ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но толком отличиться мне не дали. И Инна, растолкав среди ночи, прокричала прямо в ухо:

— Горим!

И в самом деле, пахло дымом. А волосы на затылке шевелились, встревоженные инстинктами, доставшимися нам от пращуров. Проф с Леной уже стояли на улице, и я, подхватив Инну на руки, сунулся к лестнице. Но внизу вовсю бушевал огонь, и я подбежал к окну. Высоковато. Я проклинал свое пижонство, заставившее занять двухуровневую квартиру, располагавшуюся на втором и третьем этаже. Пришлось доставать модули. И мы, под изумленное «ах» зевак, выпрыгнули из горящего дома. Окруженные снопом искр и сверкая отблесками пламени, отражаемого никелированными суставами «кузнечиков».

Стремясь избежать любопытных глаз, сделали еще пару прыжков, приземлившись за городом. Скинув модули, подошли пешком, чтобы полюбоваться остатками того, что еще недавно было оплотом закона в Сентвилле.

Строения в городке располагались довольно далеко друг от друга. И никакой активности, направленной на тушение пламени, со стороны мирного населения не наблюдалось. Наконец приехали рыцари багра и брандспойта. Их командир, пышноусый толстяк в медной каске, то и дело сползавшей на глаза, вылез из машины и, почесав в затылке, констатировал:

— Хорошо горит. Лет двадцать такого славного пожара не было.

И, сочтя миссию выполненной, присоединился к зевакам. Инна, со свойственной ей импульсивностью, кинулась было качать права, но Проф остановил ее:

— Не надо. Погасить теперь вряд ли удастся, так что пусть догорает.

Немного полюбовавшись зрелищем рушащихся перекрытий, я отправился в коридор, дабы «вернуться» немного назад и восстановить попранную справедливость.

Столь любимое мною лежание на диване пришлось отложить. И я, облачившись в модуль, занял позицию на крыше. Спать хотелось ужасно, и я постоянно клевал носом, чуть было не пропустив поджог. Но вот запылало сразу в нескольких местах. Я, подобно ангелу мщения, бросился на свет загорающегося пламени. И оказался лицом к лицу с двумя пацанами лет семи. Один — чернокожий, почти неразличимый в ночи. А второй — китайчонок. От неожиданности я опешил, задав глупейший вопрос:

— А где бандиты?

— Тут больше никого нет, — замотал головой узкоглазенький. — Только мы.

Товарищ же бросился наутек. Схватив сына Поднебесной под мышку, я в один прыжок настиг беглеца. Заперев обоих в клетку, занялся огнем, используя висевшие в углу огнетушители. Надо сказать, дерьмо порядочное, но пламя толком не разгорелось, и жиденькой струйки как раз хватило.

Покончив с очагами возгорания, я занялся малышней вплотную. Те были явно напуганы, но старались не показывать виду.

— Мы ничего не скажем, — сразу заявил маленький китаец.

— Да, Чен, не говори ему, — вторило дитя потемнее.

— А я и не спрашиваю, — с невозмутимым видом заявил я. — Вы посидите пока, а я пойду арестую того, кто вас послал.

— Откуда ты знаешь про Джонни? — В их голосах звучало удивление.

— Я вообще всё знаю. И даже знаю, где Джонни живет.

— Джонни живет совсем не на Драйв-стрит, вовсе нет. Он живет на другом конце города. — Ладошка негритенка зажала Чену рот, но поздно.

— Я как раз и собирался на другой конец города.

И я, отперев замок, выгнал маленьких негодяев прочь. Пообещав в следующий раз как следует надрать им уши.

Будоражить город среди ночи не было смысла, и я решил подождать утра. Но неведомый мне Джонни рассудил иначе. И к моему приходу его и след простыл. Что ж, его счастье. Решив, что шпанистый Джонни не стоит того, чтобы задействовать коридор, я выкинул это из головы. А обгорелые места ребята в синих комбинезонах заделали декоративными панелями подходящего цвета.

Пройдя «крещение огнем», я стал чувствовать себя частью городка. Но никаких бурных событий не происходило. Проф пропадал на рыбалке, а мы с девочками по очереди просиживали штаны и юбки в офисе, вовсю наслаждаясь тем, что «в Багдаде все спокойно».

Ну почему всегда происходит именно таким подлейшим образом? Как только я устраиваюсь поудобней и начинаю приходить к согласию с самим собой — так сразу бац! И следует очередная неприятность, заставляющая покидать насиженное место и в который раз совершать необдуманные поступки, которые к тому же влекут, в свою очередь, шлейф событий поистине непредсказуемых.

