ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Очаруй меня
Чтец
Украина.точка.ru
За час до рассвета. Время сорвать маски
Любовный талисман
Екатерина Арагонская. Истинная королева
Что скрывают красные маки
Список желаний Бумера
Мое сокровище

— Я ничего не могу сказать про нее, но что касается твоих родителей, то я уверен, что они очень любят вас с братом.

— О лучших родителях, чем Хло и Виатт, нечего и мечтать, — согласилась она и вопросительно посмотрела на него. — А у тебя, Мигель, есть семья?

Он покачал головой.

— Мой отец умер от сердечного приступа несколько лет назад. После его смерти мать уехала в Мехико к своей сестре.

— Твои родители из Мехико?

— Мой отец был гражданином США. А мать оттуда. Наверное, поэтому туда и уехала в конце концов. Она чувствует себя там на родине.

— А братья или сестры у тебя есть?

— Младшая сестра. Она живет в Колорадо.

Все это очень удивило Анну. Он совершенно не был похож на человека, у которого есть родственники. Такой одинокий волк. Вот насколько может быть обманчивым первое впечатление. Наверное, еще много неожиданного она узнает о нем до своего отъезда.

Тем временем Мигель покончил с едой и занялся кофе. Но когда он собирался уже налить в ее чашку, она закрыла ее рукой.

— Нет, спасибо. Я не хочу больше ни есть, ни пить. Кроме того, боюсь, что если выпью еще кофе, то совсем не смогу уснуть.

— Ты настолько устала, что уснешь в любом случае, — заметил он.

Анна вспомнила, сколько бессонных ночей провела в последнее время. Не спасала и работа. Как только ее голова касалась подушки, тут же наваливались бесконечные вопросы, проблемы и сомнения.

И обязательно она мысленно все время возвращалась на ранчо, к своей семье. Никогда не думала, что можно так скучать по дому.

Она вскочила и понесла тарелку к раковине. Но внезапно почувствовала страшную слабость в ногах и тяжело облокотилась о стол. Ей ни за что не хотелось, чтобы Мигель заметил это.

— Анна?

Это он что-то сказал ей на ухо? Она попыталась повернуться и почувствовала его дыхание у своего лица, потом его рука обхватила ее за плечи.

— Ничего страшного, Мигель, — тихо прошептала она. — Но думаю, что мне надо лечь в постель.

Он с облегчением вздохнул.

— Хорошо. Где твоя кровать?

— А что?

— Я отнесу тебя, — прошептал он. — И не возражай, пожалуйста. У меня не то настроение, чтобы слушать твои возражения.

Анна не могла возражать. Она так нуждалась в его поддержке, любви. Она так хотела быть любимой!

Но Мигелю она не нужна! Он заботится о ней только из-за ее родителей.

О господи, думала Анна, когда он нес ее в спальню, что же мне теперь делать?

Мигель положил ее на огромную кровать, выпрямился и посмотрел на нее сверху.

— По-моему, мне нужно остаться здесь на ночь, Анна, — сказал он.

Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами и, к своему ужасу, только кивнула в ответ.

Глава ПЯТАЯ

Будильник звонил и звонил, как назойливая муха. Она протянула руку, попыталась нащупать кнопку и свалила будильник на пол. Но он, к счастью, перестал звонить, и Анна открыла глаза.

В комнате царила полная темнота. На какое же время она завела будильник? Облокотившись, она всмотрелась в светящийся циферблат и вслух застонала. Все тело у нее болело, пальцы не сгибались.

Бинты тут же напомнили о Мигеле, и по телу разлился сладкий жар. Слава богу, он не мог вчера прочитать ее мысли. Иначе она просто не могла бы смотреть ему в глаза.

Когда он пожелал спокойной ночи и сказал, что будет в спальне для гостей на случай, если ей вдруг понадобится его помощь, Анна почувствовала такое острое разочарование, что с трудом смогла его скрыть. А потом смутилась.

Как она могла подумать о том, что он захочет заниматься с ней любовью? Мужчина, которому она даже не нравится!

Закрыв глаза, Анна снова застонала. Хватит, нечего валяться и предаваться самоуничижению. Нужно вставать и заниматься делами. Лошадей надо кормить и выпускать из стойл.

Глядя на закрытую дверь своей спальни, Анна вдруг подумала, что спала так крепко, что даже не знает, ночевал ли Мигель на ранчо, как обещал. Он вполне мог подумать, что она обойдется без него, и уехать.

