ЛитМир - Электронная Библиотека

Ворот блузки у горла стягивала тонкая лента, и Джош успешно справился с этой задачей. Затем он стал расстегивать маленькие перламутровые пуговицы. Казалось, что его неуклюжим пальцам никогда не совладать с ними. Сердце Джоша стучало, как молот по наковальне, с каждой расстегнутой пуговкой пальцам становилось все труднее. Анна опустила голову, волосы скрывали ее лицо, словно серебристая вуаль.

Джош осторожно спустил блузку с худеньких белых плеч Анны, расстегнул крючки на поясе юбки. Талию Анны облегал атласный корсет, муслиновая нижняя юбка скрывала бедра и ноги. Джош уже изнывал от желания, проникавшего в каждую клеточку его тела. Казалось, что даже сердце переполнено желанием.

Джош со второй попытки развязал шнурок корсета, осторожно снял его, а потом распустил завязки нижней юбки. Нежно, благоговейно Джош провел ладонями по плечам Анны, чувствуя, как она дрожит.

Наконец его взгляду предстали обнаженные груди, розово-бело-молочные. Джош нежно коснулся одного из розовых сосков и ощутил, как под его пальцами он набух и затвердел.

Джош чувствовал, как Анна напряглась всем телом. С величайшей осторожностью, стараясь унять собственную дрожь, он опустился на колени и стянул с нее остатки одежды. После этого он поднялся и мгновение смотрел на Анну, не в силах пошевелиться.

Стройное тело Анны напоминало гипсовую античную статую, воплощение женственности – слишком красивая и слишком идеальная, чтобы даже подумать прикоснуться к ней. Крепкие, округлые груди безупречной формы, тонкая талия, чуть выпуклый живот, покатые бедра, стройные длинные ноги… Вот она какая – Анна! Джош мог бы вот так просто смотреть на нее целую вечность.

Он заметил, как руки Анны борются с инстинктивным желанием прикрыть наготу. Джош сделал шаг вперед и заключил ее в объятия, закрывая собственным телом. Он глубоко вдохнул, набирая воздуха в ноющую грудь. Хотелось пить и пить этот опьяняющий напиток, вбирая Анну в себя всю, целиком.

– Анна, – хрипло прошептал Джош, он мог бы сейчас сказать многое, но слова застревали в горле. Ему хотелось, чтобы Анне было так хорошо, как только может быть женщине с мужчиной. Он готов был положить к ее ногам весь мир.

У Анны кружилась голова, его одежда прикасалась к ее обнаженной, необычайно чувствительной коже… Кожаный ремень Джоша впился в живот Анны, джинсы грубо терлись о ноги. Анну охватили противоречивые чувства. Она и стеснялась, и стыдилась, и ощущала свободу. Но главное, в объятиях Джоша Анна чувствовала себя живой.

Ладони Джоша легли на спину Анны и медленно опустились. Никто и никогда не делал этого. Анна почувствовала, как грудь Джоша расширилась от вздоха, надавив на ее груди так, что стало больно. Словно искра обожгла Анну, когда губы Джоша коснулись ее шеи. А затем Джош поднял голову и слегка отстранился.

Когда его губы коснулись соска и сомкнулись вокруг него, Анна выгнула спину, как бы подаваясь навстречу, жар буквально сжигал ее. Ладонь Джоша легла на ее живот, и у Анны подкосились ноги. Губы и язык Джоша ласкали сосок, а потом его рука скользнула ниже. Анна задохнулась, влажное тепло растеклось по всему телу, она будто закружилась в каком-то стремительном вихре. А затем Джош подхватил Анну на руки и понес к кровати.

Джош впился губами в губы Анны, вложив в этот поцелуй всю свою страсть. Груди Анны ныли, кожа пылала, трепетная истома была настолько сильной, что Анна была вынуждена напрячься, чтобы ослабить ее.

Она закрыла глаза, но чувствовала склонившееся над ней лицо Джоша. Анне захотелось притянуть его к себе, погладить, почувствовать его вкус…

Анна никогда раньше не видела, как мужчина раздевается. Джош делал это быстро, не стесняясь. Сорвал шейный платок, скинул рубашку, стянул джинсы.

И вот он сидит рядом с ней, великолепный в своей наготе. Джош взял руку Анны и медленно поднес ее к губам, он целовал каждый палец, а потом прижал влажные от поцелуев пальцы к своей щеке.

