ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Девлин слишком многим был обязан лорду и на откровенность ответил откровенностью:

– Король бездействует, потому что трусит. Он боится сделать неверный шаг, поэтому сидит сложа руки. В Совете царит раздор. Вельможи не хотят замечать опасностей, грозящих королевству, и заняты лишь борьбой за власть, несмотря на то, что вокруг все рушится…

– Для новичка вы многое подмечаете, – заметил лорд Бринйольф.

– Придворные не стесняются обсуждать свои дела в присутствии мертвеца, – усмехнулся Девлин. – Если держать глаза и уши открытыми, можно узнать немало интересного.

– Я начинаю понимать, почему мой сын так лестно отзывался о вас.

Как обычно, комплимент поверг Девлина в смущение.

– Лучше похвалите своего сына за храбрость. Он не обязан был оставаться со мной и сражаться с чудовищем, а сделал это по собственной воле. Он даже хотел сесть со мной в лодку, но я ему не разрешил.

Лорд Бринйольф покачал головой.

– Смелый жест, хотя и неразумный.

– Разуму можно научить, а вот отваге и благородству – нет. Со временем ваш сын обретет мудрость, которая придется под стать другим его достоинствам, – возразил Девлин, почему-то желая защитить Стивена перед его отцом.

– Рад, что он показал себя верным другом.

Лицо Девлина хранило бесстрастное выражение. Друг? Он не думал о Стивене как о друге. Сначала он считал его обузой, потом – обычным спутником. Теперь он обязан менестрелю жизнью и, конечно, признателен за это юноше, но не более того. О дружбе между ними не может быть и речи. Девлин ни за что не возьмет на себя еще и эту ответственность.

– Там, на озере, я оказал вам плохую услугу, – сменил он тему.

– Как это?

– Скримзаль сожрал больше дюжины рыбаков, а жители Гринхольта даже не пытались что-то предпринять. Они словно овцы сбились в кучу и покорно ждали, когда придет пастух и прогонит волка. Если бы мой план сработал и рыбакам удалось прикончить скримзаля выстрелами из луков, они бы поняли, что сами могут постоять за себя и, сплотившись, способны одолеть врага. Вместо этого я убил монстра и превратился в живую легенду. В следующий раз, столкнувшись с угрозой, они опять будут ждать неведомого спасителя.

К удивлению Девлина, лорд Бринйольф воспринял эти слова без всякой обиды. Он медленно кивнул и сказал:

– Очень скоро всем нам, живущим на приграничных землях, придется учиться защищать и себя, и других. Я уповаю лишь на то, что у нас еще есть время, чтобы подготовиться.

– Только позовите, и я сделаю все, что в моих силах, – заверил лорда Девлин. Это самое большее, что он может обещать, да и то еще неизвестно, не окажется ли его обещание пустым звуком, если в трудную минуту заклятие уз погонит его в другую сторону.

– Надеюсь, мне не придется звать вас на помощь, – сказал лорд и оборвал себя: – Ну, хватит мрачных дум. Сегодня мы должны радоваться, что вы живы и почти здоровы и что мой сын благополучно выдержал испытание.

Девлин ощутил внезапную волну сочувствия к этому человеку, которого одолевали постоянные заботы. Он и сам знал, что королевство приходит в упадок – и по рассказам капитана Драккен, и по слухам среди придворных. Даже в сагах и балладах Стивена упоминались невзгоды, осаждавшие Джорск со всех сторон.

Однако до сих пор Девлин не подозревал, что значит жить вблизи границ империи или быть бароном заброшенной провинции и видеть, как мир, в котором некогда властвовал порядок, погружается в хаос. Немудрено, что в смутное время, когда над королевством сгущаются тучи, простые люди мечтают об избавителе, которому они вверят свою судьбу и над которым не властна смерть. Могучий воин должен разогнать тьму и вернуть жизнь в прежнее русло. Для них Избранный – воплощение справедливости и живая нить, протянувшаяся из славных времен, что ушли в историю.

Лорд Бринйольф не тешил себя подобными иллюзиями. Он был достаточно умен и не надеялся на помощь спасителя, ниспосланного Богами. Барон Эскера знал: никто не защитит его и его народ; рассчитывать следует только на свои силы.

