ЛитМир - Электронная Библиотека

И она начала двигаться, доверившись ему, ведь это ее муж и они любили друг друга. Она содрогнулась всем телом, когда он с силой прижал ее к себе, а его семя выплеснулось глубоко в ее тело. У девушки непроизвольно вырвалось его имя. Она вздрогнула, потом замерла и забылась под его тяжестью.

Элизабет очнулась только тогда, когда он заботливо накрыл ее одеялом, обняв одной рукой за плечи.

– О-о-о, – вырвался у Элизабет непроизвольный звук, когда он снова прижал к себе ее разгоряченное тело. – Нам всегда было так хорошо?

– Это всегда бывает лучше с каждым разом, – ответил он.

– Тогда через десять лет это станет невообразимо сладостным, – сказала она и снова впала в забытье.

Наступило раннее утро. Кристофер определил это по неяркому свету, пробивавшемуся сквозь тяжелые шторы на окнах. Ему хотелось встать. Он горел желанием израсходовать энергию, накопившуюся в нем за время длинного морского путешествия.

Забавно, но он чувствовал себя полным сил в это утро. Ведь он почти не спал и не отдыхал, а усердно трудился. Не так легко вызвать у Элизабет любовный восторг, открыл для себя Кристофер. Она быстро возбуждалась, но стеснялась проявлять свои чувства. Ему пришлось приложить немало усилий, терпеливо и умело подводя ее к грани высшего любовного наслаждения. Ему не хотелось переживать все это наслаждение одному, без нее. Он не придавал этому значения, когда был с другими женщинами. а их у него было немало в Америке и Канаде. Но с ней все по-другому. И каждый раз он сдерживал себя, чтобы оказаться на вершине восторга вместе с ней. И когда она достигала его, это происходило с поразительным накалом страстей.

Это была потрясающая ночь любви с женщиной, которая не была его женой.

И вот теперь его переполняло желание и решимость вступить во владение своим наследством и взять на себя ответственность за него. Все эти годы за состоянием дел в Пенхэллоу следили управляющие – отец и сын Арчеры. Но Кристофер был деловым человеком, он привык вести свои дела сам и получать все сведения из первых рук. Сознание того, что Пенхэллоу теперь принадлежит ему, наполнило его волнением. “И сегодня, – решил он, – настало время заняться изучением состояния дел”.

Его рука гладила разметавшийся шелк волос Элизабет. Она спала на нем, ее тело было теплым и мягким, а ноги устроились вдоль его бедер. Кристофер все еще был глубоко погружен в ее тело после их последней любовной игры. Он медленно повернул девушку и осторожно опустил на кровать рядом с собой, высвободившись из-под ее тела. Ему не хотелось будить ее. Ее пробуждение было единственным моментом, омрачающим эту чудесную ночь. Всякий раз он напряженно смотрел ей в глаза, пытаясь увидеть в них отблеск пробуждения памяти, но этого не случалось.

Сейчас она проснулась и открыла глаза. Это были томные и улыбающиеся глаза женщины, которую всю ночь нежно и страстно любили. Элизабет удовлетворенно вздохнула.

Кристофер наклонился и поцеловал ее губы.

– Поспи еще, – прошептал он. – Я собираюсь съездить в деревню, чтобы встретиться с Арчером, моим управляющим. Я забросил все дела имения в эти дни. Я вернусь к завтраку. А днем мы с тобой отправимся на берег. Хорошо?

– Да, – кивнула она. – Кристофер? Тебе хорошо было со мной? Я тебя не разочаровала? Может, я была не такая, как всегда?

Он снова поцеловал ее.

– Разве я похож на разочарованного мужчину? – спросил он. – Ты просто хочешь услышать комплимент. Ты ведь знаешь, что ты была неотразима. Поспи.

– Позже ты должен рассказать мне, как мы встретились, Кристофер, – попросила она, закрыв глаза и устроившись на теплой подушке, где только что лежала его голова. – Я очень рада, что мы встретились.

Она уже спала к тому моменту, когда Кристофер встал с кровати и снова посмотрел на нее. Одеяло прикрывало ее только до пояса. Девушка была потрясающе красива, ее грудь была пышной, но упругой. “Она бы наверняка укрылась одеялом, если бы знала, что это зрелище непривычно для моих глаз”, – подумал Кристофер. И ощущение ее тела тоже непривычно для него.

