ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он не мог думать об этой истории, не задыхаясь от ярости. Сколько денег потрачено зря! Он перевернет все, чтобы найти автора этого злого фарса, а когда он его найдет...

Мужчина, обогнавший его, обернулся, заколебался, потом сделал шаг в его сторону.

– Вы Хосе Моарес? – спросил он.

– Да. Но я вас не знаю...

Тот широко улыбнулся:

– Меня зовут Освальдо Пассос, я друг вашего отца. Я видел вас у него в доме сегодня утром, когда проходил мимо. Весь квартал знает, что вы приехали вчера.

От этого известия взгляд у Хосе Моареса не стал менее мрачный, чем был до того.

– Надо мной подшутили, – с трудом выдавил он. – Я получил телеграмму, которая извещала, что мой отец попал в аварию.

Его собеседник расхохотался таким звоним смехом, что заставил обернуться нескольких прохожих.

– Да уж! Шутка великолепная! Слава богу, сеньор Моарес совершенно здоров! И зрение хорошее, и все остальное... Да?

Хосе вздохнул. Он не мог разделить веселье этого человека.

– Простите, – сказал он, – через три часа я уплываю, и мне надо сходить пообедать.

– К вашему отцу?

– Да.

– Я довезу вас. Моя машина рядом. Выпьем чего-нибудь перед этим?

Моарес умирал от жажды и согласился, хотя совершенно не имел времени; но этот человек был так дружелюбен, так настойчив! Они вошли в большое кафе с кондиционером и заказали ледяной пунш. Освальдо Пассос много говорил и сильно размахивал руками. Он немного оглушил Моареса. Когда гарсон-индеец принес стаканы, он сделал неловкий жест и чуть не опрокинул стакан Хосе. Он извинился, и они выпили за здоровье старика.

– Я тороплюсь, – напомнил Моарес.

Пассос расплатился за выпитое, отклонив предложение своего спутника взять расходы на себя.

Они вышли на улицу. Было самое пекло. Пассос повел Моареса к «форду» с откидным верхом. Машина знала и лучшие дни, но, видимо, давно. Они сели. Пассос долго искал ключ зажигания, прежде чем завести мотор. Моарес чувствовал себя измотанным. Жара... Может быть, ему не стоило пить холодное. Это было неразумно.

Наконец, машина тронулась с места. Странное ощущение все более охватывало Моареса. Он больше не думал ни о своих заботах, ни о пароходе, на который должен был сесть. Он отлично себя чувствовал и был настроен дружелюбно ко всему миру.

– Что-то у меня немного голова закружилась, – пробормотал он, глупо смеясь.

– Ничего страшного, – ответил его спутник. – Это от пунша. Скоро пройдет. Мы приедем как раз к отлету вашего самолета.

Его самолета? Моарес нахмурил брови, но его мозг был окутан ватой. Его самолет? Может быть, он уже в Белене? Странно! Он слишком много выпил с этим симпатичным парнем... Как же его зовут?

Хосе провалился в какое-то беспамятство.

Ему показалось, что прошел целый век, прежде чем его начали вытаскивать из машины. Он слышал все, что происходило вокруг него, и все видел. Ноги несли его. Только мозг отказывался работать.

Знакомый голос рядом с ним объяснил кому-то:

– Это мой друг, сеньор Хосе Моарес. По телефону сегодня утром ему было забронировано одно место, вот его билет. Будьте любезны, присмотрите за ним: он не привык к такой жаре, да к тому же немного выпил.

– Багажа нет? – спросила женщина.

– Наверное, он забыл свой чемодан. Если я найду его, то пришлю грузовым рейсом. Главное, чтобы он вылетел. Жена ждет его в Рио для встречи Нового Года.

Хосе почувствовал, что его толкают вперед, потом поднимают по лестнице, дрожащей от сильного ветра. Он очутился в удобном кресле, таком удобном, что сразу же погрузился в сон, глубокий, как смерть.

Он даже и не почувствовал, как самолет взлетел.

16

Неподвижно сидя за рулем старого «шевроле», которому не помешал бы ремонт кузова, Энрике Сагарра не терял из виду угол Праса Maya, где должен был появиться Бенто Итикира.

Был полдень, и на площади стояла жуткая жара. Энрике сидел, наклонившись вперед, подальше от спинки сиденья, чтобы пот не намочил пиджак.

