1
2
3
...
50
51
52
...
82

– Кит не сразу доверяется другим людям, – сказал гигант. – Женщины часто предавали его, поэтому у него есть веские причины подозревать слабый пол в двуличности.

– Предавали? – прижав колени к груди, Анжела подумала о Филиппе и его гнусной измене. – Меня тоже обманули и предали, но я же не озлобилась…

– Ах, мисс Анжела, существуют обстоятельства, вам неведомые.

– Так расскажите мне о них. Может, тогда я пойму, почему он действует и говорит подобным образом.

Немного помявшись, Турк, наконец, медленно проговорил:

– Начнем с того, что когда-то была женщина отменного происхождения и воспитания, в которую Сейбр без памяти влюбился. Дело шло к свадьбе, но мисс Сьюзан предпочла разорвать помолвку, причем сделала это в очень оскорбительной форме. Добавим к этому странное, достойное порицания, поведение его матери, а потом и мачехи, поэтому нет ничего удивительного в том, что Кит покинул Англию и отправился в море.

– Ну, конечно. – Анжела поняла, что она очень многого не знает о Ките Сейбре. Ей никогда и в голову не приходило поинтересоваться его прошлой жизнью и причинами, побудившими его стать пиратом. Теперь ее саму волновала мысль, действительно ли ей необходимо знать их. Рассказ о его любви к некой Сьюзан вызвал у девушки ревность более сильную, нежели та, которую она испытала когда-то к трактирной шлюхе. Анжела понимала, что Кейт не принадлежала к тем женщинам, которых Кит мог бы хотеть. По правде говоря, сейчас вся эта история вообще не вызывала никаких эмоций.

– Турк, – нарушив затянувшееся молчание, произнесла мисс Линделл. – Он все еще любит эту Сьюзан?

– Нет, но он не забыл ее предательства.

– Вы говорили, что и мать, и мачеха Сейбра предали его. Каким образом?

– Мне известна эта история, но считаю, что Кит сам должен рассказать вам об этом. Вы жутко похожи на Эйлин. У меня такое впечатление, что вы единоутробные сестры, и это, по-моему, во многом объясняет несколько странное поведение капитана.

– Эйлин… это его мать?

– Нет, мачеха. Или, лучше сказать, бывшая мачеха. Она умерла несколько лет назад. Говорят, от приступа меланхолии.

– Наверное, с ней трудно было ладить.

– Неимоверно трудно. Эйлин принадлежала к числу немногих людей, которых со спокойной совестью можно назвать злобными. Не могу понять, что отец Кита нашел в ней.

– А его отец все еще жив?

– Да, – Турк по-юношески легко поднялся. – Боюсь, что если пробуду с вами еще немного, то начну выбалтывать информацию, которую следовало бы получить из первоисточника.

Анжела хитро улыбнулась:

– Значит, вы убегаете от меня из опасения выболтать что-нибудь лишнее о Ките?

– Как обычно, ваша проницательность достойна высшей похвалы, – гигант слегка поклонился – его движения, невзирая на определенную вольность в одежде, могли показаться верхом элегантности. – Мне следует присоединиться к другим членам экипажа, чтобы побыстрее завершить чистку судна. Если вам потребуется наша помощь, позовите.

Анжела взглянула на пляж, где пенные волны набегали на берег и омывали корпус судна. Одни пираты стояли по колено в прибое, торопливо работая скребками, а другие покрывали очищенную поверхность воском, жиром и дегтем.

Она узнала Кита, обнаженная грудь которого блестела в лучах палящего солнца. Его было очень легко узнать по худощавой, но сильной, мускулистой фигуре и какой-то хищной грации. Это Анжела заметила еще в таверне. Когда он шел, все вокруг расступались, давая ему дорогу. Порой от него исходила какая-то первобытная ярость, подкрепляющая и без того непререкаемый авторитет, вызывающий невольное уважение окружающих. По кусочкам собирая информацию, мисс Линделл узнала, что на других пиратских кораблях капитаны выбирались посредством голосования и держались на своем посту, пока имели на команду влияние. На «Морском тигре» Сейбр был властелином, в полном смысле этого слова. Кит контролировал корабль, от него зависели все, в том числе и она.

– Куда мы отправимся после, Турк? – спросила девушка, в душе опасаясь возможного ответа. Оставит ли Кит ее с собой? Хочет ли она сама отправиться домой именно сейчас, когда в ее судьбе так много изменилось?

