ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Кейт с болью зажмурилась. Руки ее сжали тонкую ткань, ощущая его воображаемую теплоту, мужской запах, слабый, но возбуждающий.

— Ну пожалуйста, мэм! Вы меня пугаете. Откройте дверь-то, — умоляла Мег. — У меня тут платья, что капитан велел мне привести в порядок, — с надеждой взывала она.

С трудом подойдя к двери, Кейт отперла ее. За дверью ждала Мег, на руке у нее висели платья Кейт. На другой руке качалась маленькая швейная корзинка, крышка в виде подушечки была утыкана булавками и иголками с продетыми в них шелковыми нитками.

Мег увидела, что творится в комнате, и разинула рот.

— Ай! Глядите, что они сделали с вашими вещичками!

— Это не мое. Вещи принадлежали моей кузине Грейс и ее мужу, — без всякой интонации ответила Кейт. — Она прислала их мне перед смертью. Я собиралась вернуть их маркизу.

— Знать, кто-то искал денег, а когда не нашел, выместил все на вещах. Мерзавцы, — сказала Мег, кладя платья на кровать.

Потом она поставила сундук как нужно и собрала разорванное белье.

— Немного стежков — и все будет в порядке. — Она не стала дожидаться похвалы Кейт, а опустилась на колени перед сундуком и несколькими ловкими движениями уложила туда белье.

Кейт ходила среди разбросанных вещей, с вялым видом собирая книги и укладывая их на дно сундука. Сколько всего погибло! Сколько всего потеряно!

— Ну-ну, мэм, не горюйте уж так, — сказала Мег, вставая. — Вот гляньте, как у меня получилось, и вам станет повеселее. — Она встряхнула синее платье и подала его Кейт, чтобы та все осмотрела. — Вот тут у подола было разорвано, так я пришила ленты, так что теперь ничего и не видно, верно? А вот из этого фиолетового я вырезала полоску, которая была вся в пятнах, и сшила по разрезам. Вы такая тоненькая, мэм, что никто ничего не заметит.

Кейт взяла платья, которые протягивала ей Мег, и заставила себя улыбнуться.

— У меня нет денег, — сказала она, — но я уверена, что маркиз…

Мег отмахнулась.

— Капитан уже хорошо заплатил мне, — сказала она. — Я в жизни не видала Каллума Ламонта в таком положении, а ваш кучер проделал с ним такое!

— Что? — спросила Кейт. — Когда?

— А вчера вечером, — пояснила Мег. — Как только вы ушли наверх, искупавшись. Я прихожу сюда и вижу: Каллум-то болтается, точно тряпичная кукла, в руках капитана, глаза выкатились, язык висит, а у всех вокруг такой вид — ну точно сам дьявол появился. — И она грубовато хохотнула. — А тут вдруг он как бросит Каллума на пол, как помчится вверх по лестнице — никто и не понял, чего он хочет сделать. Нуда никто и не собирался бежать за ним. Он там такое натворил.

— Господи! — прошептала Кейт. — Так этот человек умер?

Мег пожала плечами.

— Нет. Я слышала, как он стонал, когда дружки волокли его к двери. Хорошенько помучится сегодня, вот и все, — сказала она с явным удовольствием.

«Все, что есть я, — это жестокость».

Ноги у Кейт задрожали. Тогда она ему не поверила, а следовало бы.

Как она могла забыть, особенно оказавшись свидетелем его дикости в «Белой розе»? Человек, чьи руки дрожали от врожденной деликатности над ее телом, за несколько мгновений до этого избил кого-то до потери сознания. Господи! Она прижала ладони к глазам. Нужно уезжать отсюда. Найти приют там, где мужчины цивилизованны, а женщины защищены от мерзости жизни, где мужчина не является к своей возлюбленной, еще не остыв после драки.

— Мне нужно идти, — прошептала она упрямо.

Мег, неверно поняв ее, кивнула:

— Само собой. Кому захочется оставаться здесь, если его ждет замок?

Кейт принялась упаковывать то, что не было приведено в негодность, сосредоточившись на этом занятии и твердо вознамерившись не давать поблажки своим мыслям. Но взгляд ее то и дело устремлялся на смятую кровать. Перед ней вставали картины его тела, блестящего от пота, с переливающимися мускулами… Она с шумом захлопнула крышку сундука. Нужно уйти из этой комнаты. Она круто повернулась, оставив остальное на Мег.

Сойдя вниз, она увидела молодого человека с шевелюрой цвета меди, одетого в нарядную чистую ливрею, который быстро вскочил на ноги при се появлении.