Кристофер смотрел на нее и все больше убеждался, что любовь и ненависть похожи. Потом он резко повернулся и вышел. Он ненавидел ее этим утром за то, что она сделала с ним в прошлом, и за то, что заставила его ненавидеть и презирать себя за все, что случилось этой ночью. И все же… Эта ненависть была скорее похожа на любовь.

Нэнси уже позавтракала с братом, но присоединилась и к Элизабет и выпила с ней чашечку кофе.

Элизабет просто сияла. Если бы она встала на стол и прокричала во весь голос, что провела ночь в постели Кристофера, то это оказалось бы не так убедительно, как при взгляде на ее лицо. Нэнси почувствовала себя очень неловко.

– Нэнси, – окликнула ее Элизабет, наклонившись в своем кресле и улыбаясь, – я заметила, что дом ведешь ты. Ты советуешься с миссис Клавел и каждое утро спускаешься на кухню, чтобы обсудить меню с поваром, не так ли? Ты всегда занималась этим? Или я тоже? Или мы с тобой делили обязанности? – Элизабет вдруг разволновалась.

– Но ты была больна, – пояснила Нэнси. – И я… Элизабет коснулась руки девушки.

– Ты была так добра ко мне, Нэнси. Не подумай, что я ревную или возмущаюсь. Нет. Но как у нас все было прежде? Я знаю, что между двумя женщинами, которые ведут хозяйство в одном доме, могут быть размолвки. Неужели между нами были какие-то трения? Надеюсь, что нет. Я очень люблю тебя и думаю, что так было всегда.

Нэнси почувствовала раздражение. Она всегда была хозяйкой в Пенхэллоу. А за год, что прошел после смерти отца, она одна следила за домом и за состоянием дел во всем поместье. И как осмеливается совершенно чужая здесь Элизабет считать себя хозяйкой этого дома!

Но Элизабет оказалась жертвой обмана, к которому она, Нэнси, тоже была причастна, хотя и не по своей воле. И очень трудно было ненавидеть ее, хотя Нэнси старалась.

– Мы подруги, – выдавила она наконец, подавив раздражение, – и сестры. У нас не было никаких твердых правил в ведении дел в доме. Я даже и не думала об этом, пока ты не заговорила. У нас все было гладко, и мы никогда не ссорились. – Нэнси не могла врать, она не могла быстро что-то выдумывать и не была уверена, что ее ложь пройдет.

Злость снова охватила девушку, но на этот раз она была направлена против брата. Элизабет, похоже, превратилась в приятную, добрую и благоразумную женщину. Доброта всегда была ей присуща, хотя раньше она сочеталась с сильной зависимостью от своей семьи и стремлением обращаться к ней в трудных ситуациях.

– Я должна что-то делать, – настаивала Элизабет. – Думаю, мне нравится заниматься делами. Я не создана для праздной жизни.

Нэнси улыбнулась.

– Почему бы тебе не отдохнуть недельку? – сказала она. – Я знаю, что Кристофер очень беспокоится о тебе и старается уделять тебе как можно больше внимания. Отдохни вместе с ним и постепенно снова привыкнешь ко всему окружающему. Только неделю. К тому времени твоя память наверняка восстановится.

– Надеюсь, – ответила Элизабет. В ее глазах снова появился блеск. – Тогда я проведу всю неделю вместе с Кристофером, если ты не против, Нэнси. Сегодня днем мы собираемся на берег.

– Тебе там понравится, – произнесла Нэнси. – Тебе всегда там нравилось.

– А у тебя кто-нибудь есть? – спросила Элизабет. – Ты такая красивая, Нэнси, и такая добрая. Тебе, должно быть, одиноко здесь, когда рядом только мы с Кристофером.

– Меня не интересуют мужчины, – резко ответила Нэнси. – Меня не привлекает замужество. Мне нравится жить так, как я живу.

– Прости меня, – сказала Элизабет. – Я сказала что-то не то. Если бы не потеря памяти, то я не была бы такой бестактной. Ты простишь меня?

– Здесь нечего прощать, – ответила Нэнси, поднимаясь. – У меня никого нет, я сказала правду. Ты не хочешь прогуляться по саду и по долине? Деревья в это время года такие красивые.

– Да, конечно, – откликнулась Элизабет. – Мне нужен свежий воздух и прогулки. Я схожу за накидкой.

15
{"b":"5415","o":1}