– В Лондон, полагаю.

Анжела перевела глаза на великана:

– В Лондон?!

– Ну, вы ведь там живете, или я ошибаюсь?

– Да, но я думала… просто с тех пор, как мы пришли к взаимопониманию, мне казалось, что Кит захочет побыть со мной. – От внимательного взгляда Турка ее щеки покрылись румянцем – девушка понимала ход его мыслей.

Однако, когда он заговорил, голос его звучал мягко:

– Нельзя делать выводы, основываясь на догадках, мисс Анжела. Всегда лучше придерживаться того, в чем уверен.

– Под этим, – оскорбленно парировала блондинка, – я понимаю, что сначала мне следует поговорить с Сейбром и лишь потом строить возможные планы.

– Именно это я и имел в виду, – Турк опустился на колени и приблизил свое лицо к ее. – Не ждите сейчас от него ничего особенного. Как я уже вам говорил, он привык к измене и предательству, причем в самой грубой форме. По моему разумению, капитан с подозрением относится ко всем малознакомым людям.

– Но я не предавала его.

– Да. Когда-нибудь Сейбр это поймет, – Турк помолчал, а затем добавил: – Дайте ему время, и если вы любите его, вас наградят тем же.

–Чернокожий гигант уже давно присоединился к экипажу, а Анжела еще долго сидела, размышляя над его словами. Самое удивительное заключалось в том, что Кит получил хорошее образование. Его обманывали женщины, которых он любил, но больше всего девушку мучило любопытство по поводу матери. Она нахмурилась. Если мачеха умерла только недавно, то как же мать? Может, этим и объясняется его неровный характер? Если бы Турк рассказал больше! Надо поинтересоваться у Эмили. Она знает все на свете. Через пару минут мисс Линделл уже сидела, скрестив ноги, под маленьким навесом и болтала с горничной.

– О, мать капитана Сейбра оставила его, когда он был еще ребенком, – начала подруга, лениво обмахиваясь большой пальмовой веткой. Жара, по-видимому, являлась еще одной причиной ее бледности и беспокойства. Она откинулась на гору подушек, чтобы морской бриз освежал ее разгоряченное лицо.

– Оставила его? – возмущенно переспросила Анжела. – С какой стати она так поступила? И откуда ты об этом знаешь?

Эмили удивленно посмотрела на нее.

– Не знаю… Не знаю, что и сказать вам. Мне известно только то, что рассказывал Дилан. Капитан много лет занимается поисками своей матери. Больше я ничего не могу сказать, – девушка помолчала, затем, вздохнув, продолжила: – Не понимаю, как люди могут жить в такой жаре? Я чувствую себя выжатой, как лимон. Сколько нам еще здесь оставаться?

– День или два, – Анжела подавила раздражение. Эмили действительно казалась больной. Да и сама она чувствовала себя заторможенной и вялой. Прохлада приходила только по ночам, когда морской бриз игриво шелестел пальмовыми листьями и шевелил пологи навесов. Наклонившись, девушка заверила свою горничную: – Мы скоро поплывем домой, тогда ты будешь чувствовать себя гораздо лучше.

Загнутые пушистые ресницы брюнетки радостно взметнулись вверх:

– Надеюсь. Даже если это разлучит меня с Диланом, я буду рада вновь увидеть зеленые луга Англии.

Анжела не ответила, она просто не смогла этого сделать. Мысль о расставании с Сейбром мучила ее, не давая покоя. Что делать, когда придет время прощания?

На берегу через равные интервалы горели костры, оранжево-красные языки пламени, рассыпая тысячи искр, взлетали в темное небо. Кит расположился на скале и задумчиво вглядывался в то, что происходило на ночном пляже. Близлежащие заросли изобиловали всевозможной дичью, поэтому некоторые члены экипажа не упустили возможности добыть на ужин свежатинки. В воздухе чувствовалась атмосфера празднества и вседозволенности, хотя пиратам и дали строгие указания по поводу употребления рома. Приказ вызвал недовольный ропот и несколько негодующих жалоб, но капитан остался непреклонен. У него не возникало желания быть захваченным врасплох. Уже имелся печальный опыт, когда некоторые корсары, приняв изрядное количество рома, оказывались неспособны дать отпор при внезапном нападении. Сейбр, конечно же, не хотел войти в их число.

51
{"b":"4641","o":1}