A
A
1
2
3
...
33
34
35
...
72

Пола прижалась к спинке кресла, потрясенная своим открытием. Она закрыла глаза, погрузилась в звуки музыки, не переставая думать о Шейне. Он сидел всего в нескольких футах от нее. О чем он думает, что испытывает сейчас? Действительно ли он ее любит? Безумно любит, как утверждает Элайн? У Полы сжалось сердце. А она? Как она относится к Шейну? Может быть, она просто бессознательно реагирует на исходящий от него жар страсти? Или она тоже его любит?.. Неужели она, сама того не осознавая, всегда любила его? Пола изо всех сил старалась разобраться в самых сокровенных своих чувствах, разложить по полочкам свои эмоции. Но у нее ничего не выходило.

Гости уехали без четверти двенадцать.

Шейн отправился их провожать.

Пола знала, что ей делать.

Она взяла с сундука бутылку коньяка и перенесла ее к камину. Потом налила рюмки, поставила бутылку на столик, подбросила дров в огонь. И принялась ждать Шейна.

Прошло несколько минут, и Пола услышала его шаги. Она повернулась ему навстречу и улыбнулась. Шейн несколько смешался, увидев ее у камина с рюмкой в руке. Он нахмурился:

– Никак ты собралась не спать всю ночь? Я-то полагал, что ты умираешь от усталости. Позади у нас трудный день, ты так славно потрудилась на кухне.

Так не следует ли нам…

– У меня открылось второе дыхание, – воскликнула она, не дав ему договорить. – Хочу выпить еще на сон грядущий. И тебе налила. Неужели ты не присоединишься ко мне? – Не дождавшись ответа, Пола засмеялась:

– Ну, не будь таким букой, Шейн.

Шейн занервничал. Он боялся оставаться с ней наедине. Слишком уж его тянуло к ней весь сегодняшний вечер. Ему с огромным трудом удавалось сдерживать свои чувства. К тому же он немало выпил. Вдруг он не сможет себя контролировать? Эта мысль вдруг рассердила его. Он не зеленый юнец на первом в жизни свидании, а зрелый мужчина. И рядом – молодая женщина, которую он знает всю жизнь. Да, он любит ее. Но ведь она доверяет ему. И он джентльмен и сможет держать себя в руках. Однако все же Шейн решил, что пора положить конец этому вечеру.

– Ладно, но только одну – перед сном. Я запланировал на завтра верховую прогулку, так что нам следует встать рано и быть бодрыми и свежими.

Он подошел к камину, напустив на себя безразличный вид, взял наполненную ею рюмку и сделал несколько шагов в сторону, собираясь сесть в кресло у камина.

Пола похлопала рукой по дивану:

– Нет, садись сюда. Я хочу поговорить с тобой. Шейн, весь напрягшись, тревожно поглядел на нее, стараясь понять выражение ее лица. Но Пола выглядела спокойной, даже умиротворенной. Он ничего не понимал. Обычно она вела себя гораздо более оживленно.

– Хорошо.

Шейн сел как можно дальше от нее.

– За тебя! – произнесла Пола, придвигаясь поближе, и чокнулась с ним.

– За тебя.

Их руки случайно соприкоснулись. Шейну показалось, что его пронзило током. Он еще глубже забился в угол дивана, закинул ногу на ногу и спросил:

– Так о чем ты хотела со мной поговорить?

– Я хочу задать тебе один вопрос.

– Давай, спрашивай.

– Но ты ответишь правду?

Он подозрительно посмотрел на нее:

– Все зависит от вопроса. Если он мне не понравится, я могу дать уклончивый ответ.

Пола как-то странно взглянула на него:

– В детстве мы всегда говорили друг другу правду. Тогда мы никогда не врали… Я хотела бы, чтобы сейчас все было по-прежнему.

– Но ведь так оно и есть!

– Не совсем. – Пола заметила удивление в его глазах. – О да, – подтвердила она. – Последнюю неделю все шло, как в добрые старые времена, не спорю.

– Но на протяжении почти двух лет между нами возникло отчуждение. И не спорь. Если уж на то пошло, – быстро продолжила она, – ты очень долго держался со мной холодно и настороженно. А когда я спрашивала тебя о причинах твоей отчужденности, о том, почему ты исчез из моей жизни, ты отделывался от меня оправданиями. Мол, много работы, много поездок. – Пола поставила рюмку на стол и прямо взглянула ему в глаза. – В глубине души я никогда не верила твоим отговоркам. Отсюда мой вопрос… – Пола замолчала, отводя глаза от его лица:

– Вот он. Что такого ужасного я сделала тебе, что ты решил со мной расстаться? Ты – мой самый давний и добрый друг?

