ЛитМир - Электронная Библиотека

Джек с сочувствием смотрел на сына. Брок молчал, думая, как было бы замечательно, если бы Мэдди питала к нему хотя бы половину тех чувств, которые он питал к пей.

Наконец Брок выпрямился и жестко взглянул на Джека:

– Может, ты и прав, но это мое личное. дело.

Джек потер лицо. Брок вздохнул. Сейчас наверняка последуют стариковские нравоучения и мудрые отеческие советы, в которых он совершенно не нуждается.

– Ты много лет любил эту женщину, и она наконец стала твоей. Почему же ты ведешь себя так, словно ненавидишь ее?

– Я не питаю к ней ненависти. Ты доволен?

Отец ничего не сказал, только бросил на него раздраженный взгляд.

Брок прекрасно понимал его чувства.

– Нам обязательно обсуждать это сейчас?

– По всей видимости, да. Ты ведешь себя как осел. Эми спрашивала о тебе сегодня утром.

Брок тяжело вздохнул. Он виделся с дочкой каждое утро, но сегодня не поднялся к ней, чтобы не встретиться с Мэдди. Потом он понял, что был не прав. Его отношения с Мэдди не должны были отражаться на Эми.

– Я сегодня уйду из конторы пораньше, и мы обязательно увидимся с ней.

– Эми будет рада. Она такая егоза, совсем замучила старика.

Брок взглянул на отца с подозрением:

– Думаю, это ты ее измучил своим вниманием.

– В моем возрасте внуки значат очень много, – начал оправдываться Джек.

– Что ж, приезжай в январе, у тебя прибавится забот еще с одним. – Брок подвинул к себе стопку бумаг и начал просматривать их, надеясь, что отец поймет намек.

Но отец не понял.

– Похоже, тебя не слишком радует перепектива рождения еще одного ребенка.

Брок поднял глаза, смирившись с тем, что Джек намерен продолжить разговор.

– По крайней мере в этот раз Мэдди поставила меня в известность до того, как ребенок наполовину вырос.

– В этом и кроется причина твоего раздражения. – Неужели Джек и в самом деле ничего не понимает? Как будто это нормально: в течение пяти лет скрывать ребенка от отца. Как будто того, что она считает его плебеем, недостаточно, чтобы вызвать у него ярость.

– Абсолютно верно, черт возьми! – выпалил Брок. – Она обманывала меня в течение многих месяцев. Многих лет, черт побери!

– А ты пробовал взглянуть на эту ситуацию ее глазами? – Брок отшвырнул бумаги в сторону.

– Господи, ну к чему эти сложности? Мэдди скрыла от меня свою беременность и только недавно призналась, что Эми – моя дочь. А ведь она могла это сделать намного раньше.

– У нее не было оснований полагать, что ты хочешь знать об Эми. Пять лет назад ты, лишив Мэдди невинности, сразу же исчез, как нашкодивший кот.

Опять его обвиняют в том, что он совратил и бросил невинную девушку, на этот раз его собственный отец. Тогда у Брока были самые благие намерения, самые достойные, но он совершил ошибку, позволив страсти возобладать над здравым смыслом.

– Черт возьми, я намеревался вернуться, как только встану на ноги и смогу обеспечивать ее. Ты знал об этом.

– Да, – согласился отец, – но знала ли об этом она?

Брок в изумлении смотрел на отца. Неужели Джек подумал, что Брок мог бросить Мэдди, которую безумно любил?

– Я постоянно повторял Мэдди, что вернусь, как только смогу.

Джек пожал плечами, как бы принимая его объяснения, и, секунду помедлив, спросил:

– Сколько времени тебе пришлось работать, прежде чем у тебя появились достаточные средства, чтобы содержать такую жену, как Мэдди?

«Пожалуй, на это потребовалось не так уж много времени», – размышлял Брок, вспоминая прошлое. Приехав в Лондон пять лет назад, он много работал, перебиваясь сначала случайными заработками, а затем мистер Джордан из элитного банка «К. Хор и К"» поверил в интуицию Брока и взял его на работу. В течение нескольких месяцев мистер Джордан неустанно обучал его. Брок искренне переживал, когда этот старый джентльмен скончался. Но еще до этого Броку удалось заработать достаточно денег, чтобы содержать себя и Мэдди. По всем меркам, он сумел достичь феноменального успеха.