Она застелила кровать и поспешно оделась. Спустя пять минут уже оказалась на кухне. Там никого не было, чувствовался запах кофе, а на холодильнике была прикреплена маленькая записка: «Анна, я уехал на пастбище. Постараюсь как можно быстрее выслать к тебе двух парней на помощь. Мигель». Она перевернула бумажку, но так и не нашла никакого упоминания о том, когда приедет он сам.

«Мне вовсе и неинтересно это знать», — пыталась она убедить себя. Ей не надо, чтобы он учил ее ухаживать за лошадьми, это она умеет с детства.

Все всегда говорили, что она великолепно играет на фортепьяно. И что преступно зарывать такой талант в землю. Профессия пианиста гораздо престижнее ковбойской работы.

Анна налила себе чашку кофе и уселась за стол. Да, она убедила себя в том, что надо заниматься искусством, а не лошадьми. Подавила в себе детские мечты и занялась тем, чего от нее хотели. И вот спустя несколько лет оказалась перед осуществлением своей детской мечты. Пусть даже это продлится всего один месяц.

А может быть, родители специально подстроили все это, чтобы дать ей шанс определиться с карьерой пианистки? Ну что ж, она решит здесь, что ей делать с собственной жизнью. Вполне возможно, музыка действительно окажется ее настоящим призванием. Но сначала надо бы разобраться с этим управляющим. Она завоюет его уважение, даже если ей это будет стоить жизни!

Холодный вечерний ветер развевал рыжие кудри Анны. Она наслаждалась прогулкой верхом на прекрасном скакуне и даже не сразу заметила мужской силуэт на вершине холма. Анна с силой натянула поводья, и конь, фыркнув и загарцевав на месте, остановился, явно недовольный тем, что его бег так неожиданно прервали. Анна увидела, что Мигель стремительно спускается с холма, и поскакала ему навстречу.

— Ты сегодня рано освободился, — сказала Анна. — Как дела на пастбище?

— На пастбище все в полном порядке, а я спешил к тебе, и, видно, не зря. Ты что, пытаешься покончить жизнь самоубийством?

Анне показалось, что в следующий момент он протянет руку и скинет ее с лошади. Ее бы это даже не удивило.

— Я не самоубийца, — холодно ответила она. Потом спрыгнула с лошади и повела ее под уздцы к конюшне.

Мигель тихо выругался и последовал за ней.

— Ну скажи, зачем ты села на этого коня? Это самый лучший скакун Хло.

— Я знаю. Он просто чудесный. Мигель увидел, что она широко улыбается.

Подумать только, улыбается из-за лошади! Нет, он никогда не поймет эту женщину.

— Чудесный, — проворчал он. — Если бы он сбросил тебя на такой скорости, ты бы сразу сломала себе шею.

Анна рассмеялась, а он еще больше нахмурился.

— Я не падала с лошади с тех пор, как мне исполнилось шесть лет, — успокоила она его. — И то это произошло потому, что Адам ударил моего пони.

— Этот скакун — совсем не пони, — Мигель кивнул в сторону разгоряченного жеребца. — Мне вообще не хотелось бы видеть тебя ни на одной из скаковых лошадей.

Анна молчала до самой конюшни.

— Я надеюсь, ты понимаешь, что не имеешь никакого права приказывать мне, — сказала она наконец.

Мигель от ярости стиснул челюсти.

— А ты думаешь, что я буду стоять и спокойно наблюдать, как ты подвергаешь свою жизнь опасности? Если ты действительно так считаешь, то ты еще глупее, чем я думал!

В Анне тоже поднялся глухой, темный гнев. Она едва сдерживалась, чтобы не влепить ему пощечину. Спасла только многолетняя привычка контролировать свои эмоции.

— Видимо, вы слишком крепко спали, мистер Чейз, иначе помнили бы, что Хло оставила меня отвечать за лошадей.

— Я прекрасно помню это, — ответил он. — Но это не значит, что ты можешь делать все что хочешь.

— Нет, а кто, по-твоему, должен был выгулять жеребца? Эти два ковбоя, которых ты прислал мне в помощь? — Она рассмеялась. — В них обоих весу восемьдесят килограммов. Ни один из них никогда не участвовал в скачках, и они до смерти боятся упасть с лошади. Представить даже не могу, что им можно доверить хотя бы вымыть лошадей!

10
{"b":"5398","o":1}