ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Захлопнув дверцу, я рванула со стоянки, стараясь вычислить, сколько мне понадобится времени, чтобы домчаться до Джозиного кафе. «Слишком много», — услужливо подсказала мне память, когда перед глазами у меня всплыло выражение лица Аманды. А ведь я еще не разговаривала с Джози после аварии!

Если Зару я знала со школы, то с Джози мы подружились в студенческие годы. Мы встретились, когда мой бойфренд начал, не переставая, бубнить о ней. Однажды ночью он целых три раза упомянул, какая на ней была юбка на лекции по психологии. И в припадке подростковой ревности я помчалась разбираться с ней в университетский бар. Она оказалась так хороша, что я чуть не умерла со стыда. О моем бойфренде она даже не слышала. Да я и сама его бросила через два дня, а с Джози мы стали подружками не разлей вода. Джози была красивой, но никогда не водилась с записными красотками. Она дружила с нами — простыми девчонками, и нам это нравилось.

Гадство! У меня не было мобильника, и я не могла позвонить Гасу — единственному другу в полиции, который у меня теперь остался. В 1989-м, помнится, он был веселым и честным малым и хорошо одевался. Он также наверняка был вооружен до зубов — особенно, если сравнивать со мной. Я в качестве средства самозащиты носила модный зонтик и отвертку. Так что Гас был именно тот, кто мне нужен.

Я проскочила на красный свет и свернула на ту сторону улицы, где в одном из домов располагалось Джозино кафе. Дорожные знаки указывали, что по новым правилам нужно снизить скорость до сорока километров в час. Но мне просто слезы на глаза наворачивались при мысли, что кто-то сейчас волочет Джози в дальнюю комнату, заломив ей руки за спину, одну-одинешеньку… И я только сильней жала на газ. Я еле сдержалась, чтобы не заорать «проваливай» на водителя шикарной машины (этот район славился магазинами одежды вроде тех, что всегда мелькают в полуденных фильмах про Родео Драйв). Потом я пронеслась мимо него и резко затормозила около кафе. Полицейской машины не было, так что я сразу кинулась внутрь. А бегунья я, как я уже говорила, так себе. В школьные годы я пропускала уроки физкультуры, так что мои суставы не были подготовлены к бегу на короткие дистанции.

Прихрамывая и потирая лодыжку, я вошла. И сразу просекла три вещи, которые меня слегка застопорили.

1. Джози выкрасила помещение в красно-каштановый цвет.

2. Она расставила длинные ряды низких ламп, что создавало настроение в духе «дринч-торч-конч».

3. Сама она сидела на черном кожаном пуфике, держа в руках огромный фужер с кусочком лимона на дне.

— Джози, слава богу! — пропыхтела я. — Кто-нибудь приходил? Я имею в виду, ты…

Едва переведя дыхание, я закрыла за собой дверь на засов и шмякнулась на другой пуфик.

— Кэсс, что случилось? — Глаза у Джози стали такие же круглые и большие, как фишки в казино.

— У Амандиного жениха болты срезало, он сбил меня с дороги. Я думала, он и сюда явится. Я так беспокоилась!

Я схватила телефон со стойки в баре, позвонила Гасу и на одном дыхании объяснила, что произошло. Он пообещал прислать машину. После этого я сгребла чашку арахиса и плюхнулась на диван, напротив Джози.

Осмотревшись, я заметила еще больше новых деталей: тяжелые хромовые пепельницы и кактусы, прячущиеся среди камней и стоящие на виду в кашпо из белого камня. Из стерео мягко лилась музыка, разжигающая аппетит к чувственным удовольствиям.

— Вот это да, Джози! У тебя тут теперь как в модном журнале «Уоллпейпер».

— Благодарю. Теперь мне месяц не на что будет есть. Но мне нравится. Последние два дня тут были рабочие, красили и проводили электричество. — Она затихла, и вдруг глаза ее сверкнули: — Подожди! Здесь действительно были какие-то незнакомые парни. Я сначала не обратила внимания — мне было некогда, я была в подсобке с Джоном. Он оборудовал систему аварийной сигнализации. Ребята, которые работали около входа, сказали, что выгнали их. Может, это они и были? — Потом Джози огляделась: — Спасибо тебе, господи, что ремонт закончился.