Шейн молча смотрел на нее, не в состоянии ничего придумать в ответ. Если сказать правду, то он обнаружит свои истинные чувства. Если солгать – он сам себя потом возненавидит. К тому же она очень умна и сразу же почувствует ложь. Шейн сглотнул, тоже поставил рюмку и с задумчивым видом уставился в огонь. Нет, лучше промолчать.

Некоторое время никто не произнес ни слова. Пола, ни на миг не отрывавшая от него взгляда, вдруг поняла мучившую его дилемму. «Милый, – подумала она, – открой мне свое сердце, расскажи мне все». Любовь охватила все ее существо, заставив вмиг забыть обо всем. Она в удивлении затаила дыхание, вдруг осознав все про себя. Как ей хотелось обвить его шею руками, поцелуями заставить развеять ту скорбь, что омрачала его чело. Молчание затянулось. – Я понимаю, – нежно прошептала Пола, – как тяжело для тебя ответить на мой вопрос. – И после совсем небольшого колебания закончила:

– Поэтому я скажу сама. Ты оставил меня, потому что я обручилась с Джимом и вскоре вышла за него замуж.

И все равно Шейн не осмелился вымолвить ни слова, боясь выдать себя. Итак, она угадала. Но как глубоко простирается ее догадка? Шейн заморгал, пытаясь сфокусировать взгляд на танцующих языках пламени. Он понимал, что не должен дать ей взглянуть себе прямо в лицо, пока чувства так легко можно прочитать.

Наконец он сел к Поле вполоборота и медленно вдруг охрипшим голосом произнес:

– Да, именно поэтому я отдалился от тебя, Пола. Возможно, я сделал ошибку. Но… понимаешь… я думал… что стану раздражать Джима, да и тебя тоже. В конце концов, зачем вам обоим нужно, чтобы старый знакомец сшивался вокруг вашего дома…

Он не договорил, запнувшись.

– Шейн… ты говоришь не всю правду… это знаем и ты и я.

Что-то в ее голосе поразило его и заставило резко повернуть голову. В ярких отблесках огня ее бледное лицо казалось светящимся бриллиантовым светом. Фиолетовые глаза потемнели и горели незнакомым ему огнем. На шее у нее быстро пульсировала жилка. Она приоткрыла губы, словно собираясь что-то сказать, но не издала ни звука. Ее глаза… Вновь с неодолимой силой его потянуло к ней, желание охватило все его существо. Сердце колотилось у него в груди, он весь дрожал. Только призвав на помощь все свое самообладание, он сумел усидеть на месте. Теперь он знал, что ему делать: встать, выйти из комнаты, оставить ее одну. Но он не мог пошевельнуться.

Они смотрели друг на друга.

Пола видела в его иссиня-черных глазах любовь, которую он уже не в силах был скрывать. Но и Шейн прочитал любовь на ее лице, любовь и желание, которые так долго оставались только его тайной, его секретом.

Открывшаяся истина ошеломила его. А затем, уверенно и решительно, они одновременно качнулись друг навстречу другу.

Их руки сплелись, их губы встретились. Пола ответила ему теплым и мягким поцелуем, и он языком почувствовал ее язык. Шейн опрокинул Полу на подушки. Левой рукой он ласкал ей затылок, а правой отвел волосы от лица и принялся гладить ее щеки, ее длинную шею. Руки Полы вцепились в его плечи, затем она запустила пальцы ему в волосы. Шейн начал целовать ее так, как мечтал поцеловать очень давно – со страстью и силой, приникнув к ее губам требовательным ртом. Их дыхание перемешалось. Но неожиданно его поцелуи стали нежными и ласковыми. Он положил руку ей на грудь и медленно начал поглаживать, пока сосок не затвердел под его пальцами. Казалось, что их сердца бьются друг о друга.

Наконец они прервали поцелуи, тяжело дыша. Шейн смотрел на нее пронизывающим взглядом. Пола подняла руку и прикоснулась к его лицу, провела пальцем по верхней губе и усам.

Шейн встал, быстро разделся и швырнул одежду на стул. Пола последовала его примеру, и они, сплетясь в объятиях, рухнули на диван. Шейн крепко прижал ее к груди и покрыл поцелуями ее лицо, волосы и плечи. Потом приподнялся на локте и окинул всю ее взглядом. Как хорошо он знал ее тело. Он следил за его ростом – от младенца к ребенку и до молодой женщины. Но таким он его никогда не видел – обнаженным, открытым для него, ждущим его. Он провел рукой по ее высокой упругой груди, по поджарому животу, по внешней стороне бедра, затем перешел на внутреннюю сторону и гладил, ласкал Полу до тех пор, пока его пальцы не прикоснулись к черному треугольнику мягких волос, скрывавших под собой самую суть ее женственности. Он закрыл его своей ладонью и лег, уткнувшись лицом в ее бедро. Его пальцы, словно отдельно от хозяина, вели свою нежную игру. И наконец его губы присоединились к пальцам.

34
{"b":"4945","o":1}