете? — Ее глаза гневно засверкали. — Какое вам до этого дело?

— Теперь это мое дело. — Он схватил ее за руки и привлек к себе. Бетани чувствовала, как пряжка его ремня врезается ей в живот. — Так вы были с мужчиной?

— Нет! — крикнула она, пылая от злости и стыда. — Однажды я собиралась замуж, если вы об этом спрашиваете, мистер Тейлор. Но у меня такое чувство, что вас интересует не совсем это.

— Вы правы. Я спрашиваю, были ли вы с мужчиной так, как видели это вчера ночью?

Бетани замахнулась, чтобы дать ему пощечину, но Трейс перехватил ее руку.

— Отпустите меня!

— Не надо так, мисс Брейсфилд, — усмехнулся он. — У меня есть причина задать вам этот вопрос.

— Любите совать нос не в свои дела?

— Скажем, мною движет любопытство.

— Я же сказала вам — нет. — Ее щеки пылали огнем. Не чувствуя никакого сопротивления, Трейс заключил ее в объятия.

— Я боялся, что вы ответите именно так. Теперь все становится только хуже.

Бетани так сжала руки в кулаки, что ногти вонзились в ладони.

— Да как вы смеете даже думать, что я… что вы…

— Я смею не только думать, но и делать, хотя… Ладно, не стоит об этом говорить. Лучше я покажу вам.

Он снял с нее очки и быстрыми движениями одной руки вытащил шпильки из волос. Другой рукой он ухватил ее за подбородок и, наклонившись, приник губами к ее рту. Его язык проник между ее губ, и от этого движения у Бетани перехватило дыхание. Она непроизвольно закрыла глаза, испытывая странную смесь ужаса и наслаждения.

Что с ней происходит? Почему она не кричит, не отталкивает его, не пытается вырваться? Вместо этого она послушно застыла в его объятиях и — о ужас! — начала даже постанывать.

Услышав этот тихий стон, Трейс прижал Бетани к стене и начал нежно проводить кончиками пальцев по ее обнаженной шее. Он собрал в кулак ее рассыпавшиеся по плечам волосы и, немного запрокинув голову, покрыл быстрыми поцелуями изгиб шеи.

— Нет! — воскликнула Бетани, словно, наконец, освобождаясь от наваждения. — Немедленно прекратите!

— Ты уверена? — прошептал он ей на ухо.

— Да, — с трудом выдохнула она, — уверена. — От поцелуев у Бетани кружилась голова, и кровь глухими ударами пульсировала в висках. Когда Трейс отпустил ее, она открыла глаза и увидела нежную улыбку на его лице.

— Зачем ты это сделал? — импульсивно спросила она и тут же отвела взгляд.

— Мне захотелось, — пожал плечами Трейс. — Ты так притягательно смотрела на меня своими удивительными глазами, а твой рот был так соблазнительно открыт, что я не смог удержаться.

— Не могу поверить, что вы это сделали, мистер Тейлор! — Бетани уже полностью пришла в себя. Трейс отдал ей пакет.

— Прислушайтесь к моему совету и оставайтесь в Куско, мисс Брейсфилд. — Его тон был сух и официален. — Если вы останетесь в экспедиции, — вдруг добавил он с улыбкой, — я не могу обещать, что это не повторится еще раз.

— Господи! Так вы все еще пытаетесь отпугнуть меня, Трейс Тейлор! — догадалась Бетани. — Должна признать, вы опаснее охотников за головами и ядовитых змей, но, думаю, я сумею контролировать как свое, так и ваше поведение!

— Не стоит быть настолько самоуверенной, мисс Брейсфилд!

Пытаясь приспособиться к дерганой поступи своего нового мула, Бетани была готова проклясть все на свете. Упрямое животное останавливалось, когда ему приказывали идти вперед, и пыталось бежать, когда нужно было остановиться. Мула, на котором она приехала в Уанкайо, пришлось оставить из-за болезни, и Трейс купил ей нового. Вот и теперь Бетани изо всех сил молотила упрямца каблуками по бокам, потому что он прижал длинные уши и громко кричал, не желая двигаться вперед.

— Как дела? — спросил Трейс, проезжая мимо, но Бетани не удостоила его ответом.

Она с трудом спешилась и повела мула за собой, держа повод в руке.

— Если вы не можете справиться с ним даже теперь, то вам лучше остаться в Куско, когда мы туда прибудем, мисс Брейсфилд, — с наигранным сочувствием посоветовал ей Трейс.

Не обращая внимания на его слова, Бетани продолжала тащить мула за собой. Наконец к ней подошел один из индейцев-носильщиков и протянул срезанную ветку.

— Ударьте его по спине, — сказал он на ломаном испанском, указывая на животное. — А если надо повернуть, ткните его в бок острым концом.

К удивлению Бетани, мул действительно стал весьма послушным, как только получил от нее несколько несильных ударов гибким прутом. Путь экспедиции пролегал мимо развалин древних поселений инков, что приводило профессора Брейсфилда в неописуемый восторг.

— Посмотрите туда! — восклицал он, указывая на ряды холмов, возвышающихся рядом с дорогой. — Террасы! Свидетельство того, что инки умели выращивать урожаи практически повсеместно. Видите? Видите каменные стены, врытые в землю? Должно быть, индейцы сажали здесь бобы, маис, картофель и томаты. Под копытами наших мулов лежат камни, которые инки уложили здесь сотни лет назад!

— Он всегда себя так ведет? — поинтересовался Бентуорт, подъезжая к Бетани. — Похоже, профессор готов увезти с собой каждый камень.

Бетани кивнула:

— Да, такие вещи вызывают у него восхищение. Мистер Бентуорт, скажите мне…

— Спенсер, — поправил он.

— Да, Спенсер. А вы разве не радуетесь новым находкам? Простите, если я ошибаюсь, но мне кажется, что вас больше привлекает возможное богатство, чем чисто археологический интерес. Настоящий исследователь без труда поймет восторг, который сейчас испытывает мой отец.

13
{"b":"4638","o":1}