ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

00. 05. Большой силуэт. За ним корабль охранения. Это было большое судно в 10 000 тонн, высоко сидящее в воде, с очень длинным баком. Предположительно, судно с авиакатапультой.[23]

00. 23. Залп пятым и шестым торпедными аппаратами. Промах. Впереди нас авиационная плавбаза с шестью кораблями охранения, в кильватере ещё два патрульных корабля. Корвет пускает осветительные снаряды, некоторые падают в неприятной близости от нас. Верхней вахте приказ вниз. Патрульный корабль в 800 метрах от нас. Срочное погружение.

00. 48. Восемь взрывов глубинных бомб. Никакого эффекта.

00. 55. Ещё двенадцать. На этот раз ближе.

01. 30. Неуверенные шумы эсминца и корвета.

01. 44. Четырнадцать весьма точных взрывов глубинных бомб.

02. 09. Ещё пять, столь же точных.

02. 38. Ещё два, тоже. Лодку сильно тряхнуло.

02. 48 – 02.56. В гидрофон слышим передвижения кораблей противника.

03. 08. Корвет уходит.

04. 30. Всплыли. Конвой потерян.

10. 36. Настоящая позиция – 600 морских миль к северо-западу от Финистерре.

16. 28. Флаксенберг сообщил, что обнаружил конвой.

Когда мы всплыли на поверхность, то обнаружили, что оставляем след шириной в двадцать метров. Повреждение найдено и устранено. Увидев пятна топлива, на корвете, очевидно, подумали, что потопили нас. Потому он и ушёл.

22 декабря.

09. 21. Радиограмма из штаб-квартиры подводных лодок: прекратить операцию против конвоя и возвратиться на базу.

* * *

Что же тем временем происходило с «U-131»?

Верный традициям подводного флота, фрегаттенкапитэн – капитан 2 ранга – Арендт Бауманн остался на своём корабле. Он стоял на мостике, вода уже перекатывала через надстройку. Он посмотрел на команду. Его люди успели надеть спасательные жилеты и теперь плыли в тёплой воде, им больше ничто не угрожало.

Не обманывает ли его слух? Смешиваясь с тихим шелестом воды и нежным посвистыванием тёплого ветерка, до него донеслись звуки национального гимна, вначале еле слышные, а потом все более громкие, по мере того, как все больше плывущих присоединялось к хору. Бауманн взял в руки бинокль. Бинокль не должен достаться противнику. Вешая его на перископ, он почувствовал боль в сердце, словно расставался с лучшим другом.

«Почему мне не оставить корабль? – промелькнула в голове Бауманна мысль. – Традиция? Это так свято, так благородно – вот так жертвовать собой?»

Ответа он не нашёл. Он вряд ли чувствовал эту тёплую воду, плескавшуюся у его ног и медленно поднимавшуюся всё выше и выше. Его правая рука ещё не разжалась на ремне бинокля. Через его стекла он видел так много мирных многоцветных картин. Но всё это было до 1939 года. В те дни…

«Прыгай, парень. Спасайся. Тебя засосёт, и утонешь, как крыса. Почему такая слабость в ногах? И тело неспособно пошевелиться. Утону, не утону – на все воля Божья».

Вода дошла до бинокля. Неужели это единственная вещь, которую он любит? Это не просто его вещь, это часть его самого.

Но Бауманн не прыгнул в воду.

Лодка ушла под воду и с ней ушёл под воду Бауманн.

Корабль потянул его вниз, а потом его выбросило на поверхность, он инстинктивно заработал руками и ногами.

Полчаса спустя он невредимым оказался на борту британского эсминца. Отнеслись там к нему по-доброму, обходительно, его осмотрел врач.

На следующее утро, когда Бауманн и офицеры с его подводной лодки завтракали в офицерской кают-компании, появился посыльный.

– Наилучшие пожелания от командира, сэр. Не смогут ли немецкие офицеры подняться на палубу?

– Передайте командиру мои наилучшие пожелания и скажите, что мы завтракаем и придём, как только закончим.

Посыльный ушёл, но через пять минут вновь появился с новой просьбой от командира, чтобы немецкие офицеры поднялись на мостик. Бауманн оставался вежливым, но твёрдым.

– Пожалуйста, скажите командиру, – спокойным тоном произнёс он, – что у нас не принято беспокоить людей во время еды. Мы придём позже.

Посыльный пришёл в третий раз.

– Это приказ командира, сэр. Немецкие офицеры должны подняться на мостик.

Бауманн положил нож и вилку.

– Очень хорошо, – сказал он. – Пойдёмте.

