Содержание  
A
A
1
2
3
...
24
25
26
...
50

— Ну, кто же Стива не знает! Я с ним много дней провел в дороге. Хороший он парень, этот Стив. Правда, бешеный, как тигр.

— Да, — сказал Шодресс, — бешеный, злой, бесчестный и подлый, вот что о нем говорят!

— Кто говорит?! — воскликнул Дэн Макгрюдер, оскалив выступающие зубы, которые грозно блеснули. — Я бы поговорил с этой крысой, которая осмелилась такое ляпнуть про моего дружка! Да Стив безвреден как каша с молоком! Да он с себя последнюю рубашку снимет, да он за друга жизнь отдаст!

— Погоди-ка, — прервал его Шодресс. — Ты сам не знаешь, что мелешь! Ты ошибаешься в одном из двух. Ты сказал, что оба, и Эпперли, и Стив Гранж, хорошие люди. Но как это может быть, если Эпперли пытается засадить твоего дружка в тюрьму? И это еще не все. В тюрьме Стив Гранж скоро спятит. Пока они держат его здесь, они едва справляются с ним, чтоб он не разломал стены: ведь он не терпит, когда его запирают под замок. А когда они попытаются перевезти его в постоянную тюрьму, кто-нибудь обязательно за это поплатится. Разве это хорошо?

Мистер Макгрюдер замолчал под этим перекрестным огнем, которым Шодресс загонял его в угол. А тот еще и добавил:

— А разве Эпперли успокоится, если не засадит парня за решетку? Нет, вы еще мало знаете его, если так считаете! Он, как бульдог, вцепится мертвой хваткой и не отпустит, пока беднягу Стива не упекут. А это то же самое, что прострелить Стиву башку. И вы это знаете. Он вырвется на свободу или будет убит при попытке к бегству!

Дэн Макгрюдер признал справедливость этих слов и сказал, поднимаясь со стула:

— Шодресс, я не понимал правды, пока ты не объяснил мне, как обстоит дело. За мной должок! Сейчас пойду и сам найду этого Эпперли!

— Парни, — облегченно воскликнул Алек Шодресс, — не думайте, что про вас забудут после этой работы! Если об этом речь, я пригляжу, чтоб о вас позаботились! Да и если уж на то пошло, не будет уже никакого Эпперли, чтоб тащить вас в суд к этому тупице юристу! У меня наготове пять сотен долларов для каждого из вас, и вы их получите в ту же минуту, когда придете и доложите, что дело сделано!

Пять сотен долларов — больше, чем можно заработать за год, — и всего лишь за то, чтобы только спустить курок?! Лефти Манделл и Хэнк Вестовер расплылись от удовольствия, но Дэн Макгрюдер ответил почти печально:

— Не думал я, что ввяжусь в это дело, пока не поговорю с молодым Эпперли. Но если уж ввязываюсь, то не из-за платы. Если я возьму хоть пенни, тогда уж наверняка стану убийцей. Но если все же придется пристрелить Эпперли, так только потому, что Стив Гранж — мой друг!

— Я запомню это, — с некоторым уважением сказал Шодресс. — И позабочусь о том, чтобы Стив Гранж узнал об этих твоих словах!

Глава 21

ПОСЛАНЦЫ СМЕРТИ

Никто не может сказать, что бы произошло, если бы трое преследователей не руководствовались безошибочной интуицией мистера Дэна Макгрюдера. Она прямиком повела его через гостиничные двери вниз по главной улице, а там его потянуло выйти на прихотливо изогнутую тропинку, окаймляющую Джовилл. И, пройдя сотню футов этим извилистым путем, троица вышла к окраине сада семьи Гранж, где внезапно наткнулись на мистера Дэвида Эпперли.

— Это он! — заорал Хэнк Вестовер. — Парни, я его вижу!

Но рука Дэна Макгрюдера молниеносно взлетела и ударила товарища по правой руке, в которой тот держал револьвер.

— Сперва мы с ним поговорим, — сказал он. — Мы не какая-нибудь шайка убийц, Хэнк.

Хэнк Вестовер заворчал:

— Не вижу ничего хорошего в том, чтобы заводить разговоры, когда потом все одно придется стрелять!

Может быть, в словах Хэнка Вестовера и таилась глубокая истина, но Макгрюдер не собирался менять своего решения. Дэвид Эпперли, разглядев в вечерних сумерках блеск стали, — блеск, который означал, как он правильно догадался, нацеленное на него оружие, — остановился на ходу и ждал развития событий, демонстративно положив правую руку на кобуру У бедра. К нему приблизился Макгрюдер.

