ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я что-то не улавливаю ход вашей мысли, мистер Нэш.

Нэш улыбнулся и пожал плечами. У него был длинный язык, но он знал, когда следует остановиться.

– Знаете, Майк, вид у вас просто ужасный. Посмотрите на себя в зеркало. Щека распухла, нос тоже. Рубашка вся в крови, а костюм... да его можно теперь выбросить. Господи, на кого вы похожи! Вам нужно поберечь себя. Почему бы вам не отдохнуть немного, не погулять по берегу и не поразмышлять? Когда почувствуете себя лучше, приходите ко мне. Если, конечно, у вас еще будет желание работать на меня. Мы что-нибудь придумаем.

Погулять по берегу? Как вчера, когда чуть не убили Вэл? Ублюдок!

– Конечно, мистер Нэш. Я дам вам знать.

Тоцци осторожно встал на ноги, постоял немного, боясь, что подогнутся колени, потом с опаской шагнул вперед. Колени были в порядке, но сильно кружилась голова.

Тоцци поглядел на картину на стене – скромная улыбка Сидни, великолепная прическа, глубокое декольте. Неужели все-таки она сказала Нэшу, что он фэбээровец? Заметила, что он слишком настырен, и догадалась? Может, она спала со всеми агентами, которые пытались проверить бизнес Нэша? Налоговыми инспекторами, фэбээровцами, инспекторами игорного бизнеса? Может, она их всех носом чует?

Тоцци пошел к двери, но затем остановился и поглядел на Нэша. Он не может уйти, не получив ответа. Тоцци кивнул на картину.

– Это она сказала вам, что я агент?

Нэш отрицательно покачал головой.

– Ей нравилось общаться с вами. Она не говорила о вас ни словечка. Вы, наверное, стоите того, Майк. Недаром женщины без ума от итальянцев. Правда?

– Может быть... Но кто же сказал вам?

Нэш ухмыльнулся, как кролик, и пожал плечами.

– Кое-кто.

Сэл Иммордино сказал тебе. Конечно, он. У него возникли подозрения, и он поведал о них Нэшу. Вот почему Ленни всучил ему ключи от дома на берегу. Это была ловушка. Рассел и Иммордино. Ублюдки. В голове у Тоцци застучало. Он повернулся к двери.

– Кстати, Майк, чуть не забыл сказать вам. Мне очень жаль вашу приятельницу. Кажется, ее зовут Валери? Послушайте, сколько бы ни стоило лечение, я оплачу его. Только дайте мне знать. Хорошо?

Тоцци мрачно поглядел на Нэша, с дурацкой улыбкой сидящего за столом, заваленным всяким хламом. Ему хотелось посоветовать Нэшу заткнуться, но к чему это? Он просто отвернулся и пошел к двери.

Возле двери стояли большие старинные напольные часы – он только сейчас заметил их. Они громко тикали в такт боли, пульсировавшей у него в голове. Тоцци посмотрел на циферблат с классическими римскими цифрами. Стрелки показывали двадцать пять минут первого. Поединок Уокера с Эппсом начинается всего лишь через девять с половиной часов, а он пока еще знал не многим больше, чем было известно ему десять недель назад, когда он начал вести свое расследование. Проклятье...

Глава 20

Тоцци сдвинул темные очки с распухшего носа и оглядел галерею. Гиббонс сидел за одним из маленьких столиков нелепой конструкции – стул приклепан намертво к столу и все вместе привинчено к полу. Он сам предложил Гиббонсу встретиться тут, в огромной закусочной на третьем этаже магазина, построенного на Миллионном пирсе, куда люди приходят полюбоваться грохочущими океанскими валами. А может, это был Стальной пирс, черт его знает. Он потер ноющие плечи. Было такое ощущение, словно на них обрушился один из этих чертовых валов.

В галерее было полно народу, все столики заняты. Сюда заскакивали перекусить игроки из казино, потому что тут было гораздо дешевле. На столе перед Гиббонсом стояла бумажная тарелка с огромным сандвичем с мясом и сыром и чашка кофе. Гиббонс откусывал кусок, когда Тоцци опустился на стул напротив.

– Лоррейн рассердилась бы, если бы увидела, что ты ешь. Слишком много холестерина.

Гиббонс поглядел на него, продолжая невозмутимо жевать.

– Не суйся не в свое дело.

Тоцци пожал плечами.

– Не бойся, я не скажу ей.

Гиббонс отхлебнул кофе.

– Мне плевать, скажешь ты или нет. Я голоден.

– Ешь на здоровье.

Тоцци поправил козырек спортивной шапочки.

