1
2
3
...
67
68
69
...
75

Джейк… В Техасе он провел время с Джессикой, а теперь направляется сюда, в «Три холма», чтобы разрушить все, что он, Дэниел, с таким трудом воздвиг. В течение трех лет он пытался забыть о существовании брата и в конце концов добился своей цели: Джейк стал казаться ему каким-то нереальным существом, которое уже не сможет причинить ему ничего плохого. А теперь выясняется, что Джейк едет сюда, что он знает о существовании сына, и не считаться с ним больше нельзя. Дэниелу казалось, что он спит и видит какой-то кошмарный сон. Он пытался сделать все, что было в его силах, чтобы Джейк никогда больше не появился в их с Джессикой жизни, но это ему не удалось. И теперь ему придется столкнуться с последствиями.

Дэниел встал и подошел к окну. Отодвинув занавеску, он взглянул на мирно раскинувшуюся перед домом зеленую лужайку. Нет, он ничего не отдаст Джейку! Приложить столько усилий, чтобы получить Джессику и сына… Он не позволит брату отнять их у него!

Джессика принадлежит ему. Пусть она и была связана с Джейком физическими узами, но она всегда принадлежала ему, Дэниелу. Он заботился о ней, жил с ней, первым полюбил ее. И Джошуа тоже его сын. Джейк еще молод, полон сил и энергии. При желании и везении он еще сумеет построить себе новую жизнь. А у него, Дэниела, есть только Джессика и Джошуа. Он не может отдать их своему брату. И не отдаст.

– Я хочу, чтобы весь день и всю ночь ранчо охраняли вооруженные люди, – тихо, но решительно проговорил он. – Скажешь им, что сюда направляется мой брат, который угрожает моей жене и сыну. И я приказываю… – Дэниел глубоко вздохнул и решительно, не чувствуя сожаления, закончил: – Приказываю остановить его.

На лице Кейси отразилось полное удовлетворение. Коротко кивнув, он вышел из комнаты. Он в лепешку разобьется, но ради Дэниела сделает так, что Джейк не пройдет сквозь кордон охраны. И приказ отдаст не просто задержать его, но стрелять на поражение.

Они выехали из Форт-Уэрта часовым поездом почти сразу после того, как город покинул Джейк. Джессика понимала, что Джейк не сможет приехать в «Три холма» раньше их с Кейси – а то, что он едет именно туда, не вызывало сомнений, – ведь он скачет верхом на лошади и не по прямой дороге, а в объезд. И тем не менее она, стиснув руки в кулаки, всю дорогу смотрела невидящим взглядом в окно, мысленно умоляя поезд ехать побыстрее.

Когда они наконец добрались до усадьбы, Джессика не стала терять время на то, чтобы сообщить домочадцам о своем приезде, а, перепрыгивая через ступеньку, помчалась наверх и, выхватив спящего сына из рук изумленной Марии, с облегчением вздохнув, крепко прижала малыша к груди, с наслаждением ощущая щекой его теплое, мягкое тельце. Она не подозревала, что собирается предпринять Джейк, и не знала, за кого она волнуется больше: за человека, которого любит, или за ребенка, которого этот человек собирается у нее отнять. Она знала одно: Джейк, такой вспыльчивый, решительный и вместе с тем непостоянный, привыкший получать все, что ему хочется, и лишенный сейчас всего, пойдет на что угодно, лишь бы выкрасть сына. Больше всего ее беспокоило то, что она представления не имеет, как он собирается это сделать.

Джессика знала, что, пока она в детской играет с Джошуа, который от радости заливался восторженным смехом, Кейси внизу докладывает Дэниелу обо всем, что произошло в Форт-Уэрте. И на нее нахлынуло отчаяние и чувство вины за то, что она принесла такое горе человеку, не совершившему никакого преступления, а лишь любившему ее. К тому времени как она нашла в себе силы спуститься вниз, к Дэниелу, она поняла, что сказать ей ему, в сущности, нечего, что их счастливой жизни пришел конец.

Услышав, что Джессика входит в библиотеку, Дэниел медленно обернулся. Он думал, что, увидев ее, испытает бешеную ярость и слепящую ненависть, ведь эта женщина в очередной раз предала его, однако, к своему удивлению, ощутил совершенно противоположные чувства.

