ЛитМир - Электронная Библиотека

Шурка всхлипнул:

— Правильно.

Платонов посмотрел на часы. Было уже утро. Он подошел к зеленому телефонному аппарату, висящему на стене, позвонил куда-то и спросил: есть ли в геологоразведочном техникуме отделение с экономическим уклоном. Потом стал звонить по белому телефону. Разговаривал долго, несколько раз называл Шуркину фамилию.

— Слышали? Завтра, Шурка, иди на курсы вместе с ребятами. Петька, проводишь его к директору. А директор, мы договорились, проводит в группу, которая готовится для поступления на планово-экономическое отделение. Управление геологии согласилось платить тебе ежемесячное пособие.

Ребята поблагодарили Платонова.

— Но знайте, что в дальнейшем вы будете работать только в нашем геологоуправлении.

— В одной экспедиции? — спросила Таня.

— Если пожелаете, то в одной. — Все четверо заулыбались. Платонов закрыл боковую дверь: — А теперь, ребята, самое главное. Почему вы полезли в вагон к Гарновскому? Вы нам чуть не сорвали важную операцию.

— Мы не думали, что вы знаете о Гарновском, — быстро заговорила Таня, — их целая шайка,

— Хоть десять шаек. Вы же в вагоне видели нашего сотрудника.

«Никого мы не видели», — хотел было сказать Петька, но тут зашел офицер в белом халате и положил на стол Платонову пачку фотографий. Платонов нажал кнопку:

— Лейтенанта Дмитриева ко мне. — И стал рассматривать фотографии.

— Мальчишки, — зашептала Таня, — скажите еще о Жухове, может…

Распахнулась дверь, и военный прямо с порога отчеканил.

— Лейтенант Дмитриев по вашему приказанию прибыл.

Ребята растерялись. В военной форме стоял… Васька Жухов. К бороде от виска шел широкий шрам.

— Чемодан покупал он, — шепнул Петька Тимке.

Платонов поздоровался с Жуховым за руку:

— Дмитриев, расспроси ребят про те моменты, о которых мы вчера говорили.

— Слушаюсь. — И обратился к ребятам: — Пойдемте, други мои, ко мне в кабинет.

Справка

…Гарновский, спасая свою жизнь, вспоминал сотни незначительных, на первый взгляд, деталей из своей шпионской деятельности. Поведал о своих родственниках, «на семь колен в обе стороны», как в дальнейшем скажет лейтенант, работавший в экспедиции под фамилией Василия Жухова. Колесников тщательно усваивал сведения Гарновского.

Комсомольцы Петр Жмыхин и Таня Котельникова, которые должны были выполнить роль пароля, получили четкие инструкции. Документы пропавшей экспедиции, схемы Самоволина и карты-лоции, украденные в сгоревшем доме Федора Ивановича, были тщательно скопированы. Копии были переданы в геологоуправление, а подлинники вновь уложены в черный чемодан.

Когда все было проверено, взвешено и оценено, операция «Подмена» началась. О ней были поставлены в известность работники контрразведки города Катушевска.

Во вторник рано утром к аэропорту подошла автомашина. Вышли трое. Высокий, слегка согбенный мужчина, белокурая девушка и стройный юноша. Мужчина в темном клетчатом пальто, тяжелой шляпе, в темных очках. В левой руке он держал инкрустированную бронзовую трость, в правой — черный чемодан с никелированными уголками. Девушка была в синем пальто и в синей пуховой шапочке под цвет глаз. На юноше хорошо сидела меховая куртка и такая же шапка. Они подходили к зданию вокзала, когда по трансляции объявили о посадке на рейс В-78.

В город Катушевск группа «Подмена» прибыла вовремя. Из окна идущего на посадку самолета Петька заметил в колышущихся зеленых океанских волнах огромное судно. Палуба походила на стадион, посыпанный желтым песочком. На борту многометровыми буквами было написано на русском, английском языках: «Марука сан».

Самолет приземлился мягко. Сделал пробежку и остановился напротив стеклянного здания. Подкатил трап. Группа «Подмена» из самолета вышла последней. Таня почувствовала, что в Катушевске намного теплее. На сопках снега вообще не было. Встречающие были в шляпах и беретах. Много военных и моряков.

— Петька, — прошептал Колесников, — смотри такси.

