1
2
3
...
50
51
52
...
101

Приблизившись к скалам, они свернули на Тирзисскую Дорогу. Впереди, над Народным парком с ухоженными газонами и широколиственными деревьями, вздымался мост Сендика. Мост привел их к невысокой стене и скоплению зданий вдоль нее. Дальше виднелось большое ущелье, поросшее лесом, а еще дальше — шпили и стены дворца, где жили когда-то правители Тирзиса.

По мере приближения Пар разглядывал мост, парк и дворец. Что-то в их расположении казалось неправильным, не таким, как он помнил из легенд. Разве мост не должен заканчиваться у дворца правителей?

Падишар обернулся:

— Вот так-то, парень. Трудно поверить, что меч Шаннары спрятан здесь, у всех на виду, не так ли? Пар нахмурился:

— Где же он находится?

— Потерпи немного. — Он слегка обнял Пара одной рукой и придвинулся к нему. — Что бы ни происходило дальше, старайся не показывать удивления.

Пар кивнул. Падишар отправился к тележке цветочника. Он остановился возле нее и стал разглядывать цветы, будто выбирая букет. В этот момент Пар почувствовал, как его обняла чья-то рука, и когда он повернулся, то увидел ту самую рыжую девушку, которая показывала фокусы на ярмарке.

— Здравствуй, мальчик-эльф, — прошептала она, поцеловав его в щеку, одновременно потеребив прохладными пальцами его ухо.

Рядом с ними оказались двое детей, мальчик и девочка, девочка ухватила за руку Падишара, а мальчик — Пара. Падишар улыбнулся, подбросил девочку вверх так, что она завизжала от удовольствия, поцеловал ее и поделил купленные цветы поровну между нею и мальчиком. Свистнув, он повел всех в парк. Пар уже пришел в себя, чтобы заметить, что девушка несет корзинку, покрытую сверху куском светлой ткани. Когда они подошли к стене, отделяющей парк от ущелья, Падишар подвел их к клену, где все и расположились. Девушка расстелила ткань и принялась доставать из корзинки холодных цыплят, яйца, хлеб, джем, кексы.

Тем временем Падишар сказал:

— Пар Омсворд, познакомься с Дамсон Ри. Пока мы гуляем, она будет твоей невестой.

Зеленые глаза Дамсон Ри заискрились весельем.

— Любовь быстротечна, Пар Омсворд. Давай не будем терять времени. — Она протянула ему яйцо.

— Ты — мой сын, — добавил Падишар. — А эти дети — твои брат и сестра, — правда, сейчас я не припомню их имен. Дамсон, скажешь мне их попозже. И вообще, на случай расспросов — мы семья, выбравшаяся на пикник.

Но с расспросами к ним никто не пристал. Мужчины молча ели, наблюдая за детьми. Как все обычные дети, они играли, гоняясь друг за другом. Дамсон присматривала за ними, смеясь над их играми теплым, заразительным смехом. Она была хороша собой, но, когда смеялась, казалась Пару еще восхитительней. Они закончили еду, девушка показала детям несколько маленьких фокусов и отправила их играть в другое место.

— Пора пройтись, — предложил Падишар, поднимаясь.

Все трое шли в тени деревьев, якобы прогуливаясь и приближаясь постепенно к стене, преграждавшей путь в ущелье. Дамсон нежно обняла Пара, и он обнаружил, что ничего против не имеет.

— Все в Тирзисе изменилось, — начал Падишар. — Когда род Бакханнахов прервался, монархическое правление в Тирзисе кончилось. Тирзис, Варфлит и Керн стали управлять Каллахорном, образовав Совет Городов. Когда Федерация сделала Каллахорн своим протекторатом, Совет распустили. Дворец был местом заседаний Совета. Сейчас его использует Федерация, но никто не знает для чего.

Они подошли к стене и остановились. Стена, всего три фута высотой, была сложена из камня.

— Взгляни-ка, — предложил предводитель повстанцев.

Пар так и сделал. Ущелье перед ними заросло деревьями и кустарником так густо, что растения заглушали друг друга. Внизу клубился туман, достигавший верхушек деревьев. Ущелье тянулось примерно на милю в длину, а еще через четверть мили стоял дворец, его выбитые окна и двери мрачно чернели, ворота были распахнуты. От распахнутых ворот, едва державшихся на петлях, к строениям, стоявшим чуть поодаль, вела узкая тропа.

Пар оглянулся на Падишара. Тот смотрел на город.

