1
2
3
...
43
44
45
...
54

К кормовым каютам лестница вела из салона, а дверь в него, если схемы соответствовали действительности, располагались прямо передо мной.

Я вынул из кармана маленький фонарик и рискнул зажечь его. И очень правильно, так как я тут же обнаружил разбросанное по палубе аквалангистское оборудование, на которое непременно с грохотом налетел бы в темноте. Избежав этой ловушки, я очутился перед дверью в салон, которая, к счастью, не была заперта, да и кто запирает двери на судне?

В салоне было полутемно, — сквозь матовое дверное стекло справа по борту шел неяркий свет, что позволило мне спокойно лавировать между мебелью. Я подошел к стеклу, заглянул в него и тут же застыл — в конце длинного коридора кто-то двигался. Человек вышел из столовой и скрылся в кухне. Чуть приоткрыв дверь, я услышал звук закрываемого холодильника, затем дребезжание посуды. Тот, кто нес ночную вахту, решил скрасить ночные часы и закусить. Это меня вполне устраивало.

Я пересек салон и спустился по лестнице вниз. Там было три гостевых каюты. Каюта Уилера находилась посередине судна, перед рулевой рубкой, и о нем я мог не беспокоиться. Проблема состояла в том, чтобы выяснить, есть ли в этих каютах кто-нибудь, кроме Слэйда, если он действительно на яхте.

Каюта, окна которой были наглухо задрапированы тогда в Гибралтаре, была самой большой на корме, и я решил начать с нее. На этот раз дверь оказалась запертой, и это увеличило мои надежды, так как Слэйда, конечно, держали под замком. Я обследовал его с помощью фонарика и счел пустяковым. Через две минуты я был уже в каюте и запер за собой дверь. Внутри слышалось тяжелое дыхание спящего человека. Я очень надеялся, что это Слэйд. В противном случае висеть мне на том дереве, которое я когда-то показывал Макинтошу.

Но при свете фонарика я убедился, что это был Слэйд собственной персоной. Вынув из-за пояса пистолет, я передернул затвор и загнал патрон в патронник. Легкий металлический звук заставил Слэйда пошевелиться и тихо застонать во сне. Я подошел к нему и, держа на его лице луч фонарика, мягко нажал пальцем на точку, расположенную выше челюсти и сразу под ухом. Это лучший способ тихо разбудить человека.

Он опять застонал, открыл глаза, но тут же от яркого света закрыл снова. Я перевел луч фонарика на свою руку с пистолетом и тихо сказал:

— Если вы закричите, это будет последний звук в вашей жизни.

Он содрогнулся, и его кадык судорожно заходил туда-сюда. Наконец, он выговорил:

— Кто вы, черт возьми?

— Ваш старый приятель — Риарден. Я пришел, чтобы забрать вас.

Ему потребовалось некоторое время, чтобы осознать ситуацию. Он сказал:

— Вы сумасшедший.

— Весьма возможно, — согласился я. — Тот, кто хочет спасти вам жизнь, конечно, должен быть сумасшедшим.

Он постепенно приходил в себя. Лицо его порозовело, а душа, если у него таковая была, обрела уверенность.

— Как вы сюда попали? — спросил он.

Я направил луч фонарика на ближайшую стенку. Иллюминаторы были грубо заварены железными пластинами, так что Слэйд никак не мог видеть то, что происходит снаружи. Еще одна предосторожность со стороны «Скарперов».

— Куда это сюда? — спросил я с усмешкой.

— Ну, на борт этого корабля…

— Я следую за вами. — Я с интересом смотрел, как его глаза задвигались в поисках кнопки, и вновь поднял руку с пистолетом. — Не советую. Если цените свое здоровье.

— Кто вы? — выдохнул он шепотом.

— Ну, наверное, можете считать, что мы с вами коллеги. Только в разных углах, я контрразведчик.

Он глубоко и судорожно вздохнул.

— Понятно. Исполнитель приговора. — Он кивнул в сторону моей руки. — Вам не удастся уйти. У вас пистолет без глушителя. Убьете меня, погибнете сами.

— Я человек расхожий, — сказал я, надеясь, что мне не потребуется внушать ему эту идею повторно. — Пораскиньте мозгами, Слэйд. Я мог бы проникнуть в вашу комнату и перерезать вам горло во сне. Грязновато, но тихо. Мог вонзить вам под череп иглу и поразить мозг — без капли крови. То, что я сейчас говорю с вами, означает, что я хочу вывести вас отсюда живым.

