ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— А теперь расслабьтесь! — сказал он, глядя на ее маленькие руки, сжимающие сумочку на коленях. — Совершенно не надо так расстраиваться. Венеция не страшный город, особенно для детей. Мы все сейчас узнаем. — Он улыбнулся, когда она отпустила свою сумочку и села поудобнее в кресле. — Вы говорите, что делали снимки в музее? Где ваш фотоаппарат? — поинтересовался он.

Она покраснела.

— Вы, наверное, думаете, что я круглая дурочка. Я потеряла его тоже.

— Где?

Мартина пыталась избежать его испытующего взгляда.

— Я… даже не представляю. Это случилось, когда исчез Марко. — Она подняла дрожащие пальцы к вискам, волнуясь и пытаясь сосредоточиться. — Аппарат был у Марко, когда мы вошли в музей. Я показала ему, как пользоваться им, и ему очень понравилось, когда я попросила его сфотографировать меня. Могла оставить его где-нибудь позже, не помню.

— Пожалуйста, не мучайте себя больше. Вам не могло прийти в голову, что Марко оставил его в музее, а потом, вспомнив об этом, вернулся за ним, думая, что вы не обнаружите его отсутствие?

Мартина вздрогнула.

— То есть вы думаете, что он убежал не из-за пожара?

— Вряд ли. Марко смело вернулся в горящий дом за своей игрушкой. Не похоже, чтобы он убежал из-за огня.

— Но его ночные кошмары… — начала Мартина.

— Это все из-за потери любимого отца. — Он выпрямился, приняв какое-то решение. — Я налью вам немного вина, вы слишком бледны. Мне хотелось бы, чтобы вы выпили, пока я наведу некоторые справки. Уго ждет вас?

Мартина кивнула.

— Не волнуйтесь слишком из-за Марко. Дети любят теряться, но при этом выживают. Он вне опасности.

Доминик пересек комнату, налил вина. Дрожащими руками Мартина приняла стакан, стараясь найти утешение в его словах. Доминик вышел. Ей совсем не хотелось пить. Горло перехватила спазма. Но она пришла просить о помощи и потому должна делать, что ей велят.

Доминик отсутствовал минут десять. В это время она осмотрела комнату, которая была одновременно и кабинетом и библиотекой. Здесь было много стеллажей с книгами, стол, прекрасный стеклянный шкаф, переполненный серебряными призами за спортивные победы, письменный стол, коллекция произведений искусства. Ее внимание привлекла картина, висящая над камином. Не иначе как это был его отчим, граф ди Равенелли.

Сходство действительно было поразительным. Оба темноволосые, темноглазые, с тонкими аристократическими чертами лица, правда, у графа была маленькая бородка а-ля Van Dyck. Гордая осанка и длинные одежды, в которых он был изображен, свидетельствовали о его высоком происхождении.

В этой комнате они бывали вместе, и мысль об этом волновала ее. Странно, но даже сейчас, когда произошло это ужасное событие, она продолжала думать о Доминике. Как только он вернулся, она с беспокойством посмотрела на него.

— Не надо смотреть так ужасно, — отрывисто произнес он. Его взгляд упал на нетронутое вино, которое она поставила при его появлении.

— Я ничего не скажу вам, пока не выпьете.

Мартина взяла стакан и немного отпила. Он ходил взад и вперед, смотрел в окно. Видя, что она отставила пустой стакан, он повернулся.

— С Марко все в порядке, — произнес он. — Он не потерялся.

Она удивленно взглянула на него.

— Не понимаю, — сказала она быстро.

— По всей вероятности, Марко носил ваш фотоаппарат, — пояснил он, строго глядя на нее, — и оставил его в музее, а вспомнил об этом, когда вы шли к Уго. С детской сообразительностью он немедленно бросился за ним, когда вы остановились у горевшей гостиницы.

Мартина недоверчиво, широко открытыми глазами смотрела на него.

— Но как он нашел дорогу в музей? По пути мы останавливались в разных местах. Больше чем уверена, что он не смог бы найти дорогу.

Голос Доминика прозвучал сухо:

— Он нашел, нашел музей и место, где оставил фотоаппарат. Аппарат взял один из служителей и отдал тому, кто запомнил Марко. К счастью, сторож музея хорошо знает Бруно, он и отвез Марко домой.

Щеки Мартины порозовели. Она откровенно радовалась. Глаза блестели, рот приоткрылся в улыбке. Ее улыбка, одновременно и радостная и печальная, была очаровательна. Она встала, сложив с облегчением руки.