Медленно, безо всякой спешки все поднялись на мостик. Там царило невообразимое возбуждение. Все смотрели на правый борт. Бауманн тоже посмотрел туда, куда смотрели все. Там он увидел германскую подводную лодку, плывущих в воде людей и катер с эсминца, направляющийся к лодке.

Бауманн взглянул на довольное лицо британского командира.

– Мы собираемся высадиться на неё и отбуксировать домой, – произнёс командир с самоуверенной улыбкой.

Внезапно раздался сильный взрыв, и Бауманн увидел, как лодка исчезла в облаке дыма и пошла ко дну. Катер отвернул вовремя. Ещё немного, и его разнесло бы вместе с лодкой. Бауманн улыбнулся. Британский командир был вне себя от злости.

– Спасибо, командир.

Бауманна и его офицеров отпустили с мостика.

Через четверть часа на борт эсминца взобрался Хайда. Встретившись с Бауманном, он сообщил:

– Команда цела, лодка затоплена.

– Двойное утешение, Хайда, хотя и горькое.

В атаке на конвой, которым командовал капитан 1 ранга Уокер, погиб лейтенант Эндрасс, который был старпомом Прина в Скапа-Флоу. Дениц послал Эндрасса, которому очень доверял, в подкрепление атакующим силам.

«Держитесь за конвоем. Посылаю Эндрасса», – говорилось в радиограмме. Но тщетно. Британские контрмеры оказались настолько блестящими, что лодки не одержали ни одной победы и понесли тяжёлый урон:

«U-127» (лейтенант Хансманн) потоплена 15 декабря кораблём «Нестор». Все погибли.

«U-145» (капитан 2 ранга Бауманн) потоплена 17 декабря кораблями «Эксмор», «Стэнли», «Пенстмон», «Сторк» и самолётом с авианосца «Одэсити». Командир и несколько членов команды были спасены и взяты в плен.

«U-434» (капитан 2 ранга Хайда) потоплена 18 декабря кораблями «Блэнкни» и «Стэнли». Командир и команда спасены и взяты в плен.

«U-574» (лейтенант Генгельбах) потоплена 19 декабря кораблём «Сторк».

Часть команды спасена и взята в плен.

«U-151» (капитан-лейтенант Хофманн) потоплена 21 декабря самолётом. Один человек спасся.

«U-547» (лейтенант Эндрасс) потоплена 21 декабря кораблями «Дептфорд» и «Сапфир» со всей командой.

Возможно, что подводная лодка «U-208» (лейтенант Шлипер) была потоплена тоже в этой боевой операции. Никаких подробностей о её гибели нет.

Ввиду больших потерь и нулевых успехов Дениц прекратил атаку на конвой. Новая, усиленная тактика противолодочной обороны прошла первые испытания с высоко поднятым флагом. Германские лодки не смогли, сколько ни пытались, проникнуть сквозь массированную оборону.

ГЛАВА XII

Драма подводных лодок и «Атлантиса»

Оперативная сводка. Декабрь 1941 года.

Год завершился тяжёлыми потерями. Главным фактором этих потерь явилась, несомненно, британская авиация. Всего Германия потеряла в 1941 году 35 подводных лодок – в среднем чуть меньше трёх в месяц, при том что в строй ежемесячно входило по двенадцать-восемнадцать лодок. Британские потери составили, по их данным, 2,2 миллиона тонн. В этом году в войну вступили Соединённые Штаты, в результате противолодочные силы в море и воздухе выросли в несколько раз. На судостроительных верфях США начала реализовываться программа Хенри Кейзера. Пошли первые суда массовой серии «либерти». Всего лишь шесть лодок действовали против американского судоходства в операции под названием «Paukenschlag». Но благодаря налаживанию снабжения география боевых действий подводных лодок расширилась на Карибское море и Южную Атлантику. Подводная война ширилась, как лесной пожар: едва её удавалось погасить в одном месте, как она разгоралась в другом. Чем шире становился театр боевых действий подводных лодок, тем больше сил Союзники были вынуждены уделять обороне. Подводную лодку трудно увидеть, и она пользовалась преимуществами партизанской войны.

Но фортуна улыбалась Союзникам. За несколько недель до катастрофы вокруг гибралтарского конвоя произошло ещё одно драматическое событие, когда германский флот также понёс тяжёлые потери.

вернуться

23

Британцы с известного периода войны на море стали использовать для охраны конвоев грузовые суда в качестве мини-авианосцев: такие суда оборудовались катапультой и имели на борту один самолёт. Взлетев, он садился уже на суше, приводнялся в море или лётчик оставлял самолёт, выпрыгивая с парашютом. наименованием «Зееройбер» – «Пираты». Наша позиция – 170 морских миль к западу от Танжера. 

26
{"b":"4692","o":1}