ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Луи Буссенар

Необыкновенные приключения Синего человека

ПРОЛОГ. НЕВОЛЬНИЧИЙ КОРАБЛЬ

ГЛАВА 1

На борту «Дорады». – Встреча с крейсером. – Англичанин! – Что значит желтый флаг на фок-мачте. – За что страдал экипаж: шлюпки. – На длину багра. – Бесполезная хитрость. – Одно слово губит все. – Досадное недоразумение. – Кое-что об испанском корабле «Консепсьон». – Старший матрос узнает в Феликсе Обертене работорговца Джеймса Бейкера. – Пленник. – О веревке и висельнике.

– Бей восемь! – скомандовал второй помощник.

– Проверить скорость! – крикнул боцман.

В ту же минуту рулевой ударил в колокол, чья языкастая пасть исторгла восемь гулких, протяжных ударов.

С левого борта на корму сбежались вахтенные. Один из них, сразу видно – новичок, обеими руками обхватил тяжелую бобину лагаnote 1, а другой, что поопытнее и поленивее, взялся за песочные часы.

Боцман на несколько саженей размотал трос и швырнул его за борт: «Давай!»

Матрос проворно перевернул песочные часы – два толстенных стеклянных конуса, соединенных вершинами, – и наполнил их мельчайшим песком, который тотчас заструился вниз.

– Стоп! – крикнул матрос.

– Семь узлов… – пробормотал боцман. – «Дорада» летит, словно легкая шлюпка. Этак дня через два покажется берег.

– Берег!.. Какой берег? Ради Бога, дорогой Беник?

Обернувшись, боцман увидел широкую улыбку человека, одетого в теплую китайскую куртку. Он то и дело обмахивался платком и вытирал со лба крупные капли пота.

– Матерь Божья! Месье Феликс! Я ничего больше не могу вам сказать. Капитан Анрийон не имеет привычки слишком доверять людям, и нам не положено знать больше того, что мы знаем.

– Ну все же, Беник!.. Мы приближаемся к Бразилии? Ответьте, не томите душу! Ведь я всего лишь обыкновенный смертный, и мне – не обижайтесь – до смерти осточертело это ваше море.

– С радостью удовлетворил бы ваше любопытство. Вы настоящий мужчина и вызываете доверие. Но когда нас нанимали, капитан велел прикусить языки и поменьше болтать. Курс, пункты назначения, грузы – запретная тема. А слово моряка – святое слово.

– Красиво, нечего сказать! – Пассажир с яростью вытер потный лоб. – Пожалуй, передам моему старому другу капитану Анрийону, что он может гордиться своим экипажем.

– Месье Феликс Обертен! – вскинулся боцман. – Нам, флотским, негоже обсуждать действия начальства, а тем более судить о них.

– Даже если «Дораду» захватит крейсер и вас решат повесить, как пирата или работорговца, что, насколько я понимаю, с точки зрения моряков, одно и то же?

Еще немного, и они поссорились бы. Однако разговор внезапно оборвался.

С брамселяnote 2 раздался крик впередсмотрящего:

– Судно по левому борту!

– Что за судно? – На палубу вышел капитан.

– Паровое! – отозвался наблюдатель. – Ивон, – бросил он юнге, – принеси-ка сюда мою подзорную трубу.

Юркий, словно белка, мальчишка с трубой через плечо стремглав пронесся мимо и остановился возле матроса, невозмутимо, с методичностью истинного бретонцаnote 3 изучавшего горизонт.

– Капитан, – вновь, после долгого созерцания, подал голос матрос, его звали Кервен, – вижу красный фонарь на фок-мачтеnote 4.

– Это военное судно!

– Он нас заметил, меняет курс…

– Разворачивается и плывет к нам!

– Проклятие!.. – обеспокоенно пробурчал капитан.

– Может, это бразильская береговая охрана вынюхивает контрабандуnote 5 и надеется разжиться чем-нибудь?

– Само собой! Здешние таможенникиnote 6 потому только и не подыхают с голоду.

Корабль все приближался, и вскоре каждая его деталь была легко различима невооруженным глазом.

Как водится в подобных случаях, капитан Анрийон приказал приготовить сигнальные флажки, чтобы на языке, понятном моряку любой страны, передать сведения о себе, портах приписки и назначения, уточнить, если понадобится, размеры судна или, по крайней мере, если ничего этого не потребуется, отдать салют, как подобает торговым судам при встрече с военными.

