ЛитМир - Электронная Библиотека

— И вы считаете меня богатым?

— Бедный не станет делать ставки в жокей-клубе.

— Быть может, я чересчур ленив, чтобы зарабатывать деньги иначе.

Лорел посмотрела ему в глаза:

— Возможно.

— Есть люди, готовые поставить последний доллар в надежде выиграть десять. Думаю, для вас это не секрет.

— Да. Минимальная ставка в жокей-клубе двести долларов.

Сет не выразил удивления, лишь сказал:

— Вряд ли у старых аристократов найдутся такие деньги.

— Это Чарлстон, мистер Тейт, — сказала Лорел. — Про тех, кто здесь живет, говорят, что они делают деньги буквально из всего. Многие разорились во время войны, это правда. А многие нажили состояния: выращивали хлопок, строили фабрики и заставляли иностранцев оставлять свои деньги в частных игорных домах.

Сет расплылся в улыбке.

— Значит, будь я горожанином в третьем поколении, мог бы сделать ставку на двести долларов? Никто бы и бровью не повел?

— Меня бы это не удивило, таковы правила. Вас это интересует?

Ее сердце лихорадочно билось в ожидании ответа. Двести долларов — большие деньги. Только полный идиот стал бы играть на них, будь они у него последние. Лорел вообще считала, что всякий, кто рискует такой суммой, круглый дурак. Конечно, это не пятьсот долларов, но если он готов рискнуть двумястами, значит, у него есть еще.

— В котором часу едем?

— В десять. Он кивнул:

— Я зайду за вами в девять.

Лорел успокоилась. Она свой шанс не упустит. В субботу после забега все прояснится. Она заставит его сдержать слово.

— Давно умер ваш муж? — спросил Сет.

— Три года назад.

— Вы будете носить траур до конца жизни? Этот вопрос застал Лорел врасплох.

— Пожалуй, да, — холодно ответила она. — Тем более что в прошлом году не стало моего дяди.

Сет задумчиво кивнул:

— Это ужасно.

Лорел хотела поблагодарить за сочувствие, но Сет ее опередил:

— Такая красивая женщина не должна постоянно носить черное. Вы скоро станете похожи на старую ворону, и мужчины потеряют к вам всякий интерес.

Лорел не на шутку рассердилась:

— Вы просто невыносимы! Вас совершенно не касается, как я одеваюсь, так что оставьте свое, мнение при себе! Меня нисколько не интересует, нравлюсь я вам или нет!

Они стояли так близко друг к другу, что лица их почти соприкасались.

— Мисс Лорел, я имел в виду не себя. Вы волнуете меня с момента нашей первой встречи.

Лорел хотела убежать, но гордость не позволяла.

— Не обольщайтесь, мистер Тейт, если вы хоть на минуту подумали, что…

— Я ничего не думаю. Я знаю, что мне нравится.

Сет потянул за ленточки ее шляпки. Лорел не шелохнулась. Сет сорвал с нее шляпку, которая упала к ее ногам, и, коснувшись лица Лорел, привлек ее к себе.

Он провел пальцем по ее подбородку, и горячая волна захлестнула Лорел. Сердце ее билось в груди, как пойманная птица. Лорел не мыла отвести глаз от Сета.

— Зачем вы это делаете? — спросила она хриплым шепотом, ничего не видя вокруг, забыв обо всем на свете, ощущая на лице его теплое дыхание.

— Я сам не знаю, — едва слышно произнес он, обхватив ладонями ее лицо. Пальцы у него были как стальные, но прикосновения — нежны. Взгляд проникал Лорел в самую душу.

— Быть может, это потому, что я прежде никогда не встречал такой женщины, как ты. Или потому, что мы с тобой очень похожи. Я никогда не встречал женщины, которая так нуждалась бы в поцелуе.

Сет поцеловал ее. Ноги у Лорел подкосились, она едва не потеряла сознание. У нее было такое чувство, будто в душе распустились дивные цветы. Лорел прильнула к Сету всем телом, отвечая на его поцелуй. Их желания слились воедино. Мир словно перестал существовать в этот сладостный для них миг.

Сет все крепче и крепче прижимал к себе Лорел. Она ощущала его мощную широкую грудь. Голова у нее кружилась, горячие волны страсти пробегали по телу, кровь бурлила. Ничего подобного Лорел никогда не испытывала и только сейчас поняла, скольких радостей лишила себя в жизни.

