ЛитМир - Электронная Библиотека

"Остальные. Ты должна найти остальных", — вертелись в голове Труф слова тети.

В воображении Труф замелькали брошенные малыши, но она вовремя опомнилась: малышами их назвать никак нельзя, фотография сделана двадцать шесть лет назад, и даже этот ребенок сейчас уже совсем взрослый человек.

"В самом деле, кто этот ребенок, мальчик или девочка? Кэролайн должна это знать".

Труф закрыла альбом и встала. В кабинете Джулиана есть телефон, она позвонит тетушке Кэролайн сейчас же и спросит ее об этом ребенке.

Она не успела отойти от стола, как вдруг дверь комнаты раскрылась.

— Я так и знала, что найду тебя здесь, — раздался победный голос Фионы.

Даже в полуденном свете, когда все изъяны кожи и лица видны как на ладони, лицо Фионы Кабот выглядело очень молодо, но ее аккуратно наложенная, броская косметика не могла скрыть следы расточаемой юности — пресыщения и неумеренность. Крашеные волосы лежали на обнаженных плечах. Фиона была одета в обтягивающие джинсы и такую же кофту, не оставлявшие никакого поля деятельности для воображения.

— Доброе утро, — холодно ответила Труф, мысленно сравнивая свою фигуру с мощными габаритами Фионы.

— Ну, что выкопала? — промурлыкала девушка томным грудным голосом. — Ищешь всякую грязь? — Она подошла к столу и посмотрела на альбомы.

Труф почувствовала желание убрать их и не показывать фотографии, хотя у Фионы было не меньше, а скорее больше прав рассматривать их.

— Ты была очаровательным ребенком, — продолжала Фиона. В голосе ее чувствовалось некоторое сожаление, словно она расстраивалась оттого, что Труф не оправдала возлагаемых на нее надежд.

— Вам что-нибудь здесь нужно? — спросила Труф с ледяной вежливостью. Казалось, что в комнате начали замерзать стекла.

Фиона закрыла альбом с таким шумом, что Труф вздрогнула.

— Я просто хотела сказать тебе следующее — ты можешь прыгать по дому и блистать своим родством сколько тебе влезет, но запомни — ты пришла слишком поздно. Если ты думаешь, что весь круг упадет к твоим ногам, ты ошибаешься. — Она подошла к Труф так близко, что та инстинктивно отшатнулась. Опять игра воображения? Труф отчетливо видела, что перед ней стоит тощая, поджарая крыса с длинными, остренькими зубками. Она физически почувствовала отвращение. — Моя власть уже утверждена, — шипела Фиона. — Ты просто не успеешь научиться. Джулиану нужна подруга, он заслуживает ее, но ты ею не будешь никогда. — Зеленые глаза Фионы блеснули, и Труф показалось, что сейчас эта крыса на нее набросится.

— Дитя мое, ты расточаешь яд не в самом подходящем месте. Едва ли мисс Джордмэйн интересно то, о чем ты тут щебечешь.

Фиона отпрыгнула. Труф брезгливо поежилась и обернулась.

В дверях, опираясь на косяк, стоял Хиауорд Фаррар. Он посмотрел на Фиону и угрожающе улыбнулся.

— Все нормально, успокойся, — произнес он издевательским тоном. — Рыжие — почти всегда люди очень завистливые. Довольно странно, что это не твой натуральный цвет, — произнес Хиауорд, изображая сострадание.

Фиона уничтожающе посмотрела на него, затем на Труф, тряхнула головой и гордо проследовала из комнаты. Она проплыла мимо стоящего в дверях Фаррара так, будто его там не было. Труф с благодарностью посмотрела на своего неожиданного спасителя.

— Вся ее оккультная сила не заполнит и половины ночного горшка, — доверительно сообщил он. — Так что не переживайте. Вся суть в том, что женщин найти труднее, поэтому приходится брать только то, что есть, — прибавил он. — К нашему горькому сожалению, в большинстве случаев можно говорить только об относительной пригодности.

— А с мужчинами дело обстоит, конечно, иначе, — едко заметила Труф. Раздражение, возникшее после утреннего разговора с Эллисом, еще не проходило. — Благодарю вас за своевременное вмешательство, Хиауорд. Полагаю, на Фиону что-то нашло.

— Она считает, что у нее есть определенные права на Джулиана, но она всего лишь его иеролатор, и только. Многоженство и порабощение женщин методом брака — вещи недопустимые в деле Блэкберна.