Подойдя на положенное расстояние, он приказал, согласно морскому кодексуnote 7, трижды поднять и опустить французский флаг, а затем, ожидая ответа, принялся с видом знатока изучать величественную военную машину, с которой «Дорада», его гордость, не шла ни в какое сравнение.

Встречный подал сигнал.

– Черт их возьми! Это англичане!

Стоявший за спиной капитана Беник процедил сквозь зубы:

– Англичанин!.. Если он что-нибудь заподозрит, встреча будет не из приятных. С нашим-то грузом «черного дерева»!note 8 Не очень хочется быть повешенным на рее. Не далее, как минуту назад мы беседовали об этом с месье Феликсом.

– Глупости!

Тем временем суда обменивались сигналами. Расстояние между ними не превышало трех кабельтовыхnote 9. Капитан Анрийон с наивозможной точностью отвечал на вопросы. Внешне он казался спокойным и готовым к любым ударам судьбы. Но вдруг страшно выругался, прочитав приказ лечь в дрейфnote 10 и перейти на военный корабль со всеми судовыми документами.

– Что-нибудь случилось? – встревожился пассажир.

Тот, кому ведома беспощадная суровость законов работорговли, счел бы положение «Дорады» безнадежным. Однако капитан Анрийон не выказал ни малейшего беспокойства. На безапелляционное приказание англичанина он тотчас ответил желтым флажком на фок-мачте.

Профану в морском деле эта эмблемаnote 11 ровным счетом ни о чем не скажет. Новичок не обратит на нее внимания, не подозревая, какое действие оказал бы этот скорбный знак на бывалого моряка.

Пустынные и унылые экваториальные воды в считанные часы сломят любого самого крепкого человека: тиф, припадки малярии, холера, черная оспа, желтая лихорадка. Кто изведал все это, тому не удержаться от чувства жалости и неодолимого ужаса при виде желтого флажка, означающего: «На борту заразная болезнь!..» То есть: смерть подстерегает нас каждую минуту! Не приближайтесь! Это судно проклято! Мы найдем свою смерть в океанской пучине, и даже в последний час не дано нам будет ощутить под ногами земную твердь. Бегите, вы, кого пощадила зараза! Бегите! Даже не пытайтесь оказать нам помощь, хотя милосердие и приказывает вам помочь каждому страждущему! Бегите от несчастья стать такими, как мы! Бегите от тех, кого все чураются, для кого саваном станут морские волны.

Счастливая мысль – водрузить на мачте зловещую эмблему. Теперь общение было затруднено. Англичане боялись подойти близко. Морякам всего мира ненавистны карантины, дезинфекции и прочие неприятные формальности. Моряки

Объединенного Королевстваnote 12 в этом смысле не исключение.

Выиграв время, капитан Анрийон подозвал к себе Беника, шепотом отдал ему какие-то распоряжения и приказал немедленно отойти подальше в море.

Пока судно маневрировало, – а матросы двигались медленно, нехотя, стараясь показать, что совсем обессилены, – боцман велел Кервену подобрать несколько верных людей.

– Ребята, – тихо посмеиваясь, объяснил он, – прикиньтесь больными. От желтой лихорадки вас наизнанку выворачивает.

вернуться

Note1

Лаг – прибор для измерения скорости судна и пройденного расстояния.

вернуться

Note2

Брамсель – парус третьего снизу колена мачты парусного судна.

вернуться

Note3

Бретонец – представитель народности во Франции, один из потомков кельтского племени, переселившегося с Британских островов.

вернуться

Note4

Фок-мачта – передняя мачта на судне.

вернуться

Note5

Контрабанда – незаконный провоз через границу товаров, ценностей и иных предметов, нарушающий требования таможенного законодательства.

вернуться

Note6

Таможенник – работник таможни. Таможня – государственное учреждение, контролирующее провоз грузов через границу, берущее за него плату, пошлину.

вернуться

Note7

Морской кодекс – совокупность правил, норм, убеждений, принятых у моряков.

вернуться

Note8

Груз «черного дерева», – негры-невольники. (Примеч. авт.)

вернуться

Note9

Кабельтов – расстояние, равное приблизительно 195 м. (Примеч. авт.)

вернуться

Note10

Лечь в дрейф – удерживать судно на месте, противодействуя ветру и волнам с помощью двигателя, парусов.

вернуться

Note11

Эмблема – условный знак, изображение, поясняющее какое-либо понятие или идею. Здесь: желтый флажок на фок-мачте – признак инфекционного заболевания на борту корабля.

вернуться

Note12

Объединенное Королевство – Великобритания.

1
{"b":"5336","o":1}