Сагарра был неузнаваем. Он сбрил усы – тяжелая жертва – распрямил волосы и надел солнечные очки в толстой оправе. Затем он вывинтил один из вставных зубов, украшавших его челюсть, – невозможно вести такую бурную жизнь и сохранить все зубы целыми. Гулявшая по его лицу щербатая улыбка придавала ему немного глупый вид. Кроме того он изменил осанку и манеру держать голову... Теперь его нос смотрел вниз, а плечи были согнуты. Когда он выходил из машины, его походка была другой. Энрике по опыту знал, что людей легче узнают по общему виду, чем по лицу, и он уже давно и мастерски владел искусством перевоплощения.

Вернувшись вечером в четверг в город после того, как ему пришлось бросить голубой «понтиак» с открытым верхом у дороги, ведущей на Морро да Таквара, он снял номер в довольно жалкой гостинице на Авенида Педро II, недалеко от руа до Кортуме. Естественно, что он записался в регистрационную книгу под очередным вымышленным именем. Прекрасное знание бразилейро позволяло ему выдавать себя за настоящего бразильца, а поскольку он заплатил вперед, хозяин не стал задавать ему лишних вопросов.

Весь день в пятницу он не высовывался на улицу. Противник должен посчитать его мертвым. Только вечером, пользуясь темнотой, он сходил взять напрокат машину в соседнем гараже.

Утром в субботу он возобновил слежку за Бенто Итикирой, твердо решив не упускать моряка до тех пор, пока он не приведет его к тем, кто дергает за веревки на той стороне.

Утренние газеты сообщили об обнаружении тела Вернера. Накануне, ближе к вечеру, пара молодоженов, приехавшая из Сан-Пауло в свадебное путешествие, наткнулась на труп. Сообщение было коротким, указывалось только, что личность убитого не установлена.

Наконец, ожидание его было вознаграждено, на верхушке лестницы появились моряки, доставленные катерами с кораблей. Бенто Итикира был в их числе. Энрике увидел, как он простился с матросами. Итикира как унтер-офицер был свободен до понедельника. Он направился к своей машине.

Энрике завел мотор старого «шеви».

* * *

Сбросив скорость, «Ди Си 4», танцуя, спускался в перегретом воздухе. Внизу, словно разноцветный ковер, расстилалась Багия – город всех святых, столица самбы, со своими восьмьюдесятью пятью церквями в стиле португальского барокко, перегруженными золотом.

Хосе Моарес смотрел на великолепное зрелище без малейшей радости. Приключение совершенно вымотало его. Он так и не мог ничего вспомнить с того момента, когда этот человек – как же его звали? – подошел к нему перед почтамтом Манауса и предложил выпить.

Стюардесса рассказала, как он, довольно пьяный, приехал вместе с заботливым другом. Самым непонятным было то, что место было заранее забронировано на его имя. Есть от чего сойти с ума.

В любом случае, предсказание старой гадалки не осуществилось: он пролетел над сертао и остался живым и здоровым.

Больше всего его огорчала потеря чемодана. Стюардесса сказала, что «друг» обещал отправить его грузовым рейсом, но Хосе был уверен, что багаж остался у старика, и теперь не очень надеялся его получить, зная своего старика.

Тот будет откладывать посылку со дня на день, пока термиты не сожрут чемодан вместе со всем содержимым.

Прибыв в Белен в восемь часов вечера, он незадолго до полуночи сел в другой самолет, который на рассвете доставил его в Наталь. Теперь он летел в третьем.

Его сосед, высокий тощий тип с сердитым взглядом, проявлявший, однако, услужливость и любезность, вдруг наклонился к нему.

– Вам надо пристегнуть ремень, – посоветовал он.

Моарес вздрогнул и поспешил последовать совету. Цементная полоса аэродрома уже появилась впереди. «Ди Си 4» совершил последний поворот. Полоса исчезла под носом машины. Через несколько секунд колеса коснулись земли.

– Мы полетим в Рио на этом же самолете, – сказал сосед, кажется, хорошо информированный, – но будет, двухчасовой перерыв для обеда. Хотите пойти вместе со мной в ресторан? Вдвоем меньше скучаешь.

25
{"b":"5036","o":1}