A
A
1
2
3
...
64
65
66
...
75

Семь с половиной часов провел, потягивая пиво. И время от времени приближаясь к реке, чтобы облегчить душу. Немного подремал, но часы как раз начали «отсыпать» очередной час, и проснулся я до того, как закончились песчинки. В голове, как обычно, звонкая пустота. Но, как ни странно, это абсолютно не тяготило. Да и что толку строить планы, не выслушав мнения других? Только зря душу бередить. Последняя песчинка закончила свой путь, и я встал, разминаясь. Никакой необходимости в подобных действиях не было, но настроиться помогало. И я частенько совершал этот ритуал, если позволяло время, конечно.

Пора.

«Вышел», по обычаю, неудачно. Мы с Инной как раз купались в лагуне, перемежая это дело игривыми поцелуями. И я незамедлительно стал тонуть, нахлебавшись воды и, по-моему, обидев Инну. Я и сам бы оскорбился, если б она вдруг стала корчить рожи и закатывать глаза, всем своим видом изображая отвращение. Но что произошло, то произошло, и вслед за ней я поспешил на берег.

— Что-то случилось?

— Случилось, и очень нехорошее. Пойдем позовем Лену.

Мы нашли ее в административном здании, усердно терзающей компьютер на предмет бухгалтерских хитростей.

— Брось каку, дело есть.

Она закрыла окно программы и отключилась.

— Давай выкладывай.

— Через два дня убьют Виктора. И если хочешь, можешь посмотреть «в своем убежище». Я заставил тебя «отнести» несколько фотографий. — Она вышла с фотками, и мы стали собираться. Хотя какие, к черту, сборы. Немного наличности и паспорт.

— Ты как, на скутере или пассажиром? — спросила Лена у Инны.

— Давай уж пассажиром. А то, боюсь, не справлюсь.

И вот мы в верхних слоях атмосферы. Москвы достигли минут через десять и, снизившись, «убрали» катера, чтобы воспользоваться летающими крыльями. Должно быть, сегодня у пэвэошного начальства прибавилось седых волос. Но тянуться рейсовым самолетом, да еще с пересадкой, ужас как не хотелось. Неторопливо сложив парашюты и «убрав» вместе с экипировкой, направились к ближайшему городку, в надежде взять такси. Такси нашлось, и через два часа мы ехали по Кольцевой дороге.

— Каков наш план?

— Сначала поговорим с Виктором, а уж потом начнем планировать.

Лена достала трубку и стала набирать номер.

— Привет. Да, я в Москве. — И чуть погодя: — Нужно срочно встретиться. — Видимо, Генерал был занят своими генеральскими делами, так как ей пришлось прикрикнуть: — Немедленно, слышишь! Это вопрос твоей жизни!

Собрались у меня в квартире, пришедшей в некоторое запустение. Пока Лена готовила чай, я занялся уборкой. Так как принцесса дотронуться до пылесоса отказалась наотрез.

А вот и Виктор Петрович! С присущими такому случаю розами и тортом. Цветы девчонки сунули в вазу, а торт немедленно разрезали и подали к столу.

— Ну, зачем звали, защитницы?

Я молча выложил перед ним пачку фотографий. В том числе и сделанных на месте происшествия Сергеем. И коротко сказал:

— Осталось меньше двух суток. Там, с обратной стороны, есть дата и время.

Он повертел фото в руках и спросил:

— Кто это? И при чем здесь я?

Черт, он не узнал. Конечно, трудно соотнести себя, живого и жизнерадостного, с безжизненным телом, распростертым на асфальте.

Но убеждение я оставил на долю штатного психолога, а сам занялся изделием кулинаров. Не знаю, что там наплела Лена, но шума особого не случилось. Для начала он просто принял к сведению, а минут через двадцать проникся.

— Сволочь! Конечно, особой нежности между нами не было, но это уж слишком.

Я доедал второй кусок торта, давая сэнсэю выговориться. Не каждый день тебе предъявляют доказательства твоей, уже происшедшей, смерти.

— И что теперь? — наконец спросил он.

— Вопрос не что, а когда? То ли прямо сейчас его замочить. Или подождать и взять киллера с поличным?

— Я бы взял с поличным. Уж он бы у меня раскололся.

— И что это даст? Контролировать Кузнецова ты всё равно не сможешь. Только превратишь комбинацию из простой в многоходовую. А раз он уже решился на убийство, то и второй пойдет. И может начать не с тебя, а с девочек. Или меня достанет. — Виктор молчал, и я продолжил: — Нет уж, сэнсэй, я рисковать не желаю. И голосую за крайние меры. Причем незамедлительные.

