A
A
1
2
3
...
14
15
16
...
39

— Я думал, ты воспользуешься представившейся возможностью и улизнешь, — весело сказал он, помогая ей подняться.

— Я бы так не поступила. — Она смотрела ему прямо в глаза.

— Да, это я глупость сморозил, — ласково согласился он. — Ты ведь у нас не трусиха, правда? Это одна из причин, по которой я… — Он внезапно замолчал, и на его лицо вернулась уже знакомая ей загадочная, надменная маска, под которой спряталась появившаяся было в глубине глаз нежность. — Одна из причин, по которой мне хочется тебе помочь, — без запинки закончил он, хотя у нее было ощущение, что он недоговаривает.

Когда они подошли к двери, она бросила на него нерешительный взгляд, и он, поворачивая одной рукой ручку, другой приподнял ее подбородок.

— Наши заверения в вечной любви будут выглядеть куда убедительнее, если ты перестанешь смотреть так, будто тебя ведут на гильотину, — негромко сказал он. — О'кей?

— Маршалл, пожалуйста, погоди минуточку, — взмолилась она. — Может, отложим до утра? Незачем рассказывать всем об этом немедленно. Давай подумаем…

— Этот выход напрашивается сам собой, а спешить необходимо, иначе Грег успеет предать гласности свою версию наших отношений. — Он криво ухмыльнулся. — Не беспокойся, пчелка моя, все утрясется. Поживешь полгодика в Португалии, приведешь в порядок мою виллу — и можешь возвращаться домой, свободная как ветер и с отличным загаром. Что может быть проще?

Ей пришлось признать, что его доводы убедительны.

— О'кей.

Келси заставила себя улыбаться, идя с ним рука об руку через комнаты в сад, где находилась ее мать. Хотя она шла с ним рядом и он держал ее за руку, она не была уверена, что, согласившись на его невероятное предложение, поступила благоразумно. У нее было неприятное чувство, что, сменив Грега на Маршалла, она, возможно, попала из огня да в полымя, причем во много раз более опасное. Нет, она, наверно, сошла с ума, если доверилась ему, позволила его гладким словесам и внешней заботе о ее благополучии перечеркнуть все, что было ей о нем известно. Возможно, его предложение и в самом деле вызвано желанием вернуть старый долг отцу, но тем не менее она становится его невестой со всеми вытекающими из этого последствиями, и она не может точно предугадать, чего ей от него ожидать. Или, что гораздо важнее — и тут постепенно нараставший где-то в глубине панический страх перехватил ей дыхание, — она не знает, чего ей ждать от себя. Она доверяла себе еще меньше, чем ему; рядом с ним силы ее оставляли. Разумеется, это всего лишь физическое влечение, тем более что ему в таких делах опыта не занимать, но это ставит ее в уязвимое положение, а ей это не нравится.

— Улыбочку, любовь моя! — вполголоса протянул Маршалл, когда они наконец разыскали Рут и направились к ней.

— Ну, как вечер, Маршалл? — При виде парочки Рут расплылась в улыбке.

— Лучше не бывает, Рут, — бархатным голосом пророкотал Маршалл.

Он нагнулся и прошептал что-то матери на ухо, и у той глаза полезли на лоб. Когда потрясенный взгляд матери окинул раскрасневшееся лицо Келси, она содрогнулась от страха, а когда в глазах Рут отразилось удивление, восторг и ликование, она почувствовала, что сердце у нее уходит в пятки. Ясное дело, мама не будет против, если Маршалл прошептал ей на ухо волшебное слово “брак”. Она вдруг поняла, что где-то в глубине души надеялась на то, что Рут ни за что не согласится и потребует отложить помолвку, чтобы дать ей время на размышления.

— Ax, доченька, поздравляю… — Когда мать заключила ее в объятия и крепко прижала к груди, Келси поймала поверх ее головы довольный взгляд Маршалла, которого происходящее явно забавляло. — Какая чудесная новость, да еще в твой день рождения! — ликовала мать, пребывая в блаженном неведении о том, что новоиспеченная невеста в этот момент посылает будущему супругу такой испепеляющий взгляд, что мужчину послабее он бы просто свалил с ног. — А я и знать не знала…

Келси мужественно выдержала объявление о помолвке и последовавшие за ним шумные поздравления, пожелания счастья, улыбаясь через силу и необычайно старательно разыгрывая роль взволнованной влюбленной. Не ускользнувшие от нее озадаченные взгляды и перешептывания сослуживцев подействовали на ее нервы как укол адреналина. Было ясно, — усилия Грега не пропали даром: все они считали, что она принадлежит ему; от мысли, что она утерла нос Грегу, Келси приняла еще более горделивую осанку, и это дало ей силы ночь напролет смеяться и танцевать, так что никто не смог бы догадаться, что ее умственные и физические силы на пределе и она вот-вот свалится в нервной горячке.

