ЛитМир - Электронная Библиотека
***

Бабушка сидела в своих личных апартаментах, занятая написанием письма. Откликнувшись на стук в дверь, она отложила перо и улыбнулась внуку.

– Как приятно снова увидеть на небе солнце, – заметила она. – Хорошая погода поднимает настроение, не правда ли?

– Бабушка, – быстрым шагом Рэнналф пересек комнату и взял леди Бимиш за руку, – я должен оставить тебя на несколько дней. Может быть, дольше.

– А-а, – она продолжала улыбаться, хотя глаза заметно погрустнели, – конечно, я понимаю, ты уже потерял терпение.

Внук поднес ее руку к губам.

– Кто-то украл драгоценности миссис Лоу вчера по время бала, – сказал он, – и вина легла на плечи Джудит Лоу. В ее комнате нашли улики.

– О нет, Рэнналф, – воскликнула леди Бимиш, – этого не может быть!

– Ночью она скрылась из Харвуда, – продолжал внук, – и, я полагаю, тем самым окончательно убедила всех в своей причастности к краже.

Бабушка недоуменно воззрилась на него.

– Ни за что бы не подумала, что мисс Лоу способна на такое, – потрясенно проговорила она. – Бедная Гертруда! Для нее эти драгоценности так много значили!

– Я не верю в виновность Джудит, – отозвался лорд, – я еду за ней.

– Джудит, – повторила леди Бимиш, – значит, теперь она для тебя просто Джудит?

– Сегодня утром я ездил в Харвуд, чтобы сделать ей предложение, – сказал Рэнналф.

– В таком случае, – в голосе леди Бимиш появилась привычная резкость, – тебе нет смысла задерживаться.

Через четверть часа, прямая и непоколебимая, леди Бимиш стояла на террасе и махала рукой внуку, выезжавшему с конюшего двора.

***

Поразмыслив над своим нынешним положением всерьез, Джудит непременно бы испугалась. Она была совсем одна, с небольшим саквояжем, в котором уместились самые необходимые вещи. Девушка направлялась в Лондон, куда пешком можно было добраться за неделю-другую. Она понятия не имела, сколько времени займет путешествие. У нее не было денег, чтобы купить билет на почтовый экипаж, перекусить и тем более остановиться где-нибудь на ночлег. Но даже когда, а вернее, если она доберется до Лондона, неизвестно, где искать Брануэлла. Возможно, окажется слишком поздно для того, чтобы найти драгоценности и вернуть их бабушке.

Кроме того, Джудит понимала, что за ней будет погоня. Дядюшка Джордж, констебль или, еще хуже, Хорэс в любой момент могли нагнать се и отправить в тюрьму. Сбежав из Харвуда, она навсегда лишила себя возможности вернуться домой. Тем более что встреча с отцом могла оказаться едва ли не страшнее тюремного заключения. Как она могла показаться на глаза отцу, когда невозможно доказать невиновность ее и Брануэлла?

Нет, сама мысль о том, что, вернись она домой, придется стать свидетельницей позорного падения Брануэлла с пьедестала, который он всю жизнь занимал, заставила Джудит покинуть Харвуд на рассвете и отправиться в Лондон пешком. К ее удивлению, все оказалось легче легкого. Она рассчитывала обнаружить стражей за дверью или, на худой конец, внизу, в холле.

Девушка твердо решила не предаваться страху. В конце концов, какой в этом смысл? Она медленно продвигалась по дороге под раскаленными лучами полуденного солнца, сосредоточившись на том, чтобы переставлять ноги и поддерживать тело в вертикальном положении. Конечно, это легче было сказать, чем сделать. Рано утром ей удалось проехать пару миль на телеге фермера, который, раздобрившись, поделился с ней кусочком грубого сухого хлеба. С тех пор она остановилась только попить у небольшого ручья. Тем не менее, в животе урчало от голода, и кружилась голова. Ноги нестерпимо пыли, ботинки натирали. Сумка как будто весила тонну.

Очень трудно было не поддаваться в лучшем случае панике, а в худшем – пронизывающему страху. Услышав за спиной приближающийся стук копыт, девушка почувствовала, как страх медленно пополз вверх по позвоночнику. Где-то в сознании она отметила, что это не карета, а одинокий всадник. Несколько раз в течение сегодняшнего дня ей уже встречались верховые, и каждый раз она пережидала в кустах, пока дорога не очистится. Она остановилась в надежде, что это снова окажутся чужая лошадь и незнакомый всадник.

