A
A
1
2
3
...
68
69
70
...
75

— Местная политическая верхушка славится весьма либеральными взглядами. Но в конечном итоге они находятся у власти около трехсот лет. И следовательно, такое положение вещей себя оправдывает.

— Почему вы так уверены, Проф? Ведь, будь на нашем месте кто-нибудь другой, его запросто могли бы убить. Нет, население, имеющее оружие, это хорошо, но должна еще быть организованная полиция.

Профессор покачал головой:

— Мне кажется, вы не правы. В действительно свободном обществе полиция обязана выполнять скорее координирующую роль. Вроде нашего Интерпола. А хорошо вооруженные свободные граждане, в любой момент готовые дать отпор, как раз и являются основой порядка.

— А Черный Сэм?.. Ведь он терроризировал весь город. И не захотел ли бы он распространить свое влияние и дальше?

Семен Викторович пожал плечами:

— Ну, скажем, не так уж и весь. Платили ему всего десятка два мелких заведений, которые считали, что проще откупиться, чем затевать войну.

— Выходит, кто не может защититься, тот оказывается в проигрыше?

— Если такие Сэмы имеются, несмотря на разрешенную законом возможность сопротивления, — значит, их существование себя оправдывает. Естественный отбор пока никто не отменял, мой друг. Он непрерывен и идет постоянно. Но, я в этом уверен, не появись мы — обязательно нашелся бы кто-то другой. Природой так устроено, что те, кто любит перебирать через край, как правило, выживают очень редко. Вот вы, почему отпустили мальчишек, совершивших поджог?

А я-то думал, что сумел сохранить ночное происшествие в тайне.

— Так ведь они не представляли угрозы.

— Тогда зачем же вы затеяли драку у мамми Розы? Ведь скорей всего дело кончилось бы парой двусмысленных комплиментов.

— Ну, знаете, Семен Викторович, это удар ниже пояса.

— Да нет, это как раз по существу. У любого человека, воин он или просто хороший семьянин, всему надлежит находиться в разумных пропорциях. А инстинкты, пусть даже и бойцовские, должно сдерживать разумное стремление к самосохранению. У ребят же Черного Сэма, по всей видимости, они работали через раз. За что в конечном итоге они и поплатились.

Я молчал, обдумывая, чем бы еще уесть профессора, но тот невозмутимо продолжил:

— Возьмем хоть бывший Советский Союз. Годами сдерживаемая государством агрессия накапливалась, чтобы в начале девяностых вылиться в ужасные формы. И простой обыватель чаще всего оказывался пострадавшей стороной. Или тот же мелкий лавочник, коих в постсоветское время расплодилось великое множество. Вполне законопослушный и платящий налоги, он оказывается беззащитным перед наездом рэкетиров. А вздумай применить оружие — то посадят скорей всего его самого. Так что не так уж и плоха народная мудрость, гласящая, что спасение утопающих есть дело рук самих утопающих.

Примерно в таком духе мы беседовали уже третий день. Обед приносил маленький негритенок, передавший приглашение мамми Розы в день нашего вступления в должность. Брала хозяйка мотеля не очень дорого. И готовила хоть и простые, но отменно вкусные блюда.

Но на этот раз Билли, так звали малыша, доставил нерадостные вести. Случилась драка. До огнестрельного оружия, правда, не дошло, но ножи имели место. И вот теперь один участник мертв, а второй вскоре составит ему компанию, подвергнутый суду Линча.

Похоже, появилась возможность еще раз продать талант. Вместо того чтобы обсуждать законы, принятые людьми задолго до нашего здесь появления.

— Когда, Билли? Когда это произошло?

— Час назад, Юа, — важно ответил малыш. Обыкновенная бытовуха. Мясник Том приревновал свою жену к владельцу гаража.

Правда, в его устах это прозвучало как:

— Том с мясом бьет Дика-машину за жену.

Но какая разница, быть убитым из-за пустяка или за миллион долларов. Я имею в виду ощущения покойного.

Час так час. Придется профессору оставить при себе красноречивые аргументы в пользу хорошо вооруженного населения. А я отправился разнимать драчунов.

— Извините, профессор, дела.