Гиббонс удивленно поглядел на него.

– Что это за наряд? Ты похож на клоуна.

Тоцци погрозил ему пальцем. Выйдя из офиса Нэша, он отправился к себе и переоделся. Сейчас на нем были спортивные штаны цвета хаки, черная футболка и синяя ветровка с оранжевой эмблемой «Мемфисцев» на спине. Спортивная шапочка дополняла наряд, в котором, как он надеялся, ему нетрудно будет затеряться в толпе гуляющих по пирсу. Темные очки он нацепил лишь для того, чтобы скрыть синяки под глазами.

Гиббонс снова вонзил зубы в сандвич.

– Ну, в чем дело? Почему ты не с Нэшем?

Тоцци поковырял плавленый сыр, прилипший к бумажной тарелке.

– Они уделали меня.

Продолжая жевать, Гиббонс некоторое время обдумывал его слова.

– Сэл уже давно охотился за тобой. Он, наверное, что-то сказал Нэшу.

– Наверное.

Тоцци вспомнил картину на стене офиса Нэша – Сидни, похожая на Скарлетт О'Хара.

– Итак, что мы имеем?

– Ничего ровным счетом. – Тоцци потрогал распухшую переносицу. Она уже почти не болела, но отек не уменьшался. – Они на всех парах движутся к цели, а мы сидим тут и дрочим.

– А если позвонить Иверсу? Может, он убедит судью выдать ордер на отмену поединка?

Тоцци мрачно покачал головой.

– Если нам даже удастся убедить Иверса, что весьма сомнительно, ни один судья не станет связываться с Расселом Нэшем, не имея на руках серьезных доказательств.

Гиббонс откусил еще кусок и кивнул.

– Ты прав.

– Может, нам пойти прямо к Уокеру и сказать ему, что нам известно про сделку? Заявить ему прямиком – если проиграешь, будешь сидеть по уши в дерьме.

– Потрясающая идея. После чего он пожалуется в Бюро, и нам дадут пинком под зад. Даже если ты попытался бы привлечь его к ответственности после боя, как ты докажешь, что он намеренно проиграл его? Он просто скажет, что плохо спал ночью и был не в форме. Нет никакого смысла говорить с Уокером. Каким бы ни было его решение, он сделает по-своему. Кроме того, насколько мне известно, он не выносит белых.

Тоцци вздохнул и взял со стола солонку.

– Ты прав.

Они замолчали. Гиббонс поедал свой сандвич с бифштексом, а Тоцци думал о Валери. Зайдя домой переодеться, он позвонил в больницу. Ему сказали, что состояние ее удовлетворительное. Он спросил, нельзя ли поговорить с ней, ему ответили: нет, она еще не может разговаривать по телефону. Он жутко расстроился. Он хотел, чтобы она услышала, как он беспокоится о ней. Он принялся чертить солонкой круги на столе. А еще больше он хотел всадить Сэлу пулю между глаз так, чтобы его мозги размазались по стене. Этого ему хотелось больше всего на свете.

– У тебя есть с собой запасное оружие? – спросил он.

– Нет, только мой револьвер. А куда ты дел свой?

– Коллеги конфисковали, – усмехнулся Тоцци.

Гиббонс перестал жевать и внимательно поглядел на него.

– У тебя распухло лицо. С тобой все в порядке?

– В полном порядке. Они просто решили попугать меня. – Он весь был в синяках, но по-настоящему его беспокоил только нос. – Дай мне половинку сандвича. Я сегодня не завтракал.

Он потянулся к тарелке, но Гиббонс оттолкнул его руку.

– Пойди и купи себе.

– Перестань. Дай половинку. В нем слишком много холестерина.

– Пошел ты к черту с холестерином.

Гиббонс отодвинул от него тарелку.

– Какой ты милый и добрый, Гиб. Настоящий друг. Меня чуть не убили, а он жалеет половинку сандвича, мрачно подумал Тоцци.

– Пойди и купи себе. Это вон там. – Гиббонс указал в сторону стойки.

– Нет, я больше не хочу, – сказал Тоцци и снова стал возить солонку по столу.

Гиббонс поднес ко рту чашку.

– Мы, кажется, обиделись? Бедный мальчик. На. Бери. – Он подтолкнул тарелку к Тоцци.

– Не хочу.

– Ну ешь же. Ты ведь хотел есть.

– Ешь сам.

– Нет, не буду. Ты расскажешь Лоррейн, и мне придется выслушивать очередную лекцию о вреде холестерина от мисс Маргарин, богини постной пищи и прочего дерьма.

48
{"b":"4811","o":1}