Но эта лошадь почему-то не проехала мимо. Замедлив шаг, конь, повинуясь руке хозяина, подошел прямо к ней – Джудит молила Бога, чтобы все оказалось миражем – и, остановившись как раз за ее правым плечом, некоторое время перебирал ногами. Девушка решила не оборачиваться, хотя сама не знала, чего боится. Кнута? Кандалов? Стремительного броска, в результате которого она окажется распластанной на земле? Бешеный стук сердца отдавался у нее в ушах.

– Это небольшая прогулка перед обедом, – осведомился знакомый голос, – или серьезное путешествие?

Резко развернувшись, она наткнулась на взгляд лорда Рэнналфа Бедвина, который, сидя на лошади, выглядел огромным и даже угрожающим. Он остановил лошадь и устремил на девушку мрачный взгляд, несмотря на прозвучавшую в его словах насмешку.

– Это не ваше дело, лорд Рэнналф, – заметила она. – Вы можете ехать своей дорогой!

Интересно, куда он направляется? Обратно домой?

– Сегодня утром вы не пришли на свидание со мной, – сказал он, – и я вынужден был отправиться следом за вами.

Их свидание. Она совершенно забыла о нем.

– Только не говорите, что забыли о нем, – сказал лорд Рэнналф, словно прочитав ее мысли, – для меня это будет очень унизительно, вы же понимаете.

– Наверное, вам не сказали… – начала она.

– Сказали.

– Ну что же, – проговорила Джудит, когда стало ясно, что продолжать он не намерен, – вы можете ехать вперед или назад, лорд Рэнналф, как вам угодно. Вряд ли вам захочется общаться с воровкой.

– А вы считаете себя таковой? – осведомился он. Его вопрос болью отозвался в сердце девушки.

– Доказательства были неопровержимыми, – сказала она.

– Да, я знаю. И, должен заметить, вы на редкость неумелая воровка, Джудит. Подумать только: разбросать улики по всей комнате, зная, что рано или поздно ее обыщут!

Джудит до сих пор не могла понять, зачем Брануэлл спрятал мешочек у нее в комнате. С сережкой-то все ясно: он мог обронить ее в спешке и ничего, не заметить. Пол был застелен ковром. Но мешочек… Единственное объяснение, которое приходило на ум, заключалось в том, что Брануэлл понимал, что его будут подозревать в первую очередь, но не ожидал, что обыщут комнату сестры. Джудит полагала, он специально спрятал мешочек в ящик ее комода как молчаливое признание своей вины перед сестрой и заверение в том, что обязательно вернет долг. Такая версия не слишком удовлетворяла девушку, но другой она не находила.

– Я не воровка, – наконец проговорила она, – я ничего не брала.

– Я знаю.

Знает? Неужели он доверяет ей? Ни один человек не сказал ей этого и вряд ли скажет в будущем.

– Куда вы направляетесь? – поинтересовался он. Плотно сжав губы, Джудит вскинула на него глаза.

– Полагаю, в Лондон, – ответил за нее он. – Думаю, прогулка будет весьма приятной.

– Это не ваше дело, – повторила Джудит, – поезжайте назад в Грандмезон, лорд Рэнналф.

Вместо ответа мужчина наклонился в седле и протянул девушке руку. Это живо напомнило ей те обстоятельства, при которых лорд сделал это впервые; и что она тогда о нем подумала: крепкий, широкоплечий, со смуглой кожей и синими глазами. Светлые волосы показались девушке чересчур длинными, а сам он некрасивым, но странно привлекательным. Теперь перед ней был просто Рэнналф, и впервые за сегодняшний день Джудит захотелось плакать.

– Дайте мне руку и поставьте ногу на мой сапог, – скомандовал он.

Она отрицательно покачала головой.

– Вы хоть представляете себе, сколько будете добираться до Лондона пешком?

– Я не собираюсь идти всю дорогу пешком, – сказала она. – И откуда вы знаете, что я иду в Лондон?

– У вас есть деньги?

56
{"b":"5419","o":1}