— Я тоже, Виктор, — подала голос Лена. — Ведь вспомни, уже была одна попытка. И если б не Юра, Риты могло не быть в живых.

— Сдаюсь, сдаюсь. Что с меня требуется?

— Да ничего. Просто в то утро выйди через другой выход. А заказчика возьмем прямо сейчас.

И мы поехали в особняк, невольным гостем которого я был накануне. Вперед пошли девочки и действовали просто и сердито. Инна вовсю крутила попкой, а Лена «забирала» всех «к себе». Этих набралось человек шесть. Последним, седьмым, был господин Кузнецов. Минут через двадцать она «вытащила» тела шестерых спящих охранников и один труп. Вот так вот, просто, элегантно и без единого выстрела.

Неизвестно было, успел ли покойный сделать заказ, и мы с ночи заняли пост на крыше. Снайпер появился около пяти утра и, постелив коврик, начал собирать винтовку. Тут мы его и взяли. Он особо не сопротивлялся, а увидев Виктора, сидящего на нем верхом, как-то сник. Но был спокоен и смотрел нехорошо.

— А ведь надеется, что отмажут, — сказала Инна.

— Это он зря, — вступила в разговор Лена и стремительно «утащила» киллера в «убежище».

Тотчас «вернувшись», коротко бросила:

— Пошли. — И ни слова больше.

Виктор нахмурился, а потом пожал плечами:

— Чего хочет женщина, того хочет сам Бог.

До «переброски» профессора оставалось три дня, и на Киан-Туо решили не возвращаться. Я купил билеты на самолет, летящий в Новосибирск, и принялся ждать. Инна отправилась к сестре в Подмосковье, захватив джип с кучей подарков, но я от поездки отказался. Неудобно как-то. Начал с ухаживаний за Раей, а кончил тем, что стал любовником ее сестры.

Настал день отлета, и мы с Леной поехали на квартиру к профессору, чтобы «забрать» имущество, которое, по мнению Семена Викторовича, могло пригодиться в чужом краю. Не очень много, всего один рюкзак. По весу как раз чтоб поднять мужчине. «Забрав» пожитки и Профессора в «убежище», присели на дорожку и отправились в Шереметьево.

Долетели без приключений. Никаких тебе катастроф, и тьфу, тьфу, никто не попытался угнать нас в Монголию. После же просто выехали за город и совершили весь необходимый ритуал.

Крутить педали было лень, а потому спускаться по реке решили снова в десантном боте. Когда проплывали Эпицентр Земли-2, возникло желание «выйти» посмотреть, как там. Но Лена тронула за плечо.

— Что существенного могло произойти за месяц?

И я махнул рукой, ловя себя на том, что всё же пристально вглядываюсь в зеркальную гладь воды, пытаясь увидеть хоть какое-то отражение. Но отражалось только небо, унылое и серое. Я улегся на дно и закрыл глаза.

Проснувшись от рокота водопада, потянулся и стал осматриваться. Ощущения подсказывали, что мы в районе границы, и я предложил причалить. Лучше не рисковать и остаток пути прокатиться по суше. Мы весело крутили педали и остановились на стоянке, разбитой мною в прошлое посещение.

— «Пойдем»?

51

«Вышли» среди дремучего леса. Вокруг, куда ни глянь, стояли таежные ели, перемежаемые буреломом. И приходилось прорубать дорогу, словно находимся в джунглях, а не в Восточной Сибири. Сходство с джунглями дополняла мошкара, облепившая лицо и, казалось, готовая съесть живьем. Спас всех профессор, доставший из рюкзака баллончик с каким-то спреем и щедро обрызгавший всех с головы до ног. Но вот лес поредел, и идти стало значительно легче.

Непроходимый ельник закончился, и начались скалы. По ним, то журча меж камней, то образовывая небольшие водопады, стекала вода, собираясь в маленькую речушку. Тропинка вела прямо, и впереди виднелась небольшая березовая роща. Ветер играл листвой, заставляя кроны издавать печальные звуки, перемежаемые соловьиной трелью. Но маленьких менестрелей не было видно в густых ветвях, и оставалось довольствоваться анонимным концертом, наслаждаясь непривычной для слуха детей асфальта мелодией.

65
{"b":"5270","o":1}