— Стена — это граница между прошлым и настоящим, — тихо сказал он. — Земля, на которой мы сейчас стоим, называется Народным парком. Но настоящий Народный парк, каким он был во времена наших предков, — он сделал паузу и повернулся к ущелью, — вон там.

Он подождал, пока его слова дойдут до сознания Пара:

— Ниже пост Федерации, охраняющий проход.

Пар проследил его взгляд и увидел груду огромных каменных блоков, возвышающихся над верхушками деревьев.

— Это все, что осталось от настоящего моста Сендика, — мрачно продолжал Падишар. — Я тебе говорил, что он сильно пострадал при осаде Тирзиса войсками Чародея-Владыки во времена Панмона Крила. Через несколько лет мост совсем развалился. А нынешний мост, — он небрежно указал рукой, — всего лишь бутафория. — Он искоса взглянул на Пара. — Теперь понимаешь?

Пар понял. Его мозг лихорадочно заработал, складывая из кусочков всю головоломку.

— А меч Шаннары? — Уголком глаза он заметил, как вздрогнула Дамсон Ри, услышав это.

— Если не ошибаюсь, где-то там, внизу, — мягко ответил Падишар. — Там, где был всегда. Ты хочешь что-то сказать, Дамсон?

Рыжеволосая девушка схватила Пара за руку и повела прочь от стены.

— Так за этим он пришел сюда, Падишар? — рассердилась она.

— Спокойно, дорогая Дамсон. Не будь такой суровой.

Девушка сильнее сжала руку Пара:

— Это рискованное дело, Падишар. Ты прекрасно знаешь, я уже посылала людей в Преисподнюю, и ни один не вернулся.

Падишар снисходительно улыбнулся:

— Преисподняя — так в Тирзисе называют теперь это ущелье. По-моему, неплохо.

— Ты слишком рискуешь! — настаивала девушка.

— Дамсон — мои глаза, уши и правая рука в Тирзисе, — мягко объяснил Падишар. Он улыбнулся девушке. — Дамсон, расскажи долинцу, что тебе известно о мече.

Она сердито посмотрела на него, потом отвернулась и начала:

— Мост Сендика разрушился тогда, когда Федерация присоединила к себе Каллахорн и начала оккупацию Тирзиса. Лес на месте старого Народного парка, где хранился меч Шаннары, появился буквально за одну ночь. Новый парк и мост выросли так же быстро, но в другом месте. Я расспрашивала об этом стариков в городе и узнала: меч вообще-то и не исчезал из хранилища, просто склеп затерялся в лесу. Люди быстро все забывают, особенно если им внушают что-то другое. Каждый верит теперь, что тот Народный парк и мост, которые они видят, — единственные существовавшие когда-либо. А меч Шаннары — даже если он и был когда-то — просто исчез.

Пар смотрел на нее, не веря своим ушам:

— Лес, парк и мост изменились за одну ночь?

Она кивнула:

— Именно так.

— Но…

— Магия, парень, — прошептал Падишар в ответ на его невысказанный вопрос.

Они вернулись к корзинке и остаткам еды на импровизированном столе. Дети уже играли рядом, с удовольствием отщипывая кусочки кекса.

— Но ведь федераты запрещают магию. — Пар все еще не мог прийти в себя от изумления. — Они объявили ее вне закона.

— Да, запрещают, но только другим, — поправил его Падишар. — Возможно, чтобы самим пользоваться ею без помех. Или чтобы позволить кому-нибудь другому использовать ее. Или чему-нибудь. — Он сделал ударение на последнем слове.

Пар догадался:

— Ты имеешь в виду порождения Тьмы?

Ни Падишар, ни Дамсон ничего не ответили. Пар стал лихорадочно думать: «Федерация и порождения Тьмы заодно, они объединились для каких-то целей, — возможно ли такое?..»

— Я долго размышлял над тем, что случилось с мечом Шаннары, — задумчиво произнес Падишар, остановившись на таком расстоянии, чтобы дети не слышали. — Ведь это и часть истории моей семьи. Мне всегда казалось странным его бесследное исчезновение. Он был вделан в мраморную глыбу и заперт в склепе целых двести лет. Как мог он так просто исчезнуть? Не испарилось же все это? — Он посмотрел на Омсворда. — Дамсон потратила много времени, чтобы найти ответы на эти вопросы. Только немногие помнили о том, как все это произошло. Теперь все они мертвы, но их память перешла ко мне.

51
{"b":"4804","o":1}