Я сидел в своем кресле, уткнувшись в местный уголовный кодекс, всем своим видом показывая, что готов служить и защищать, а также придушить в зародыше любое противозаконное начинание.

И вот, в лице хорошенькой девушки, в дверь участка вошло очередное крушение моих сладких иллюзий.

— Слушаю вас, мисс. — Я был столь любезен, что даже снял ноги со стола.

Услышав русскую речь, она удивленно вскинула бровки. Но, с акцентом правда, перешла на язык Империи.

— Меня ограбили. — Сказано это было столь требовательно, что я невольно почувствовав себя виноватым в этом печальном событии. А также возникло желание немедленно «войти» в коридор, дабы похватать обидчиков. И к приходу потерпевшей представить пред ее светлые очи всё пропавшее имущество согласно списку.

Очевидно, на моем лице возникло мечтательное выражение, потому что перед глазами замахали маленькой ладошкой, привлекая внимание:

— Эй, мистер, как вас там! Хватит считать ворон. И спуститесь, пожалуйста, с небес на землю.

Я поудобней устроился в кресле и достал листок бумаги:

— Итак, мисс, когда это произошло?

— Не знаю. Я отсутствовала около недели, а вчера, вернувшись, не сразу обратила внимание. И пропажа обнаружилась только сегодня с утра.

Неделя — это плохо. Не смертельно, конечно, но уж больно тоскливо проживать череду событий с самого начала.

— Давайте составим список украденного, — уныло начал я.

— Украшения, кольца, семь штук, а еще серьги и цепочки. — Представив жменю безделушек, которые после успешного ведения дел с Мишкой Френкелем были для меня на одно лицо, я поспешно извинился и побежал наверх.

— Девчонки, выручайте. Там потерпевшая, как раз собралась оглашать перечень пропавшего. А я ни бельмеса!

Инна что-то заворчала по поводу моей неотесанности, а Лена лишь молча кивнула.

Всё оказалось не так страшно. Все драгоценности были с фамильным клеймом. Конечно, не музейные экспонаты, а новодел, но хоть какая-то зацепка.

— Кто-нибудь остается ночевать?

— В доме — никого. Но в усадьбе есть сторож. — Выяснилось, что охранником служил дедуля, которому от роду лет сто. И все ночи мирно спавший в своей сторожке. В конце концов, попросив нарисовать клеймо, мы пообещали разоблачить злодеев в ближайшем будущем.

— Первое дело, — задумчиво произнесла Лена, — а неделю назад мы еще не прибыли…

— Подумаешь. — В голосе Инны звучала беспечность. — Вряд ли здесь обосновался какой-нибудь скупщик краденого. Так что надо искать в Нью-Саутгемптоне.

— Не уверен, чтобы они давали объявление в газеты…

— Да ладно тебе. Стоит только произойти какой-нибудь крупной краже, и они сами сбегутся, словно мухи на мед…

— Ошалела, родная? — округлил глаза я. — Выходит, чтобы поймать какого-то мелкого воришку, мы должны совершить ограбление более крупное?

Инна пожала плечами, всем своим видом давая понять, что ничего такого в этом не видит. А тем, которые чистоплюйствующие, предложила решить вопрос как-то по-другому. И я махнул рукой. Всё-таки тут она в своей стихии. Да и со скукой как-то надо бороться.

И Инна пропала на несколько дней, приняв перед отъездом обычный в таких случаях загадочный вид. А я, повесив на дверь бумажку с указанием часов приема, зачастил с профессором на рыбалку.

53

Я и Проф сидели на берегу озера. Неподвижно застыли поплавки, не шевелимые даже ветерком. И мы вели полемику об устройстве этого общества. Надо сказать, что организованно всё здесь достаточно просто. Живи, работай, если есть желание. А ежели есть средства — то занимайся, чем пожелает душа. Единственным непременным условием оказался фиксированный налог, платимый всеми гражданами раз в год. Кто-то наверху посчитал, что проще получить один раз вполне определенную сумму, чем содержать огромную армию бюрократов и чиновников, проверяющих этих самых канцелярских крыс. В общем, организация здешнего общества мне вполне нравилась. И спорил я просто по привычке. А профессор читал мне Оду о Защите Оружия.

68
{"b":"5270","o":1}