– Мне потребовалось восемь месяцев, чтобы заработать достаточный капитал, но Мэдди не хотела ждать. – Брок ударил кулаком по столу, не в силах сдержать рвущийся наружу гнев. – Меня приводит в бешенство мысль, что она согласилась выйти замуж за такого мерзавца, как Седжуик, потому что не могла допустить, чтобы ее муж был простолюдином. Эта мысль меня гнетет. Я не могу выбросить ее из головы.

Джек неодобрительно нахмурился:

– Сынок, похоже, ты больше жалеешь себя, чем Мэдди. – Брок вскочил, отшвырнув кресло.

– Я никогда ее не обманывал! Не разбивал ей сердце, не разрушал ее иллюзии. Это все сделала сама Мэдди. – Он скрипнул зубами. – Уже через восемь месяцев я был в состоянии обеспечить ей достойную жизнь. Но, могу поспорить, узнав об этом, она решила бы дождаться, пока я не получу титул.

– Ждала бы, будучи беременной?

От этих слов Брок оцепенел. Беременна? Да, ведь пока он не покладая рук работал в Лондоне, Мэдди была беременна. Он осознал это сейчас, но… Мысли безумным вихрем понеслись у него в голове, опережая друг друга.

– Почему же она не связалась со мной? Я бы вернулся. – Брок прижал пальцы к виску, где вдруг неожиданно сильно забилась вздувшаяся жилка. – Черт, я бы примчался, стоило ей отправить мне весточку. – Он вздохнул. – Я бы любил ее каждый день, прилагал бы все усилия, чтобы построить для нее такое будущее, которым она могла бы гордиться.

– Единственное, что знала Мэдди, так это то, что ты оставил ее незамужней и беременной, не сказав ни слова о том, где ты и когда вернешься, – заметил Джек. – Ее отец рассказал ей, что ты принял от него деньги с условием навсегда оставить Мэдди. Что она должна была думать?

– Я… я… – Неужели Мэдди могла подумать, что он, соблазнив и лишив невинности, бросил ее? – Я любил Мэдди. Никогда не причинил бы ей боли, но она вышла замуж за этого проклятого Седжуика.

– Она согласилась стать женой человека, которого не любила, исключительно затем, чтобы твоя дочь не появилась на свет незаконнорожденной. – Джек бросил на Брака насмешливый взгляд. – А ты вообразил, будто она разработала эту хитроумную схему, чтобы сделать тебе больно, только потому что считала тебя недостойным ее руки.

Брок замер. Неужели Джек прав? Неужели он, отгородившись от действительности шорами собственной ярости, даже не думал о том, что пришлось вытерпеть Мэдди за все эти годы?

– Постарайся пробраться сквозь собственную тупость и скажи, как бы ты поступил на месте своей жены? – спросил отец.

На ее месте? Мэдди не замужем и к тому же беременна, значит, пока он был в Лондоне, она просто вынуждена была что-то предпринять, потому что буквально через считанные месяцы ее беременность стала бы заметна, и, конечно же, ей пришлось выйти замуж за кого угодно.

Пораженный этой мыслью, Брок задышал тяжело и неровно.

Но почему же она не отправила весточку, в Лондон и не вышла замуж за Брока? Почему? «А куда ей было посылать весточку?» – издевательски спросил его внутренний голос. Брок даже не сообщил Мэдди своего лондонского адреса. Он оставил знатную даму, к которой мог вернуться только состоятельным человеком. Учитывая все это, он едва ли мог признаться Мэдди, что снимает комнатушку над захудалой пивной на Джайлз-стрит. Гордость не позволила бы ему этого сделать.

Выйдя из самых низов общества, он был, возможно, излишне самонадеян, но тем не менее Брок собирался добиться в этой жизни многого. Неужели из-за своего стремления к успеху он лишил себя и Мэдди стольких лет счастья? Неужели она действительно подумала, что он подло бросил ее, как только она уступила его страсти? Эта мысль полоснула ножом по сердцу. Господи, в том, что они расстались, он все время обвинял ее, хотя вина целиком лежала на нем.

Брок резко выдохнул и начал нервно расхаживать по комнате. Сердце глухо стучало, воздуха не хватало. Да, действительно, чтобы сколотить капитал, он усердно работал в Лондоне. А после того, как Мэдди вышла замуж за Седжуика, много времени потратил на то, чтобы отшлифовать собственные манеры. Через некоторое время он купил особняк, вполне достойный дочери графа. Обвиняя ее, он носился со своим разбитым, страдающим сердцем, теша себя тайной мыслью, что когда-нибудь придет время и он получит все, что причитается ему по справедливости.

58
{"b":"4979","o":1}