– Ох, Анна, – прошептал он, – я хочу ласкать тебя, хочу почувствовать каждую частичку твоего тела. И хочу, чтобы ты тоже делала это.

“Да, – подумала Анна, – познавать его, принадлежать ему, владеть им”. Ее ладонь легла на шею Джоша, ощущая гладкость кожи, потом пальцы дотянулись до плеча, прошлись по холмам мускулов.

– У нас больше нет секретов друг от друга, – прошептала она.

Анна заметила, как глаза его затуманились, он с трудом сглотнул.

– Да, – промолвил Джош, – больше никаких секретов.

Рука Анны двинулась дальше, гладя шелковистые волосы на груди Джоша, ребра, талию. А затем ее ладонь смело скользнула еще ниже. Анна увидела, как глаза Джоша потемнели, потом снова вспыхнули.

Она испытала робость и стыд, когда ее пальцы коснулись восставшей плоти Джоша. Однако, глядя ему в лицо, Анна видела, как участилось его дыхание, а глаза блаженно закрылись. Блаженство Джоша было и ее блаженством, потому что это она дарила его Джошу, и Анну пьянила радость своего всемогущества.

Она поднесла к губам пальцы Джоша и коснулась их языком, каждого по очереди. Анна чувствовала, как колотится его сердце, видела выступивший над бровями пот. Джош целиком отдавал себя ей.

Потом Джош склонился над ней, его грудь касалась ее подавшейся ему навстречу груди, а затем Джош стал ласкать вытянутые руки Анны, от плеч до кончиков пальцев, касаясь языком тонких запястий, пульсирующих жилок на сгибах локтей.

Тело Джоша накрывало тело Анны. Волосы на его груди щекотали ее набухшие соски, а затвердевшая плоть упиралась в живот. В его тепле, его запахе, его близости Анна буквально растворилась. Блаженство накатывало волна за волной, тело ныло от желания.

Ладони Джоша ласкали спину Анны, бедра, ноги… Анна, завороженная этими ласками, безвольно раскинулась.

Пальцы Джоша становились все настойчивее, доводя Анну до безумия. Она и не подозревала, что желание может быть таким страстным, что блаженство может поглощать вот так, целиком и полностью. И когда Анне показалось, что она вот-вот закричит, изнывая от желания, Джош навалился на Анну все телом и вошел в нее.

Это было долгое, бесконечное мгновение, во время которого все ощущения обострились до предела. Анна чувствовала внутри себя Джоша, его плоть, медленно заполнявшую ее. Она напряглась всем телом, а затем расслабилась и подалась навстречу. Анна видела над собой его лицо, глаза Джоша затуманились, сердце Анны ощущало сильные удары его сердца, вздох замер у нее в горле. Джош заполнял ее, пустоты в ней больше не существовало.

Анна ощутила, как дрожит Джош, когда он, приподнявшись на локтях, прошептал прерывисто:

– Анна, запомни это, запомни, как нам хорошо с тобой. Я хочу, чтобы тебе всегда было так хорошо. Я хочу всегда быть с тобой.

Анна закрыла глаза, к горлу подступил комок, на глаза навернулись слезы. Она обхватила Джоша и притянула к себе. “Всегда… ” – подумала Анна.

Джош целовал ее губы, шею, его ладони гладили ее волосы, его пальцы ласкали ее веки. Они существовали в едином ритме, тела их сливались.

Анна еще сильнее вжалась в Джоша, тело ее напряглось. Неуемная страсть Джоша пробудила и ее собственную страсть. Они никак не могли насытиться друг другом. Пика они достигли одновременно, и это чувство напоминало водопад блаженства, в котором они купались. Физическое ощущение померкло, его затмило нечто большее, всеобъемлющее, казалось, что сами их души растворились, рассыпались, а потом осколки, плавно кружась, собрались, слились в одну душу. Крепко сжимая в объятиях Джоша, Анна закрыла глаза и изумленно подумала: “Так вот какая она, любовь, которой я никогда не знала… ”

Спустя несколько часов Джош лежал в темноте, обнимая Анну и испытывая при этом нечто вроде благоговения. Прильнувшее к нему тело было гладким и нежным, от него исходил сладкий и терпкий запах мускуса. Грудь Анны покоилась на груди Джоша.

Джош осторожно повернул голову на подушке и посмотрел на Анну. Лицо ее было безмятежным, растрепанные чуть влажные волосы рассыпались по обнаженным плечам. Его захлестнула волна нежности.

48
{"b":"4742","o":1}