ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ладно. – Дейн облокотился на каминную полку и посмотрел на жену серьезно. – Теперь ты сама знаешь, что у меня за недостаток. И должна понимать, что мы не можем… что нормальные супружеские отношения… Они невозможны!

Ох! А Оливия так надеялась, что он знает нечто такое, что она упустила из виду.

– Так ты хочешь сказать, что не намерен скреплять наш брак?

Гринли быстро провел рукой по волосам.

– Да, именно это я и хочу сказать.

– Ясно. – У нее защемило сердце. Вот к чему приводят эти «разговоры без обиняков»! Оливия на миг потупила глаза. – Ты уверен?

Он кивнул:

– Да, я лелеял надежду, хотя в глубине души понимал, что никакой надежды нет. Не могу я так с тобой поступить!

Оливия закрыла глаза и долго сидела в оцепенении.

– А тебе не кажется, что стоило поднять этот вопрос чуть раньше? Скажем, до свадьбы? – Она услышала, как виконт вздохнул.

– Потому-то я и избегал тебя, чтобы ненароком его не поднять.

Она распахнула глаза и бросила на него хмурый взгляд:

– Ты боялся, что я не выйду за тебя? – Гринли удивленно моргнул.

– Конечно.

Оливия невольно рассмеялась, хоть сердце у нее так и разрывалось на части.

– Дать тебе от ворот поворот? Отказать влиятельному, богатому, щедрому, красивому лорду Гринли? – Она покачала головой. – Или ты думаешь, что предложения руки и сердца так и сыпались на меня со всех сторон? С чего мне быть такой разборчивой?

– О! – Дейн смущенно потер шею. – Я как-то об этом не подумал.

Оливия прикрыла веки, тяжело вздохнув.

– Так что будем делать? Отправимся в постель? – Он замялся.

– Оливия…

– Стало быть, нет. Мы не отправимся в постель, так? – Дёйн стиснул зубы.

– А какой смысл?

Нет смысла? А как же близость любимого человека? А спокойствие, которое дарят ласковые руки, и душевное тепло? Это не в счет?

Он быстро поклонился:

– Спокойной ночи, дорогая.

С этими словами он развернулся и вышел из спальни, в то время как она удивленно и растерянно смотрела ему вслед.

А горечь одиночества тоже не в счет?

Глава 12

На следующее утро небо было таким же мрачным, как и настроение Оливии. Хотя она заставила себя встать пораньше, чтобы позавтракать вместе с мужем, Дейн всего лишь кивнул ей поверх газеты, затем быстро расправился с яйцами и оставил ее в одиночестве, удостоив еще одним холодным кивком.

Что ж, по крайней мере он оставил ей газету. Оливия принялась грустно просматривать раздел светской хроники, не в силах сосредоточиться на серьезных новостях.

Некто, известный как «Голос общества», был сегодня в ударе.

«Придержителошадей, любезныечитатели! Насталапора затишья. Опустелибальныезалыиконюшни. Пришловремявозвращатьсявдеревню. Анапоследокполучитеувлекательнуюзадачку, котораянедаствамзаскучатьдолгойзимой. Каквыдумаете, когонашславныйПриннивыберетсебев дамысердца? Встолицепрудпрудивдовушекиразныхбарышень, ноеговысочествулучшепоторопиться, покавсе пухлыекуропаточкинеупорхнуливШотландию!

АчтожесамаяпрославленнаяхозяйкаЛондона, миссис Блайд? Помнится, когда-тоПринниприглянулисьееяркие перышки. Естьлиунеенадеждастатьтойсамойптичкой, чтопопадетсявклеткуПринни? Развенедобавитэдакий поворотсобытийнемногокрасоквсерыебудни?»

По-видимому, во всем мире кипели любовные страсти, и только она осталась не у дел.

Окончательно пав духом, Оливия принялась ковыряться в тарелке с завтраком, с усилием тыкая вилкой в яичницу.

– Надеюсь, вы не меня представляете на тарелке? – Оливия подняла глаза и увидела Маркуса. Он стоял на пороге комнаты для завтрака, привалившись к дверному косяку.

– И да и нет.

Он скрестил руки на груди.

– То есть никак не можете решить, кто больше заслуживает, чтобы его истыкали вилкой? Я или Дейн?

– Вы очень проницательны… сегодня.