Я кивнула, уставившись на ее бокал. Перехватив мой взгляд, она встала, подошла к стойке бара и сделала еще две водки с тоником.

— Я не знала, что у тебя есть лицензия.

— Получила на прошлой неделе. Кофе с булочками не давали мне умереть с голоду, но и только. Вот я и сделала лаундж-бар. И работать теперь можно допоздна. Недалеко есть пара ресторанов-клубов, дальше по Дарсон-роуд, всего в пяти минутах отсюда, и мы с ними сотрудничаем. Ну, знаешь, рекламируем друг друга, помогаем и все такое. Вот, например, они не любят, чтобы до одиннадцати часов к ним приходили только выпить кофе или коктейль, потому что в это время они накрывают столы к ужину и готовят танцпол — и они выжимают из площади все, что можно. А теперь и я делаю так же.

Джози выглядела такой довольной, что я не могла не улыбнуться.

— Звучит неплохо, — пробормотала я, потягивая напиток и пытаясь успокоиться. Мои нервные ресурсы были истощены лихачеством на пути к месту возможной трагедии.

Пронзительно взвизгнули тормоза полицейской машины. Она остановилась на середине дороги, и двое полицейских быстро выскочили наружу. Я вышла им навстречу, и, пока мы входили в кафе, они забросали меня вопросами.

Джози принялась складывать пополам огромные красные салфетки. А я рассказала копам всю историю с Амандой. Потом предложила им заняться Тони и его прихвостнями.

— Вам следовало бы раньше сообщить в полицию, — сказал один полицейский, тот, что пониже и погрубей. Похоже, у копов всегда есть, что сказать. Уж я-то знаю, Гас меня всегда поправлял, если я говорила неправильно.

— Конечно, — нехотя промямлила я. Что уж говорить, тут я действительно совершила ошибку.

— Хорошо, мы пришлем кого-нибудь, пусть понаблюдают в течение недели. Если что, звоните.

Когда они ушли, я подлила себе еще водки с тоником и скоро почувствовала себя слишком навеселе, чтобы возвращаться на работу. Так что я навела порядок в задней комнате, где после косметического ремонта был настоящий бардак, а потом вознаградила себя парочкой пирожных. Аманде я позвонить не потрудилась. Пусть подергается.

Было уже три часа утра, когда я добралась до своей кровати. Похоже, поработать над отчетом для Элен вряд ли удастся. Я мечтала поскорее уснуть и снова оказаться в своем любимом сне, где мы с актером Кевином Спейси плывем в круизе по Атлантике. Ведь если вести себя правильно, сны вполне могут воплотиться в жизнь. Вот только просыпаться надо до того, как Кевин исчезнет с палубы.

Наступившее утро было ухлопано на составление чернового отчета для Элен — на следующий день у нас была назначена встреча. Прошла уже неделя с того момента, как я начала работать на нее, и теперь я чувствовала себя обязанной продолжать наше сотрудничество на самом высоком профессиональном уровне. Пусть думает, что я — настоящая сыщица.

Итак, учитывая дни, проведенные в засаде и за сбором информации в Интернете, у меня получилось плюс-минус восемнадцать рабочих часов. Я не включила время, затраченное на дорогу, но зато я включила квитанции на бензин и покупку дневника. «Нет, надо вести дневник расходов и затраченного времени постоянно», — поклялась я себе. А то несколько раз пришлось даже разными ручками писать и почерк изменять.

На уроках в художественной школе я тоже так делала. Только там речь шла о бесконечных творческих «поисках». Я что попало писала на холсте, лепила туда же картинки из журналов, делала бесконечные наброски, снова ляпала краску на холст… Получалась, конечно, мура. Но мне очень нравилось малевать все кругом. Примерно так же я поступала, когда накладывала ночной крем. В этом не было никакого смысла, но зато умиротворяло окружающих (то есть позволяло моей маме спать спокойно).

В отчете я опустила факт ранения запястья (которое хорошо заживало) и инцидент с женихом Аманды. Я также замяла детали о проникновении в дом, однако обстоятельно донесла о проныре, выгуливающей собаку, и заведенном порядке отбытия и прибытия Дэниела. Кроме того, я набросала план работы на предстоящую неделю.

20
{"b":"4796","o":1}