ЛитМир - Электронная Библиотека

– Кэролайн, ты с ума сошла!

Она не обратила на эти слова никакого внимания.

– Лень считать, – заявила она. – Пусть все пойдет по десять фунтов за штуку. А тебя хочу попросить расклеить несколько объявлений у магазинов. Назначим на утро, в следующую субботу. Да, и налепи несколько штук на деревья в парке. У Патрика есть ксерокс, так что труда не составит.

И она отправилась за следующей кучей.

Я не сводила глаз с сапожек от Гуччи. Просто потрясающие! Пурпурная кожа с замшей, изящные, мягкие. Я примерила их, и тут как раз вернулась Кэролайн.

– Скажи, а я могу взять их по этой цене? – спросила я.

– Да бери что хочешь!

Я присовокупила к сапожкам жакет от Пола Кастелло радужной расцветки и шелковый шарф от Ива Сен-Лорана. И мне почему-то стало смешно. Ведь еще относительно недавно знаменитые модельеры буквально заваливали меня своими нарядами, для них было престижно увидеть свои произведения на «ипсуичской прелестнице Ральфа Мертона». И вот теперь меня заваливают ими снова.

Я написала и размножила объявления. Я расклеила их возле магазинов, приколола к стволам деревьев. Я честно отработала свою долю. И, как и следовало ожидать, меня пригласили руководить распродажей в субботу утром, потому как Кэролайн сочла, что на улице слишком холодно, а на деле у нее просто разболелась с похмелья голова. И конечно же, на мне были ее знаменитые сапожки от Гуччи.

– О Боже мой, Анжела, какого дьявола я их выбросила? – заявила она, выйдя из дома и не сводя глаз с моих ног. – Я, должно быть, совсем рехнулась! На тебе они смотрятся просто шикарно!

Она была права: смотрелись они на мне действительно шикарно. Судя по всему, Кэролайн надевала их раза два, не больше.

К полудню почти все вещи оказались распроданы. Большую их часть купила диковатого вида женщина с копной спутанных рыжих волос на голове. Она не вымолвила ни слова, лишь откладывала в сторону то платье, то костюм, то пару туфель. Я тоже молча наблюдала за ней. Наконец она отошла от стола, окинула меня каким-то странным взглядом и достала толстую пачку двадцатифунтовых банкнот.

– Прошу вас, дорогая, – протянула она с мягким ирландским акцентом. – Следует сказать, вы полная дура. Эти вещи стоят гораздо дороже. Вам еще учиться и учиться.

И она дала мне визитку. На ней значилось: «Торговый центр модельной одежды. Управляющий – Абигайль О'Коннор». Был указан также адрес в Найтсбридже и телефон.

– Позвоните, если надумаете устроить еще одну чистку гардероба, – сказала она. – И вообще, загляните как-нибудь. Получите удовольствие. В таких заведениях, как наше, больше узнаешь о жизни. – Она рассмеялась и откинула со лба рыжие пряди. – А теперь, дорогая, не могли бы вы помочь погрузить все это?

Кэролайн появилась как раз в тот момент, когда последние предметы ее туалета скрылись в багажнике фургона. Я показала ей визитку. Кэролайн фыркнула:

– Ты хочешь сказать, меня как липку ободрала какая-то акула с барахолки вторсырья?

Ирландка высунулась из фургона. На лице ее недвусмысленно читалось все, что она думала о Кэролайн:

– Если ты такая идиотка, что продаешь шикарные шмотки по бросовой цене, то лучшего и не заслуживаешь! – И она отъехала.

Кэролайн снова фыркнула:

– Что за омерзительная баба!

Я весело рассмеялась. Потому что у меня появилась идея. Совершенно замечательная идея.

Глава 2

АБИГАЙЛЬ

Все идеи, которые приходили мне в голову, непременно должны были пройти испытание ванной. Я нежилась в пене и пыталась подвергнуть их сомнению, но что-то не очень получалось, поскольку пребывание в теплой душистой воде настраивало мысли совсем на иной лад.

Первое из соображений отдавало самым откровенным нарциссизмом – я любовалась своим телом, оно страшно нравилось мне. Длинные ноги, стройные бедра, груди, гордо вздымавшиеся из облачка пены… Наверняка настанет день, когда они опадут и будут вяло колыхаться под водой, точно морские анемоны, прибитые к берегу. Но пока, слава небесам, этот момент еще не настал. Потом я попыталась взглянуть на свое тело глазами постороннего человека. Уверена, выражение этого взгляда наверняка бы не одобрила англиканская церковь. Но человек, как правило, неразборчив в мечтах, к тому же объятия теплой воды всегда наводят на мысль о чьих-то незнакомых и страшно ласковых руках. Вообще ванна – очень сексуальное место.