— Завтра во второй половине дня я позвоню и договорюсь о встрече, — шепнул Маршалл, прощаясь на крыльце. Он уезжал последним: остальные гости, поглотив целое море кофе, наконец разъехались. — Нам нужно кое-что обговорить, и мне бы хотелось, чтобы ты не позднее конца месяца выехала в Португалию.

Она слушала и смотрела на него невидящими глазами; в ее душе царил такой хаос, что суть его слов не доходила до ее сознания, а что-либо ответить было выше ее сил.

— Ты совсем разбита. — Он протянул руку и заботливо поправил упавший ей на лицо локон, затем его пальцы скользнули вниз по щеке и осторожно и очень нежно обвели причудливый контур губ, которые от этой ласки непроизвольно дрогнули. — Постарайся за остаток ночи как следует выспаться.

Там, где он коснулся губ, кожу покалывало, но она по-прежнему не могла произнести ни слова и лишь пристально смотрела на него огромными потрясенными глазами, сиявшими в тусклом свете, падавшем из окон холла.

— Какая ты красавица, — хрипло проговорил он, поглядев на нее сверху вниз, и медленно, как будто нехотя, наклонил голову и прильнул к ее губам — сначала нежно и вкрадчиво, а затем, когда она не шевельнулась и не попыталась высвободиться, медленным, мучительно-страстным поцелуем.

Он все теснее прижимал ее к себе, пока она не ощутила все контуры его твердого, как железо, тела и у нее не осталось сомнений в неистовости его желаний; а едва она это почувствовала, как к ногам прилила теплая волна, колени задрожали, а руки сами собой обвили его широкие плечи. Когда он наконец осторожно отстранил ее, она, уже ничего не стыдясь, сама прижималась к нему, потеряв в водовороте захлестнувших ее чувств представление о времени и пространстве.

— Похоже, на этот раз я поступаю вразрез с закрепившейся за мною репутацией и отказываюсь воспользоваться моментом. Для тебя это был очень тяжелый день. — С кривой усмешкой он отступил на шаг, а у нее вдруг возникло безрассудное желание размахнуться изо всех сил и залепить ему пощечину. Как он смеет оставаться таким невозмутимым и сдержанным, когда каждый нерв в ее предательском теле требует разрядки? Отсутствие опыта лишает ее возможности противостоять его чувственным ухищрениям; он пугающе опасен, а она превратилась в беспомощную марионетку, которую он дергает за ниточки, заставляя выделывать па, от которых он получает какое-то непонятное ей наслаждение.

— Да, я очень устала, — с трудом шевеля губами, ответила она.

— Тогда до завтра.

— Если только не передумаешь. — Она сама не знала, что побудило ее сказать эти слова, но внезапно стоявший перед ней улыбающийся немногословный мужчина превратился в холодного, угрюмого незнакомца с леденящим взглядом черных глаз и угрожающе сжатыми губами.

— Только не вздумай пойти на попятный, — вполголоса проговорил он. — Ты заключила это соглашение, и ты, как и я, будешь его выполнять. Тебе хорошо известно: я не собираюсь менять своего решения и тебе не позволю. Что сделано, то сделано. — От его взгляда у нее пересохло во рту. — Тебе понятно? — Испуганно опустив ресницы, она молча кивнула. — Я никому не давал себя дурачить, Келси, и не позволю этого даже тебе. Ты отправишься со мной в Португалию в качестве моей невесты и сыграешь выпавшую тебе роль до конца. После этого я ни к чему не буду тебя принуждать; у меня нет для этого никаких оснований, так ведь? — Он замолчал, и это напряженное молчание противоречило его словам, но Келси уже было все равно. Единственное, чего она желала, — это чтобы этот ужасный вечер наконец кончился и она смогла остаться наедине со своими мыслями. — Спокойной ночи, Келси. — Он больше не пытался до нее дотронуться и тихо ушел, не оглядываясь.

15
{"b":"4791","o":1}