"Почему как только у меня появляется надежда, что сейчас мне скажут что-нибудь членораздельное, они начинают нести какую-то чушь?"

— В любом случае спасибо вам. — Труф чувствовала себя неловко, ей хотелось уйти, впечатлений для раздумий было достаточно — разговор с Эллисом, стычка с Фионой.

— Не стоит благодарности, — ответил Хиауорд.

Наступила тишина. Казалось, он ждал, что Труф скажет ему, но она молчала. Хиауорд пожал плечами, повернулся и исчез.

Труф еле удержала себя от того, чтобы немедленно не закрыть двери на ключ. Она просто прикрыла их и, привалившись, несколько минут стояла возле них. Сердце ее учащенно билось.

"Да что ты так переживаешь? Не убьют же они тебя! Они ничего тебе не сделают", — убеждала себя Труф. Внезапно у нее возникло желание уехать. Твердо решив немедленно убраться отсюда, Труф осторожно выглянула из комнаты, удостоверилась, что ее не поджидает кто-нибудь из обитателей дома, и направилась в свою комнату.

Она добралась до комнаты очень быстро, закрыла за собой дверь и только тогда вспомнила, какие штуки выкидывает дом с теми, кто блуждает по его коридорам. Труф заперла дверь и оглядела комнату.

Кто-то был здесь в ее отсутствие. Стремление покинуть дом усилилось. Труф рванулась к кровати и подняла матрас — "Страдающая Венера" была на месте.

Труф смотрела на книгу, и выражение "испытать облегчение" показалось ей литературным штампом, не имеющим ничего общего с жизнью. Она глубоко вздохнула, опустила матрас и пригладила покрывало. Никто бы не смог заметить, что здесь лежит книга. Метод, обратный тому, который использовался в "Украденном письме". До тех пор, пока кто-нибудь не примется искать книгу, она в полной сохранности.

Труф внимательно осмотрела комнату. Она выглядела иначе; когда Труф выходила, здесь все было не так. Труф оставила чемодан на полу, а сейчас он стоял на полке. Одежда была разбросана, теперь же она аккуратно висела в шкафу. Правда, не исключено, что приходила Айрин. Или Фиона? Вряд ли, она едва ли способна сделать что-нибудь так обстоятельно. Мужчины отпадали сразу.

Труф увидела лист бумаги, он лежал на покрывале убранной кровати, впопыхах она его даже не заметила. Это было письмо, написанное четким каллиграфическим почерком.

"Дорогая Труф, — прочитала она. — Я надеюсь, что, просмотрев мою коллекцию и познакомившись со всей нашей компанией, вы нашли первое полезным, а второе — пристойным и безобидным. Когда я вошел к вам утром, вас уже не было. Я предположил, что вы в библиотеке, и предпочел не прерывать ваших занятий, а оставить эту записку. Если я понадоблюсь, вы найдете меня в кабинете. Надеюсь вскоре встретиться и побеседовать с вами. Джулиан".

Труф с сомнением пожевала губу. С Джулианом поговорить ей действительно необходимо. Нужно выяснить, как она сможет пользоваться его коллекцией, но прежде всего решить главное — где жить: оставаться здесь или в городе. Мысль о том, что ей придется быть в этом доме неопределенно долго, снова вывела Труф из равновесия. Руки ее задрожали от напряжения. Она чуть не вскрикнула, услышав слабый стук в дверь.

— Труф, — раздался мягкий голос Майкла.

Труф отшатнулась, перед ее глазами с невероятной ясностью развернулась картина прошедшей ночи. Труф тянуло к Майклу, но это была тяга бабочки к огню. После того что ей сказал утром Эллис, Труф не могла видеть Майкла. Если встретиться с ним лицом к лицу, она может бросить ему свои глупые обвинения. По этой же причине ей лучше не встречаться ни с кем.

Майкл постучал еще раз. Оцепенев, Труф стояла посреди комнаты, думая только об одном — чтобы Майкл не попытался толкнуть незапертую дверь. Но Майкл Архангел оказался джентльменом, и вскоре Труф услышала его удаляющиеся шаги.

Только когда она поняла, что Майкл не услышит идущих из комнаты шорохов, Труф тихо подошла к двери и, осторожно повернув ключ, заперла ее. Труф облегченно вздохнула, теперь она была в безопасности. Хотя чем ей может угрожать Майкл?

28
{"b":"4959","o":1}