Затем от тела мысль моя переключилась на более возвышенные предметы. Нет, если разобраться, не слишком, пожалуй, возвышенные, но по крайней мере нацеленные вовне. А именно – к моей жизни в целом. Что я с ней сделала? Что поняла в ней? Куда иду?.. Легко, лежа в теплой ванне, планировать и измышлять самые невероятные авантюры, но стоит ступить за дверь – и вас тут же постигнет разочарование. И разумеется, мне это было прекрасно известно. И тем не менее планы угнездились в голове и не давали покоя. Я могу выучить иностранный язык, поступить в коллегию адвокатов, заняться торговлей недвижимостью, удариться в благотворительность, прочитать книги всех величайших философов… Ну и далее, в том же духе.

В мыслях этих не было никакой системы, хуже того, не было глубокой убежденности в возможности осуществления. В глубине души я была уверена, что стоит выйти из ванной, и они тут же улетучатся. Я почти слышала, как они уносятся прочь под бульканье воды. Но этот день был особенный. То был день, когда у Кэролайн состоялась распродажа, и в коридоре у меня, словно трофей, красовались сапожки от Гуччи. Моя плата за услуга. Я насухо обтерлась полотенцем, натянула свитер и джинсы и объявила во всеуслышание всем четырем стенам ванной комнаты:

– Быть матерью и женой… этого мало!

Убежденность, с которой прозвучали эти слова, утвердила меня еще кое в чем, куда более важном. И идея моя была правильной! Абсолютно верной!

Она прошла испытание ванной.

Я разглядывала визитку. «Торговый центр модельной одежды. Управляющий – Абигайль О'Коннор». Надо как следует подумать, что ей сказать. Возможно, самое лучшее – просто напомнить о приглашении посетить ее магазин, а дальше видно будет. Все предусмотреть невозможно. Да и вообще, как знать, может, я совершаю ужасную ошибку.

В конце концов, помучившись еще немного, я все же набрала номер. Подошел мужчина. Тот еще мужчина – шипящие свистели в трубке, точно змеи. О Господи, ну и местечко, подумала я! Но тут же постаралась взять себя в руки.

– Миссис О'Коннор, будьте любезны. – Почему-то я была твердо уверена в том, что она именно миссис.

В ответ – еще один фонтан шипящих и свистящих:

– А ш-ш-то ей с-с-ска-з-зать, кто ш-шпраш-ш-шивает?

В ответ я пояснила, что имени моего она не знает, но мы на днях встречались на распродаже.

– Минутку, пож-ж-жалуйс-с-ста!

Воцарилась долгая пауза. Затем в трубке зазвенел громкий, напористый голос с ирландским акцентом:

– Ну что, расчистили еще один чердак?

Я рассмеялась и сказала, что нет, никакого чердака я не расчищала, что те вещи принадлежали не мне, что я продавала их по просьбе одной подруги.

– Ах, ну да! Та богатенькая сучка, которая высунулась из двери! Помню, как же. Немало довелось повидать таких дамочек. Мешки с деньгами, никаких манер.

В целом то была довольно исчерпывающая характеристика Кэролайн, но я была с ней не согласна. А затем объяснила, что мне очень бы хотелось посетить лавку и посмотреть, что там происходит.

– Ну конечно, почему нет. Заскакивайте, обязательно! – весело ответила Абигайль. – Если повезет, увидите много занятного. Тут такие сценки иногда разыгрываются, просто упасть! Но только не вздумайте смеяться, лады? Одной мне позволяется, больше никому.

И она от души расхохоталась. На фоне ее смеха я различала другие голоса – свистящий и шипящий мужчина беседовал с клиентками. Мы договорились на среду, на десять тридцать утра.

Я решила не говорить о своей поездке Ральфу, и уж тем более – Кэролайн. На последнюю неделю каникул Рейчел уехала погостить к подружке, так что времени у меня было предостаточно. Мной овладело странное возбуждение. Я пыталась убедить себя, что никакая это не авантюра, не приключение… так, сущий пустяк, но волнение почему-то не проходило.

6
{"b":"4785","o":1}