Маркус подошел поближе и оперся на спинку стула напротив.

– Миледи, прошу прощения за нашу вчерашнюю бесчувственность. Но собачки?! – Он пожал плечами. – Помилуйте, это же светский раут, а не детский праздник по случаю дня рождения!

Оливия промолчала. Ну как ему объяснить? Она понятия не имеет, как проводятся «светские рауты».

«Ну и заварили же вы, маменька, кашу!»

Как назло, сегодня у Маркуса случился приступ нетипичной проницательности.

– Вы ведь никогда этим не занимались, верно? – Вымученно улыбнувшись, Оливия помотала головой:

– Не говорите глупостей! Моя матушка знаменита своими зваными вечерами. – Правда, Оливию все время оставляли в Челтнеме и она так и не смогла увидеть маменьку в действии.

Драйден всплеснул руками:

– Вот и славно! Обратитесь за помощью к вашей матушке.

Леди Гринли покачала головой:

– Маменька не сможет мне помочь. Она сейчас… занята.

Тем не менее из зернышка Маркусова совета проклюнулась и начала зреть одна мысль. Кто в каждой бульварной газетенке натыкался на свое имя, сопровождаемое эпитетом «прославленная хозяйка»? О ком ходили слухи, что она развлекала самого принца-регента?

Оливия лучезарно улыбнулась Маркусу. Она была готова расцеловать его за то, что подал такую идею!

– Я знаю, кого попросить о помощи.

В конце концов, кому, как не самой известной в Лондоне хозяйке, некой миссис Блайд, знать, как закатить грандиозный Охотничий бал?

Оливия прихватила с собой Петти, понадеявшись, что та останется в карете, когда сама она отправится по делам. Ник чему давать слугам Дейна новый повод для презрения: наверняка они с удовольствием растрезвонят по всей округе, что их хозяйка даже простой бал не сумела устроить без посторонней помощи.

Верная самой себе, Петти вяло откинулась на бархатное сиденье и безропотно осталась сидеть в карете, несмотря на свой долг сопровождать хозяйку.

Медное кольцо на двери дома миссис Блайд имело причудливую форму, но Оливии было недосуг размышлять, почему расплывчатый цветочный узор вызывает у нее легкое беспокойство. Дело не ждет. Она резко постучала в дверь и замерла в ожидании, сложив перед собой затянутые в перчатки руки.

Дверь открыл не дворецкий и не лакей, как это принято, а крепко сбитая дама в белом кружевном чепчике экономки. Улыбнувшись, Оливия протянула женщине визитную карточку.

– Доброе утро. Миссис Блайд сегодня принимает посетителей?

Дама смерила ее любопытным взглядом и взяла карточку. Но, вглядевшись в витиеватые буквы, толстушка вскинула блекло-голубые глаза и вытаращилась на Оливию:

– Ми… миледи? Вы желаете нанести визит миссис Блайд?

Ошеломленная ее приветствием, Оливия снова бросила взгляд на странное дверное кольцо, но тут же отогнала столь недостойную мысль и улыбнулась, дабы унять беспокойство.

– Будьте любезны, просто доложите обо мне миссис Блайд. Я хочу поговорить с ней, если она не занята.

Дама едва заметно кивнула и посторонилась, по-прежнему глядя на Оливию во все глаза. Та переступила порог. В доме царил полумрак, что показалось ей немного странным.

– Сюда, миледи.

В противоположном конце парка стоял человек. Накрапывал дождь, но тот не обращал на него никакого внимания, погруженный в свои тревожные думы. Что ее сиятельство делает в этом доме?

Спору нет, она пыталась завоевать сердце его сиятельства и, несомненно, могла научиться кое-каким уловкам в самом прославленном борделе Лондона. Но знатной даме не пристало даже знать о существовании подобных заведений! Ну, или хотя бы надо делать вид, что не знает.

На какой-то миг человек растерялся, но тут же взял себя в руки. Он, конечно, не ожидал такого поворота событий, но теперь знал, что делать.

Да, миледи находилась там, где ей определенно было не место. Да, если его сиятельство прознает об этом, то скорее всего укажет ей на дверь.

Какая великолепная мысль!

Оливия очутилась в малой гостиной, которая прямо-таки утопала в лиловом бархате. Куда ни глянь – всюду бархат.

26
{"b":"4975","o":1}