Лорел страстно желала Сета и, осознав это, вернулась с неба на землю. А может, первым опомнился Сет. Только губы их разъединились, и Сет теперь лишь слегка сжимал ее плечи, а потом отступил на шаг. Лорел жаждала его ласк и еле держалась на ногах. Она все еще учащенно дышала и никак не могла прийти в себя и осознать случившееся.

Сет провел ладонями по ее рукам. Его потемневший от желания взгляд скользил по ее лицу, шее и груди. Он снова заключил ее в объятия.

— Лорел, ты боишься меня? — спросил он севшим голосом.

Сердце ее продолжало учащенно биться, и все вокруг, казалось, плясало в том же сумасшедшем ритме. Лорел судорожно вцепилась в лацканы его пиджака, потом разжала пальцы и шепотом ответила:

— Нет.

Лорел боялась не Сета, а своих чувств.

Сет нехотя выпустил ее из объятий.

— Зря не боишься, я лгун и подлец. Могу сломать тебе жизнь.

Лорел смело встретила взгляд Сета.

— Ты сам сказал, что мы очень похожи. Может, это ты должен бояться меня?

Они долго смотрели друг другу в глаза. Наконец Сет улыбнулся, подобрал с земли ее шляпку и ответил:

— Может, и я.

Сет отдал Лорел шляпку и, когда она ее надела, предложил вернуться к остальным.

* * *

Вечером того же дня Кэролайн тихонько постучалась к Лорел в спальню. Дверь была приоткрыта. Услышав приглашение войти, Кэролайн переступила порог и закрыла за собой дверь, чтобы Софи в соседней комнате не услышала их разговор.

— Лорел, — робко начала она, — я на несколько минут, пока мама спит, хочу поговорить с тобой. Я вижу, как ты волнуешься. Тебе кажется, что мы не пытаемся помочь…

Лорел, перебиравшая одежду в шкафу, повернулась к кузине.

— А? Что ты сказала? — Лицо ее было хмурым и сосредоточенным.

— Я о тех пятистах долларах. — Кэролайн нервно перебирала пальцы. — Это большие деньги. Ты считаешь, я смыслю в этом не больше, чем мама, но я много думала, Лорел, нам остается только одно. Продать дом. Мы получим за него гораздо больше пятисот долларов и…

Лорел опешила. Потом сказала тоном, не терпящим возражений:

— Не будь смешной. Мы не можем продать дом. Где нам тогда жить?

Лорел снова повернулась к шкафу и достала легкое черное платье. Приложив его к себе, подошла к зеркалу. Это платье с высоким турнюром и огромным бантом сзади было немного наряднее и современнее остальных. Изредка Лорел надевала его в церковь.

— Об этом я и говорю, — возразила Кэролайн, — продадим дом, вернем долг, а на оставшиеся деньги купим другой, поменьше, и будем жить за городом.

— Как ты думаешь, — перебила ее Лорел, вертясь перед зеркалом и рассматривая себя, — можно перекрасить его в другой цвет? Есть ли у нас какие-нибудь кружева, кроме черных?

Кэролайн остолбенела, словно Лорел предложила ей ограбить кладбище. Но быстро пришла в себя, взяла в руку подол платья и потерла между пальцев ткань.

— Его можно отбелить и заново покрасить. В темно-синий или коричневый.

Лорел покачала головой:

— Лучше бледно-лиловый или темно-красный, — сказала она.

Кэролайн, уняв дрожь в голосе, спросила:

— Ты решила снять траур?

— Да, по крайней мере на субботу. — Лорел еще раз посмотрела в зеркало и бросила платье на кровать. — Я собираюсь в жокей-клуб. — Она снова полезла в шкаф и начала рыться на нижней полке. — Надо придумать что-нибудь со шляпой и достать перчатки. У тетушки наверняка завалялась пара белых перчаток. Я помню, они у нее были.

Взглянув на Кэролайн, Лорел не удержалась от смеха.

— Ради Бога, Каро, не надо на меня так смотреть! Я совершала поступки и похуже визита в жокей-клуб. Я считаюсь членом этого клуба, ты же знаешь. Кроме того, насколько мне известно, это весьма уважаемая организация.

— Я… Извини пожалуйста. Просто ты никогда не интересовалась клубом. Тебя нисколько не волновали раньше…

— Уважаемые организации? Да, ты права, но на этот раз я сделаю исключение. Не знаю, что делать с обувью. — Она приподняла юбку и посмотрела на потертые башмаки на шнурках. — Надо выпустить немного подол, и никто ничего не заметит.

23
{"b":"4739","o":1}