— Хорошо, Георгий Николаевич.

Колесников не улыбнулся. Два года подряд он внушал себе, что он не Колесников, а Георгий Николаевич Гарновский. Он вжился в эту роль настолько, что арестованный руководитель «Аквы», наблюдая за ним, сказал:

— Колесников, вы больше Гарновский, чем я сам. Мимо них медленно прокатила машина с шахматными клеточками на дверце. Номер 77-07. По инструкции остановить машину должна Таня. Петька подтолкнул ее. Таня выскочила на дорогу, замахала красной вязаной рукавичкой. Шофер затормозил, открыл дверцу — куда?

— В центр, к бабушке.

Шофер посмотрел на Таню, кинул взгляд на зеркало заднего обзора.

— У меня бензин на нуле, доедем ли до бабушки?

Ответ точный. Таня улыбнулась и крикнула:

— Георгий Николаевич! Петька! Идите сюда, он согласился.

Постукивая тростью, Гарновский гордо вышел из-за киоска.

— С севера едете, — сказал ему шофер, — денег, поди, вон полный чемодан прете.

— Не подговаривайтесь, больше червонца не дам.

— Тогда плату вперед. Знаем мы таких — прешь его через весь город, а он тебе рублевку и в кусты.

Гарновский снял черную перчатку, вытащил из кармана десятку и брезгливо подал таксисту.

Шофер на глазах у стоящих пассажиров разгладил купюру. Глаза стрельнули по номеру — 770700.

Шофер сразу стал услужливым. Помог сесть Тане, Петьке. На первое сиденье посадили Гарновского. Машина вышла на магистраль и увеличила скорость до предела. Шофер, не отрывая глаз от дороги, произнес:

— «Марука» пришла с опережением на два часа, уже швартуется.

— Видел ее с самолета, — ответил Колесников.

Промелькнул пост ГАИ. Милиционер с полосатым жезлом погрозил кулаком — не превышай, мол, скорость, хоть ты и таксист.

Начались кварталы города. Выехали к океану. На рейде стояли военные корабли, чистенькие, как айсберги на школьных картинках. В гостинице группа заняла номер на третьем этаже. Проводив их в комнату, распорядитель сказал:

— Это наш лучший номер.

— А теперь, — сказал Вячеслав Валентинович, — мы немного прогуляемся и придем обедать. Племянники мои, — он кивнул на Петьку с Таней, — никогда не видели океана.

Распорядитель поднял палец вверх:

— Океан, он суровый, следует быть осторожным. Один неверный шаг, и пропал. Бултых, и нет тебя.

Петька смотрел в окно вдоль улицы. В порту стояло столько судов, что невозможно было сосчитать мачты. Рев паровых кранов и лязг лебедок не доносился, но стальные стрелы беспрерывно опускались и поднимались. Словно стая сказочных журавлей, тюкая носами, выклевывала из трюмов машины, трактора, бочки, станки…

У ворот порта стоял сторож в короткой черной шинели и шапке с кокардой. Но без оружия. Вот он поспешно зашел в будку и позвал туда свою рыжую коротконогую собачонку. Обратно вышел один и стал растворять железные полотнища ворот.

— Идут! — крикнул Петька.

Колесников посмотрел в окно:

— Они!

Торопливо оделись, взяли чемодан. Выйдя из гостиницы встали у газетного киоска. Колесников вынул из кармана газету и вполоборота к идущим иностранцам стал читать. Таня с Петькой встали рядом, делая вид, что рассматривают океан.

Торговая «администрация» медленно приближалась. Впереди шел капитан. Толстый японец на коротких ногах. Из толпы выделялся высокий белый бизнесмен с орлиным носом. Он нес пузатый портфель из крокодиловой кожи.

Расстояние до делегации сокращалось. Двадцать метров. Пятнадцать. Десять… Таня с Петькой затаили дыхание.

Но… разговаривая, «гости» проходили мимо. И никто из них не взглянул на группу «Подмена».

Вдруг круглолицый седой японец отстал от толпы и подбежал к газетному киоску, заглянул в окошечко:

— Пожалуйста, газета, — желтым пальцем он ткнул в «Красную звезду» и подал советский рубль. Пока киоскерша, наклонясь, отсчитала сдачу, японец, быстро вращая головой, тихо спросил у Тани:

44
{"b":"4893","o":1}