ЛитМир - Электронная Библиотека

— Тебе не будет больно, — предупредила она пациентку, — я к тебе даже прикасаться не буду. Ты должна совершенно успокоиться, вести себя тихо-тихо, полностью довериться мне.

Карлина взяла в руки висевший на груди звездный камень и принялась с его помощью изучать тело женщины. Преграду, закрывавшую доступ к зачатию, она нашла довольно быстро, однако работа заняла очень много времени. Пришлось опуститься на клеточный уровень…

Закончив сеанс, она жестом показала женщине, что та может сесть.

— Ничего обещать не могу, — сказала, — я сделала все возможное. По-моему, теперь не может быть никакой задержки беременности, блокаду я сняла. Теперь запомни: ты должна сказать мужу, чтобы он зачал ребенка с другой женщиной. Если так случится, то, я думаю, у тебя тоже будет все хорошо.

Женщина бросилась ей в ноги, однако Карлина подняла ее:

— Не меня благодари, но нашу богиню Аварру, — потом добавила: — Вот еще что — в старости никогда не осуждай женщину, у которой нет детей, не кори ее за бесплодие. Запомни, может, в том не ее вина.

Когда пациентка ушла, Карлина почувствовала душевный подъем — сегодня работалось на удивление хорошо. Быстро устранила физическую причину бесплодия. Если бы не нашла патологию в организме пациентки, можно было предположить что угодно. Может, женщина не так уж и хотела родить ребенка? С помощью ларана однозначный ответ на этот вопрос получить трудно. Другая причина — муж этой женщины бесплоден. До сих пор еще некоторые верят, что в принципе их усилия не могут быть тщетны. Несколькими поколениями раньше, когда на Дарковере процветали групповые браки, когда женщины могли иметь детей от нескольких мужей, все было просто. В ту пору все зависело от взаимного влечения, и женщине следовало всего-навсего преодолеть природную стыдливость, чтобы лечь с тем или иным мужчиной, что случалось в каждый праздник. Так что женское бесплодие было наяву, а мужское скрыто. В последующую эпоху, когда возник вопрос о передаче наследства исключительно по отцовской линии, требования к установлению отцовства стали очень жесткими — буквально драконовскими. Вследствие этого изменилось и социальное положение женщины, а бесплодие считалось страшной бедой, обрушившейся на семью. Теперь взять любовника было смертельно опасно — общественная нравственность строго следила за святостью брака.

…И вторая пациентка, явившаяся на остров, жаловалась на невозможность зачать ребенка.

— У нас три дочери, а вот сыновья, кроме последнего, еще маленького, умерли, — начала объяснять женщина. — Муж очень сердится на меня за то, что за последние пять лет я ни разу не зачала. Он называет меня никчемной бабой…

Старая история, решила Карлина и спросила:

— Скажи, ты на самом деле хочешь родить еще одного ребенка?

— Если мой муж желает, то и я тоже, — печально ответила женщина. — Я уже принесла восемь детей, четверо выжили. Сыночек резвый, здоровый… Ему уже шесть лет. Старшая дочь уже на выданье… Но как мне сносить его гнев?

Карлина жестко бросила:

— Сообщи ему, что такова воля Аварры. Он должен ежедневно благодарить ее, что она оставила ему одного сына. Пусть радуется тому, что у него есть. Скажи, что это не ты отказываешься иметь детей, но Великая Мать указала тебе, что долг свой ты исполнила честно. Больше у тебя ничего не будет.

Посетительница облегченно вздохнула, в глазах у нее заиграла радость.

— Но эти слова рассердят его… У него это запросто — возьмет и поколотит меня.

— Если он посмеет ударить тебя, — торжественно начала Карлина, — то именем великой Аварры приказываю тебе взять полено и огреть мужа по голове. Со всей силы… А потом врежь еще раз — это уже по моему повелению. — Она едва смогла скрыть улыбку, потом, посерьезнев, добавила: — При этом напомни, что боги наказывают упрямых и безжалостных. Тем более жадных!.. Он должен благодарить богов за то, что ему дано, а не требовать в злобном беспамятстве еще!

Посетительница попыталась поцеловать ей руку, однако Карлина отказалась от подобной благодарности. Когда та ушла, она невольно подумала про себя: «Восемь детей! Милосердная Матерь всего сущего, и она подумывает, как бы завести еще одного!..»