Девлин мысленно повторил клятву. Пока Боги милостивы к нему, он будет помогать лорду Бринйольфу и таким, как он. Избранный вернет долг чести, пусть даже ценой собственной жизни.

XV

Поздним вечером Стивен беспокойно мерил шагами комнату отца – лорд Бринйольф вот-вот должен был вернуться. За три дня они обменялись всего несколькими словами. Почти все это время юноша провел у постели Избранного или под дверями в коридоре, ожидая приговора госпожи Маргареты. Теперь, когда Девлин пошел на поправку, лорд Бринйольф захочет поговорить со своим блудным сыном и услышать его объяснения.

Полгода назад они серьезно повздорили, когда Стивен заявил, что его призвание – быть менестрелем, и собрался покинуть родной дом. И вот он вернулся, ни на шаг не приблизившись к цели.

Лорд Бринйольф вошел в комнату, а Стивен так и не решил, что скажет отцу.

– О Боги, как же я устал! Будь любезен, налей мне вина.

Стивен достал с полки два бокала и наполнил их темно-красным мирканским вином. Его отец сел и стянул с себя сапоги. Взяв бокал, он откинулся в кресле, сделал глоток и удовлетворенно вздохнул.

Стивен занял место напротив, поставил свой бокал на низкий деревянный столик и вытер неожиданно взмокшие ладони о колени. Почему-то в присутствии отца он всегда чувствовал себя как нашкодивший мальчишка. Однако первые слова лорда Бринйольфа обескуражили его.

– Я разговаривал с твоим другом. Он не такой, каким я его представлял.

– Он… не похож на других, – с запинкой проговорил Стивен, не находя слов, чтобы описать все сложности и противоречия характера Девлина. – В чем-то я знаю его, как родного брата, а в чем-то не знаю совсем. Я даже не уверен, что он назвал свое настоящее имя.

Глаза барона сузились.

– Расскажи, как кейриец стал Избранным.

– Девлин появился в Кингсхольме в Праздник Летнего Солнцестояния, и у него был такой вид, будто он пешком прошел всю страну. Он сказал стражникам, что хочет стать Избранным. Я… гм… случайно присутствовал при этом, – уклончиво сказал Стивен. Незачем барону знать, что сын сидел под арестом. – На следующий день его посвятили в Избранные, и я тоже был в храме. Девлин прервал церемонию, сказав, что меч, на котором он должен принести клятву, фальшивый, и доказал это, разбив клинок одним ударом кулака.

– Откуда он мог знать, что меч фальшивый?

– Он сказал, что раньше был кузнецом. Капитан Драккен дала ему свой меч, и он принес клятву. По-моему, он и сам удивился, когда Боги приняли ее. – На секунду юноша задумался. – А после церемонии королевский оружейник проверил все оружие городских стражников и потратил несколько недель, чтобы заново отковать испорченные клинки.

– Получается, Избранный с самого начала принес немало пользы, – проговорил лорд Бринйольф.

Тогда так никто не думал. Стивен сильно разочаровался в Избранном, видя, что тому интереснее возиться с оружием, чем совершать геройские подвиги. Зато теперь менестрель понял: важно было убедиться, что королевская стража вооружена как следует. Случись что, исправлять ошибки было бы уже поздно.

– Избранный хвалил тебя. Он сказал, ты держался молодцом.

Стивен изумленно уставился на отца. Это что, шутка? Никогда и никого Избранный не хвалил. Но, похоже, отец говорит серьезно.

Стивен мысленно вернулся на Долгое озеро, хотя уже начал забывать о недавних событиях, как будто они произошли много месяцев назад.

– Я никогда бы не смог того, что сделал Девлин, – сказал он. – Я предложил свою помощь только потому, что никто не хотел грести. Мне казалось, будет доблестное сражение, как в старинных балладах. Но вышло совсем по-другому. Я стоял на берегу, в полной безопасности, и все равно так сильно боялся, что еле держал арбалет. А Девлин на середине озера, в крохотной лодке, один на один бился со скримзалем. Кто-то из рыбаков случайно ранил его стрелой, но, несмотря на это, он сумел победить чудовище.

37
{"b":"4665","o":1}