— О чем вы, Юра? Мы же только что пришли.

— Да так, шестое, знаете ли, чувство.

До места будущей трагедии было несколько километров, и я беззастенчиво «достал» из коридора два модуля.

— Поскакали, Семен Викторович? Кажется, есть для нас работа.

Мы влезли в попрыгунчики и взвились ввысь. Ссора еще только затевалась, и наше внезапное и не менее эффектное появление несколько сместило акценты.

— Вы продолжайте, продолжайте, — напутствовал я драчунов. — А тот, кто останется, будет иметь дело со мной.

И стал разминаться, подпрыгивая и делая разнообразные сальто. Наверное, зрелище то еще, так как моему совету они не вняли. Том убрал свой нож, а Ричард, не так давно продавший нам машину, стал заверять его, что это ошибка. И ничего подобного по отношению к Нелли у него и в мыслях не было.

Вот так, небольшая сценка в духе Смока Беллью, сопровождаемая демонстрацией потенциала «кузнечиков», помогла сохранить две, пусть и сто раз непутевые, жизни.

Вечером того же дня наконец появилась Инна. И сообщила, что «рыбка клюнула». Не знаю уж, что ей пришлось спереть, но выяснять не стал. И на завтра была назначена поездка в Нью-Саутгемптон. Путешествие вроде бы считалось деловым, но захотелось совместить полезное с приятным.

Ночная жизнь Нью-Саутгемптона предлагала человеку уйму способов расстаться с лишними червонцами. И мы решили не оригинальничать, пустившись во все тяжкие и предоставив соблазнам захватить нас, сдавшись на милость сверкавшего огнями ночного города.

Конечно, этому миру далеко до шоу индустрии мира нашего. Но после двух недель, проведенных в Сент-Вилле, город показался райским местом. И, главное, здесь имелись казино. Ваш покорный слуга засел в зале с рулеткой, и никто не смог меня вытащить, пока я не отвел душу. Достигнув того момента, когда оставаться за столом было бы неприлично, я забрал выигрыш и стал искать глазами Инну. Но она куда-то пропала. Вон Лена с профессором, за столом играют в «блэк-джек». А моя принцесса как сквозь землю провалилась.

Я еще раз обвел взглядом зал и встретился глазами с «аббатом». Тот кивнул, словно мы расстались только вчера, и указал глазами в сторону бара.

Он взял виски, я же ограничился пивом.

— Вы многое успели сделать за последнее время. — Глаза его внимательно изучали меня, точно старались увидеть что-то, в чем он сильно сомневался.

— Только не говорите, что я опять что-то нарушил.

— Да нет, теперь это уже не важно.

— А что важно?

— Молодую леди обворовал Джонни. Он нарочно организовал поджог, чтобы действовать без помех.

— И может, вы подскажете, где его искать?

— Почему нет? Он в комнате наверху. Да вы бы и сами, через день-другой, его нашли.

— И вы специально приехали сюда, чтобы облегчить нам задачу?

Он посмотрел на меня сквозь стакан, потом выпил и тихо сказал:

— На нашей Земле начался мор.

Это было как удар под дых. Я плохо соображал и ляпнул первое, что пришло в голову:

— Так я схожу проведаю моего неизвестного друга?

* * *

Джонни оказался громилой, похлеще тех, что встретились мне в первый день. Еще в комнате, обставленной дорогой мебелью, находился невысокий человечек, явно местный барыга. Но он меня интересовал мало.

— Где цацки, обезьяна? — Я говорил по-русски, нимало не заботясь, что меня могут не понять.

Просто чтобы прийти в себя, нужно что-то делать. И он попал под руку. Манера двигаться у него оказалась такой же лениво-неторопливой. Но это были его проблемы. А я жаждал крови.

Джонни взмахнул рукой, и в меня полетел нож. Ни на мгновение не задумываясь, я отклонился и поймал его, дав почти промелькнуть мимо. И бросил назад. В горле у него забулькало, а из-под рукоятки толчками стала вытекать кровь. Я вытащил из кармана рисунок с клеймом и сунул под нос забившемуся в угол человечку.

69
{"b":"5270","o":1}