— Миссис Блэкберн? А я Джон, кучер маркиза, — с гордостью сообщил он, торопясь обогнать ее и открыть перед ней дверь.

Кейт замедлила шаги и оглянулась с расстроенным и неуверенным видом:

— Сначала мне нужно все уладить с трактирщиком.

— Маркиз велел мне все устроить, мэм, — сказал Джон. — Вы подождите в карете, ладно? А я велю снести вниз ваши вещи.

— Вот как? Прекрасно.

Он открыл перед ней дверь, почтительно склонив голову, когда она проходила мимо. На дворе стояло ландо, бока его блестели, как черное масло, золотые шнуры удерживали откинутый наполовину верх. Мальчик из конюшни держал под уздцы двух великолепных гнедых, и на лице его застыл благоговейный восторг. Увидев Кейт, он распахнул дверцу экипажа и торопливо спустил лесенку.

Кейт уселась и принялась разглядывать роскошную внутреннюю отделку. Она никогда не ездила в таких прекрасных каретах, даже живя в Йорке. Маркиз был явно очень богат. Экипаж содержался в полном порядке, лошади были выхолены. Ее посещение, конечно, не окажется бесполезным.

Она глубоко вздохнула. Кит исчез. Значит, это конец. Она вздохнула и почти пришла в себя. С ней все будет очень хорошо. Она…

— Миссис Блэкберн, — раздался у нее за спиной мрачный голос. Сердце у нее подпрыгнуло, и на мгновение Кейт замерла, пытаясь совладать с собой, потом обернулась.

Какой мужественный у него вид, какой он крупный и крепкий!

Он сидел на своем мерине, и ветер прижимал воротник его плаща к худому бронзовому лицу. Он был с непокрытой головой, словно нарочно позволял солнцу высветить каждый шрам на его обветренном лице. Но она заметила, что он чисто выбрит.

Обратиться к нему «мистер Макнилл» казалось ей лицемерным, «Кит» — слишком интимно.

— Кристиан, я…

Это просто невозможно. По коже у нее побежали мурашки от чувственных воспоминаний. Его губы оставили отпечатки на ее губах. На грудях остались царапины от его бороды, а… Ее взгляд упал на его красивые смертоносные руки. Глубокие красные отметины остались на них там, где в них впивалась его жертва. Кейт сглотнула.

Он смотрел на нее со странным, непонятным выражением. Она не могла этого сделать. Она не принадлежала к тем женщинам, которые принимают любовника, а потом встречаются с ним на другой день с таким видом, будто между ними ничего не произошло. И все же что ей оставалось делать? Ведь рядом, навострив уши, стоял паренек из конюшни.

— Благодарю вас, что проводили меня сюда.

— А дальше вам остается только предложить мне рекомендации. — Слова эти прозвучали довольно ровно, но глаза у него вспыхнули, и она ощутила ответный жар.

На мгновение ей показалось, что он скажет что-то еще, что-то ужасно интимное, но он только заметил:

— Боюсь, что вы еще не избавились от меня. Я обещал доставить вас благополучно в замок, и только там я вас оставлю.

Не нужно. Ну пожалуйста! Находиться рядом с ним — все равно что бередить рану.

— В этом нет необходимости.

— Не согласен. Вы видели, что здесь за люди. Дороги кишат ими, и никто не знает, что вас уже ограбили. Карета эта слишком хороша. Маркиз с таким же успехом мог бы разослать приглашения всем грабителям в округе.

Кейт покраснела еще больше:

— Я уверена, что он заботился о моих удобствах.

— А я забочусь о вашей безопасности, — бросил Кит.

— И вы всегда держите слово, — отозвалась она слишком пылко и тут же пожалела об этом.

— Вам виднее, мэм. — Голос у него стал низким, и она вспыхнула и опустила глаза, вспомнив, как вчера вечером воспользовалась его верностью слову, чтобы завлечь его к себе в постель. Кит стиснул зубы. — Это не…

Но прежде чем он успел сказать что-либо еще, из трактира, радостно улыбаясь, вышел Джон. Кейт отодвинулась. Кит отъехал от кареты.

— Я буду рядом, малый, — сказал Кит молодому кучеру, получив в ответ удивленный и благодарный взгляд. — Но сначала я проеду вперед и разведаю дорогу. — Кит коснулся каблуками боков Дорана и пустился вскачь по крутой дороге, выходившей из рыбацкой деревни.

38
{"b":"4775","o":1}