Она стояла, прижимая к себе Джошуа, обхватив рукой его головку, а мальчуган дергал ее за темные локоны. Мать и сын… Такие похожие, такие красивые… Лицо Джессики было бледным и грустным и в то же время необыкновенно решительным, и внезапно Дэниел почувствовал к ней такую всепоглощающую любовь, что не передать словами. Джессика с Джошуа принадлежат ему. Он заплатил за них цену прощением, преданностью и любовью. Ради них он вступил в борьбу с самим собой, с обществом и с предательством Джессики и вышел из этой борьбы победителем. И теперь никто не отнимет у него эту победу. Он никому не позволит разрушить то, что воздвигнул.

Джессика взглянула на Дэниела: в глазах его стояла такая боль, что у нее дрогнуло сердце.

– Дэниел… мне ужасно жаль… – дрогнувшим голосом проговорила она.

Он подошел к ней и ласково обнял за плечи. В этот момент Дэниел понял, что пойдет на все, лишь бы сохранить Джессику и семью, которую они создали. Он невесело улыбнулся и хрипловатым голосом проговорил:

– Не беспокойся, Джессика. Ты уже дома. Никто не причинит нам зла.

Потянулась бесконечная вереница часов, складывающихся в дни, наполненные тревожным ожиданием. На подступах к усадьбе была удвоена охрана. Вооруженные мужчины патрулировали границы через регулярные промежутки времени, хотя, если бы Дэниел удосужился их спросить, а Кейси оказался не настолько упрямым, чтобы не прислушаться к их мнению, охрана сказала бы, что считает подобные меры бесполезными. Джейк бродил по холмам и долинам, окружавшим ранчо, с тех пор как научился ходить. В лесах и на лугах, в пещерах и рощах он ориентировался не хуже любого лесного зверя и чувствовал себя там как дома. Ему были известны все тайные тропинки, ведущие к «Трем холмам», о существовании которых вооруженная охрана, призванная его задержать, и не догадывалась. Так что нечего было даже думать, что Джейк Филдинг не проникнет в усадьбу, если он замыслил это сделать, и представители охраны даже начали потихоньку заключать пари, насколько быстро Джейку Филдингу удастся их перехитрить.

Но дни проходили за днями, ничто не нарушало спокойствия обитателей усадьбы, и Джессика попыталась убедить себя, что Джейк решил не подвергать себя и своего ребенка опасности возвращением на ранчо. В течение дня жизнь шла своим чередом, разве что Дэниел ни на минуту не выпускал Джошуа из поля зрения да и на Джессику, куда бы она ни направилась, бросал обеспокоенные взгляды. А так все было как прежде. Джессика играла с сыном, занималась домашними делами, они с Дэниелом, как и прежде, обсуждали положение дел на ранчо, и притворяться, будто все хорошо и им ничто не угрожает, день ото дня становилось все легче. Но по ночам стоило Джессике закрыть глаза, как перед ней вставало то искаженное мукой, то полное ярости лицо Джейка. А когда она засыпала, ее начинали мучить кошмары.

Однажды она проснулась от такого кошмара ночью. Тело было влажным от пота, сердце исступленно колотилось в груди, дыхание вырывалось с трудом. Джессика никак не могла вспомнить, что же ей такое приснилось. Запомнила только, что она бежит к Джейку, который протягивает к ней руки, и никак не может добежать до него, а Джошуа…

Внезапно ее как громом поразило: Джошуа!

Не удосужившись даже набросить халат, Джессика вскочила с постели и выбежала в холл. Распахнув дверь детской, она ворвалась туда и застыла на месте как вкопанная.

В комнату сквозь раскрытое окно лился лунный свет, отчего силуэт Джейка казался серебристым. Джейк стоял у колыбели, держа на руках безмятежно спавшего Джошуа. Он низко склонился над малышом, придерживая рукой его покрытую шелковистыми волосами головку. А Джошуа, удовлетворенно посасывая палец, сладко спал, положив голову на плечо отца.

Так они стояли довольно долго. Отец с сыном. А мать у двери протягивала к ним руку, словно желая защитить их обоих или притянуть к себе.

Наконец Джейк тихо проговорил:

– Он даже не заплакал, когда я взял его на руки. – Голос его, полный безграничного удивления, слегка дрогнул.

68
{"b":"4743","o":1}