Последней гостье было около пятидесяти. В комнату она вошла бочком, явно робея. К столу тоже решилась подойти не сразу. Дело у нее было несколько необычное — в таком возрасте у нее вдруг снова начались месячные. Вроде все уже кончилось много лет назад — и вот на тебе! Она была худа, цвет лица болезненно-желтый. Карлина обследовала ее с помощью звездного камня и в первый раз была вынуждена признать, что эта хворь ей не по силам. Она так и сказала посетительнице — что, мол, той нужно еще раз явиться на остров и поговорить с одной из матерей. Дней через десять. Она, Карлина, ничем не может ей помочь. Вот разве что пусть пьет лечебный чай. И еще добавила, что гостье необходимо хорошенько питаться в течение этого срока, потому что ей понадобятся силы для лечения.

Женщина ушла, с благодарностью приняв пакетик целебного сбора. Карлина же еще долго сидела, прикидывая, что может ждать пациентку. Случай был очень трудный — помочь ей могла стерилизация. Только самая искусная целительница могла решить, пойдет ли на пользу больной это решение. Если нет, главная жрица даст несчастной другой пакетик, содержащий медленно действующий яд, который убьет ее раньше, чем боль и страдания вконец обессилят ее. Она ненавидела подобный исход, однако ей ли, слабой и недостойной дочери богини, судить о справедливости выносимых Аваррой приговоров. В любом случае легкая смерть предпочтительнее, чем месяцы нестерпимых болей.

Потом до полудня, пока помогала Анье — они вдвоем переворачивали плиты и рвали траву, ножами выкапывали корешки (этой пакости там было видимо-невидимо), — Карлина размышляла о страдалице. В конце концов еще до начала вечерней мессы она направилась к матери Эликен.

Та неожиданно предупредила Карлину:

— Мать Амалия имела видение. Наш остров нуждается в более совершенной защите. Мы можем вновь подвергнуться нападению. По ее совету я тоже заглянула в будущее. Они вскоре снова явятся сюда. — Женщина похлопала Карлину по руке. — Я знаю, в том нет твоей вины, сестра Лириэль. Дьявол давно поселился в миру, будем молиться, чтобы милость Матери оберегла нас.

«Я тоже верю в это, — Карлина даже вздрогнула, — очень верю…»

Казалось, она вновь услышала зычный голос Барда и выкрикиваемые в ее адрес угрозы.

«Куда бы ты ни скрылась, как бы далеко ни забрела, Карлина, ты будешь моей, хочешь ты этого или нет…»

— Карлина, — повторил Бард, — моя жена. Сам я не в состоянии добраться до острова Безмолвия, а ты можешь. Ты не видишь иллюзий. Ты их можешь воспринимать только чужими глазами, но там ты будешь один. Когда высадишься на острове, заберешь Карлину, привезешь ее ко мне. — Он посопел немного, потом предостерег: — Только не допусти ошибки. Я убедился, что нас тянет к одним и тем же женщинам. Если посмеешь коснуться Карлины, я убью тебя. В награду получишь Мелисендру. Заруби себе на носу — Карлина моя жена, и, где бы она ни пряталась, я все равно добуду ее!

И вот Пол очутился у берегов озера Безмолвия. Спрятавшись в зарослях камыша, он долго рассматривал небольшую лодчонку, к носу которой была привязана веревка. С ее помощью лодку подтягивали к острову. Можно было, конечно, пристукнуть старуху перевозчицу, правда, в таком случае там, на острове, могут почувствовать, что здесь что-то неладно. Точно, на берег утром и вечером приплывали две монахини и передавали старухе еду и кувшин вина. Вечером старушка сама переправляла их на ту сторону, вот и сейчас, оставив пищу возле покосившейся хибарки, отправилась со служительницами на остров. После некоторого размышления Пол решил, что лучшего момента не дождаться. Когда вдали стихли всплески весел, он подобрался к хижине и подсыпал в кувшин сонный порошок. От подобного пойла старуху быстро сморит, вот тогда будет легко воспользоваться лодкой. К тому же если там, на острове, кто-то наблюдает за перевозом, то решит, что перевозчица изрядно перебрала. Это был самый важный пункт их с Бардом плана. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы жрицы подняли тревогу и успели защититься от непрошеного гостя. Конечно, Пол был невосприимчив к иллюзиям, однако неизвестно, что еще могут выдумать эти божьи сестры. Шум переполошит их, тогда Карлину спрячут. Нет, действовать следовало исподтишка…

83
{"b":"4949","o":1}