— Если так, — произнесла она, все еще не веря в случившееся, — я должна идти. Большое вам спасибо за помощь. Я так признательна вам.

— Зачем же спешить? — У него был тот же взгляд, с которым он появился в комнате. — Я проверил. Марко вернулся домой, Стефано подтвердил мне это, и даже с фотоаппаратом.

— О, фотоаппарат! Я и забыла о нем. Это не важно, лишь бы с Марко все было в порядке. Не стоит обращать на аппарат внимание. Хотя он мне дорог как память.

Он грустно посмотрел на нее.

— Тот, кто подарил вам его, многое значит для вас?

— Оба, — ответила она. — Мои родители. — Она наклонилась, чтобы взять сумку, которую поставила на пол, когда пила вино. — Извините, что отняла у вас столько времени. Больше чем признательна вам за помощь. Взяв сумку, избегая его пристального взгляда, она призналась:

— Мне не хотелось идти в полицию, потому что Бруно, прочитав обо всем в газетах, расстроился бы.

Он подошел к ней, преградив, как ей показалось, дорогу.

— Вы решили прийти ко мне. Я рад, что вы сделали это, хотя причина и не особенно хорошая. Тем не менее это дает мне возможность сделать то, что я собирался в течение последних нескольких дней. Сядьте, я хочу поговорить с вами.

Он предложил ей кресло, в которое она тут же села.

— Простите, — произнесла она твердым голосом. — Надеюсь, вы понимаете, что для меня важно как можно скорее вернуться к Марко. Не знаю, что мы должны обсуждать?

Она увидела, как вздрогнуло его лицо.

— Сядьте, — скомандовал он так, что она не могла не повиноваться. — Если вы уйдете сейчас, вам же будет хуже.

Она собралась с силами.

— Хуже? Мне? Что вы имеете в виду? Он произнес ровным голосом:

— Вы были очень возбуждены, когда пришли сюда. Исчезновение Марко произвело на вас такое впечатление, что вы не можете себе вообразить. Для вас будет лучше, если вы побудете без него некоторое время. За ним присмотрит Стефано. Он уложит его спать. Простите меня за дерзкий вопрос, но ваш приезд в Венецию — это отпуск?

— Какое ваше дело… — резко ответила Мартина, тем не менее отдавая себе отчет в том, что именно он помог ей в сложной ситуации.

— Представьте себе, некоторым образом это мое дело.

Засунув руки в карманы, Доминик смотрел на нее со своей обычной насмешливостью.

— То есть вы не расстроены?

— Расстроена? — повторила она, готовясь возразить ему.

— Да. Имея на руках мальчика, вместо того чтобы развлекаться самой.

— Но меня это устраивает. Кроме того, мы с Марко вдвоем только на неделю, — напомнила он. Он сделал нетерпеливый жест.

— Короткий промежуток времени, который может длиться на протяжении всего вашего пребывания в Венеции. Вы подумали об этом?

Мартина посмотрела на него, нахмурившись. Пропади ты пропадом! Если он знает что-то, почему не может сказать об этом?

— Не понимаю, что вы имеете в виду, — почти задыхаясь, произнесла она.

— В таком случае я предлагаю вам пообедать со мной, и мы сможем поговорить обо всем. Ее подбородок независимо вздернулся.

— Я слишком много отняла у вас времени. И хочу заверить, что мне нравится быть с Марко.

Доминик ничего не сказал. Он лишь подошел к звонку и вызвал лакея. Мартина, думая, что сейчас ее кто-нибудь проводит домой, направилась к двери.

— Гидо! — обратился Доминик к вошедшему. — Не проводите ли вы синьору в комнату для гостей? — Улыбаясь, он смотрел на испуганное выражение ее лица. — Когда я разговаривал со Стефано, я взял на себя смелость сказать, что вы пообедаете у меня. Но прежде вам, наверное, хотелось бы немного освежиться.

Мартину качнуло. Но ей ничего не оставалось, как подчиниться. Гидо стоял у дверей, дожидаясь ее, и она не могла отказаться, устроив сцену в его присутствии. Кроме того, она не могла уйти из дома одна, просто так, ее обязательно должен был кто-то проводить. Бросив погасший взгляд на Доминика, который заставил того улыбнуться, Мартина вышла из комнаты.

33
{"b":"4746","o":1}