Он нахмурился, и я почти чувствовал, как закрутились у него в мозгу шарики.

— Только не питайте никаких иллюзий, — добавил я. — Я либо беру вас с собой живым, либо оставляю здесь мертвым. Выбор за вами.

К нему уже вернулось самообладание. Он даже сумел улыбнуться.

— Вы сильно рискуете, — сказал он. — Вы не можете все время держать меня под дулом пистолета. У меня еще есть шанс выиграть.

— Вам самому не захочется «выиграть» после того, как я все скажу. Я полагаю, вас взяли из комнаты, которую мы разделяли, предварительно вкатив какой-нибудь наркотик, и вы очнулись в этой каюте. Как по вашему, где вы находитесь?

Его шарики вновь закрутились, но на этот раз безрезультатно. Наконец, он сказал:

— Поскольку я не почувствовал сильного изменения температуры, то, думаю, вряд ли меня повезли к северу или к югу…

— На этой посудине вполне приличная система кондиционирования воздуха, так что разницу в температуре трудно заметить. Вам нравятся китайские блюда?

Резкая смена темы повергла его в смущение.

— Что за черт! Нравятся — ем, не нравятся — не ем.

— В последнее время вам давали что-нибудь?

Он был удивлен.

— Да… только вчера я…

Я перебил его.

— На этом судне повар — китаец. Вы знаете, кому принадлежит яхта? — Он молча покачал головой. — Она принадлежит человеку по фамилии Уилер. Он член английского парламента. Я думаю, что вы с ним не встречались.

— Я бы его узнал, — сказал Слэйд, — пару раз виделся с ним в… в старые времена. Что тут вообще происходит?

— Вы все еще полагаете, что направляетесь в Москву?

— Не вижу причин сомневаться в этом, — сказал он сухо.

— Уилер — по рождению албанец. И его китайский повар делает здесь кое-что побольше, чем маринованную свинину и китайские сладости. Они коммунисты, но не вашего толка, Слэйд. Сейчас вы находитесь в Мальте, а следующая остановка — Дуррес в Албании, откуда, я думаю, вас отправят грузовым самолетом в Пекин. Так что лучше полюбите китайскую пищу, Слэйд, — впрочем, неизвестно, будут ли они вас вообще кормить.

Он пристально смотрел на меня.

— Вы сумасшедший.

— Что сумасшедшего в том, что китайцы хотят завладеть вами? То, что имеется в вашем черепе, должно очень их интересовать — секреты двух крупнейших разведок. И они получат их, Слэйд, даже если им придется прибегнуть к акупунктуре. Кстати, вы знаете, что термин «промывание мозгов» изобрели китайцы?

— Но Уилер?

— А что Уилер? Вам удавалось избегать провала в течение двадцати пяти лет, почему вы думаете, что не может найтись кто-нибудь другой, такой же хитрый, или даже хитрее? Уилера не схватили… пока.

Он погрузился в молчание, и я дал ему возможность подумать. Но времени терять было нельзя:

— Мне кажется, что ваш выбор чрезвычайно прост. Или вы идете со мной, или я убью вас. В последнем случае, кстати, я окажу вам услугу, так как даже мысль о том, что произойдет с вами в руках у китайцев, заставляет меня содрогнуться. Предлагаю вам пойти со мной и возвратиться в милую, спокойную и надежную камеру в одной из тюрем Ее Величества. Там, по крайней мере, никто не будет выковыривать ваш мозг через уши.

Он упрямо помотал головой.

— Я вам не верю.

— Господи! Если бы Уилер хотел отправить вас в Москву, то он передал бы вас на один из вездесущих советских траулеров. Их в Атлантике больше, чем блох на дворняжке. Для чего везти вас в Средиземное море?

Слэйд недоверчиво посмотрел на меня.

— Кроме ваших слов, у меня нет никаких доказательств.

Я вздохнул и поднял пистолет.

— Все равно у вас небольшой выбор. — Он начинал раздражать меня. — Только раз в жизни мне встретился человек, который смотрел в зубы дареному коню. Это — вы. Я следовал за вами из Ирландии не для того, чтобы…

— Ирландии? — перебил он.

— Да, нас там вместе держали.

— Линч — это ведь ирландское имя, — произнес он задумчиво.

44
{"b":"5391","o":1}