— Эпперли, — сказал он, — мое имя Дэн Макгрюдер. Я пришел поговорить с вами пару минут о моем приятеле. Я имею в виду Стива Гранжа.

— Что вы хотите услышать? — спросил Дэвид Эпперли, бросив острый взгляд на тех двоих, что держались поодаль.

— Вы насчет них не беспокойтесь, — сказал Дэн. — Они не собираются вас трогать. Я хочу сперва мирно с вами поговорить!

В этой речи заключался мрачный намек, и Дэвид тотчас уловил его. Еще он понял, что это, возможно, пришла к нему сама смерть. И он побледнел немного, хотя жизнь — особенно сейчас, в этом месте, куда доносилось благоухание из сада Гранжей, — казалась ему столь сладкой. Но он не мог даже и помыслить о том, чтобы отступить или изменить свою позицию ради примирения.

— У меня есть немного времени, чтобы выслушать вас, Макгрюдер, — сказал он. — Полагаю, вас послал Шодресс?

— Я буду говорить от своего имени, и ни от какого другого.

— Предупреждаю вас, Макгрюдер. Я знаю, что вы подошли ко мне потому, что Одиночки Джека больше нет со мной рядом. Ваши парни думают, что я не умею управляться с револьвером. Так вот, я это умею. Точка. Так что вы хотели сказать?

Вы видите, что речь Дэвида нельзя было назвать вежливой, но Макгрюдер не обиделся. Он знал, что видит перед собой очень храброго человека, прижатого к стене, и со своей стороны не испытывал к законнику ничего, кроме симпатии и уважения.

Он не удержался и сказал:

— Тебя крепко прижали, приятель. Мне нравится, что ты не даешь нам спуску. Но я тебе скажу вот что: я и не думал про Одиночку Джека. Да будь он даже с тобой, это мне без разницы. Я бы и при нем сказал то же самое, что собираюсь сказать сейчас. Ты мне нравишься, Эпперли. Я за тебя. У тебя есть мужество, а здесь это ценят. Но ты хочешь до смерти замучить моего дружка! Я про Стива Гранжа.

— Стив Гранж! — откликнулся Дэвид Эпперли. Не удержавшись, он бросил взгляд на домик, стоявший неподалеку. — Так, значит, это она послала вас ко мне?

— Эстер? — мгновенно догадавшись, переспросил Макгрюдер. — Нет, девчонка меня не посылала. Я говорю, что объездил со Стивом весь этот край вдоль и поперек. Он парень в порядке. Это я как бы свидетелем на суде выступаю.

Мозг юриста против его воли принялся анализировать это показание, пытаясь понять, стоит ли к нему прислушаться.

— Вы говорите, что знаете про Гранжа. Теперь я скажу, что известно мне. А я знаю одно: стадо скота, принадлежащее Эндрю Эпперли, сбил в кучу и погнал прочь именно этот человек. Его настигли и окружили пятеро. Даже в этих обстоятельствах он оказывал сопротивление…

— Ага! — радостно воскликнул Макгрюдер. — Старину Стива ничем не запугаешь!

— Он отчаянно отбивался, не жалея ни своей жизни, ни жизни тех, кто его окружил. Одна его пуля пробила шляпу ковбоя, другая проделала дыру в куртке; без сомнения, третьей пулей он уложил бы кого-нибудь наземь, и его заставила прекратить стрельбу только пуля, случайно едва задевшая его голову и сбившая его с коня. Только поэтому удалось захватить Стива прежде, чем он совершил убийство, а может, и не одно. Вот по каким причинам, а также потому, что, как нам известно, он всегда был заносчивым, легкомысленным, праздношатающимся; что он любил встревать в перестрелки, всегда готов подраться, но никогда не готов поработать…

— Вот уж нет! — перебил его собеседник. — Я работал бок о бок со Стивом. Ни в одном ковбойском лагере не называли его лентяем. Он объезжал свой участок в феврале, в метель, и никогда не отлынивал в августе из-за жары. Он никого не надувал, как бы вы там ни считали! Я с ним дружил. Я с ним работал. Порядочнее парня в целом мире нет!

— Я думаю, — сказал Дэвид, — в какой-то степени вы правы. Видит Бог, я не питаю к нему ни малейшей злобы. Он человек храбрый и на свой лад честный. Но он воровал скот и пытался убить тех, кто хотел помешать воровству. На это может быть только один ответ — тюрьма!

Повисло долгое молчание. Ветерок, неслышно подкравшись вдоль улицы, закрутил небольшой пыльный смерч, ясно видимый в свете звезд. Колеблющийся столбик пыли, двигаясь с шуршанием, подобным шепоту, напоминал привидение, и Дэвид знал, что это предвестник его скорого конца!..

25
{"b":"5006","o":1}