1
2
3
...
23
24
25
...
69

– Я провожу мисс Армитидж после ужина к матери, – ответил Натаниель молодому человеку, – а потом с удовольствием познакомлю вас со своими родственницами.

– Благодарю вас, сэр.

Мойра вдруг встала из-за стола, подошла к Кеннету, затем они с Софи направились к выходу, взяв ее под руки. Они о чем-то разговаривали и смеялись. На освободившееся место рядом с виконтессой Хоутон опустился Иден и начал занимать ее разговором. С неопределенной улыбкой, блуждающей по тонким губам, Пинтер поглядывал по сторонам. На одно мгновение, перед тем как Льюис Армитидж пошевелился и снова скрыл его из виду, его взгляд встретился со взглядом Натаниеля.

Что ж, пусть знает, что хотя война закончилась, а Уолтер погиб, но Софи оставалась другом четверых офицеров, которые будут ее охранять и защищать от таких наглых субъектов, как Пинтер. Какое имеет значение, что Натаниель стал ее любовником – его друзья никогда об этом не узнают. И любому из них можно доверить ее безопасность.

Уж не Пинтера ли она заметила, когда вальсировала с ним? Но почему, лишь увидев его, она сбилась с такта и перестала танцевать, а потом все отрицала? Было бы понятнее, если бы она просто брезгливо поморщилась и сказала бы Натаниелю: «Никогда не догадаешься, кого я увидела!» Он сразу бы понял и разделил бы ее отвращение при виде этого скользкого типа – ведь они оба его прекрасно знали.

И почему она представила Пинтера виконтессе Хоутон, пусть даже тот попросил ее об этом! Достаточно было бы просто холодно кивнуть ему и отвернуться. Он понял бы значение такого приема и в будущем не решился бы ее побеспокоить.

Если бы беспокоился о своем благополучии.

А мисс Армитидж, с удивлением обнаружил Натаниель, в это время с малейшими подробностями описывала капор, который мама помогла ей выбрать сегодня утром. Это был самый очаровательный капор, который можно себе представить, и, безусловно, стоил немалых денег.

– Но папа может не согласиться с тобой, Сара, когда ему на стол положат счет за твой капор, – заметил Льюис, насмешливо усмехнувшись.

– Вот уж нет! – с достоинством возразила та. – Папа сказал, что не пожалеет никаких расходов, чтобы представить меня этой весной в самом выгодном свете.

Затем Натаниеля опять отвлекли: какой-то молодой человек дотронулся до плеча Льюиса Армитиджа и тихо заговорил с ним, но его можно было расслышать.

– Могу я рассчитывать, что ты представишь меня своей сестре, Армитидж?

Это был молодой виконт Перри, младший брат Кэтрин, тот самый, который увел Джорджину пить лимонад, когда начался вальс. Он и Армитидж были почти ровесниками и, очевидно, были знакомы. Армитидж представил друг другу сестру и виконта Перри, после чего тот занял место рядом с мисс Армитидж. Натаниель с любопытством отметил, что она смотрела на молодого человека с таким же восторгом, как недавно на него самого. Все-таки этой юной леди не откажешь в здравом смысле. Приехав в Лондон с целью найти себе мужа, она на первом же балу к каждому мужчине относилась как к возможному соискателю ее руки.

Она может найти человека гораздо хуже Перри. Но и Джорджина не застрахована от ошибок!

Эти хлопоты со сватовством способны довести человека до головной боли! Натаниель тяжело вздохнул и обратился мыслями к предстоящему свиданию с Софи. Софи сказала, чтобы он пришел в полночь – значит, ждать еще целые сутки! Да это же целая вечность.

– Опирайтесь на мою руку, Софи, не стесняйтесь, – сказал Кеннет. – В бальном зале будет прохладнее. Мы сейчас же найдем для вас место посидеть.

– Вы не потеряете сознание, Софи? – заботливо спросила Мойра, которая перестала деланно улыбаться, как только они вышли из зала, где ужинали. – Кеннет может вас отнести.

– Что за чепуха! – сказала София, овладев собой. – Но все равно благодарю вас, за столом было очень душно. Как это глупо с моей стороны. Я ни разу не падала в обморок. – Она неуверенно засмеялась.

– Ничего подобного, – возразила Мойра. – Я сидела рядом с Рексом, Клейтоном и Клариссой. Рекс увидел рядом с вами этого мужчину и пробормотал что-то такое, чем вогнал меня в краску, а потом быстро поднялся из-за стола. Но Кеннет и Иден отреагировали быстрее. Кто это был?

– Бывший лейтенант, крайне неприятный тип, – объяснил жене Кеннет. – В полку мы все, почти без исключения, перессорились с ним, но особенно грубо он относился к Уолтеру Армитиджу, потому что Уолтер – с согласия еще нескольких наших товарищей – не допустил его к повышению в чине, чего он так жаждал. Софи, он не имел права заговаривать с вами. На его счастье, в зале было слишком много народа, иначе один из нас дал бы ему пощечину.

– Право, мне уже лучше, – сказала София. – Но я на самом деле почувствовала себя плохо только из-за духоты. Я не придаю слишком большого значения знакам внимания со стороны лейтенанта Пинтера. – Она едва преодолела дрожь, вспомнив, как повернулась и обнаружила у себя на плече его руку.

– Но было очевидно, Софи, что вам это неприятно, – возразил Кеннет. – И в этом нет ничего удивительного. Этот подлец застал вас врасплох и вынудил представить себя невестке Уолтера. Все-таки следовало бы съездить наглецу по физиономии!

– Пожалуйста, не беспокойтесь, ничего страшного не произошло, – уверяла его София.

– Ну вот, вы уже слегка порозовели. – Мойра успокаивающе похлопала ее но руке. – Бедняжка Софи! Вы виделись с ним после кончины вашего мужа?

– Да, – подтвердила София после едва заметного замешательства и улыбнулась. – Полагаю, моя слава из-за него не поблекнет. В прошлом году именно он появился в свете и начал всем и каждому рассказывать, как Уолтер рисковал своей жизнью, чтобы спасти его, когда он был еще простым солдатом, а Уолтер уже майором. Он даже выставил себя в довольно жалком виде, чтобы Уолтер предстал перед всеми в самом выгодном свете. – Она судорожно вздохнула. – Это было очень любезно с его стороны. – София заставила себя похвалить Пинтера, хотя отлично знала, почему он повсюду распространял такую явную ложь.

– Черт побери! – пробормотал Кеннет. – Так это был Пинтер, Софи? Но почему он считает себя вправе заговаривать с вами в обществе, когда ему вздумается?

– Не так уж часто я появляюсь в высшем свете, Кеннет, – сказала София. – Мне по душе очень скромный и тихий образ жизни. Прошу вас, не поднимайте шума из того, что произошло. В самом деле, здесь нет ничего особенного.

– Вы уж слишком незлобивы, Софи, – возмутился он. – Отныне мы будем оберегать вас, будьте уверены. Больше он не станет вам докучать.

– Имейте в виду, Софи, у вас целых четыре защитника! – засмеялась Мойра. – Натаниель тоже хотел встать из-за стола в тот же момент, что и Рекс. Я сама это видела.

– Четыре Всадника Апокалипсиса в качестве моих преданных рыцарей, – весело проговорила София. – Чего еще может желать женщина?

– Вот это сила воли! – восхитился Кеннет. – Софи, вы еще хотите присесть? Хотя выглядите уже намного лучше.

Они прогуливались по бальному залу, где только начали собираться после ужина отдельные группы гостей.

– Мне уже совсем хорошо, – сказала София, отпуская их руки. – Я вам очень признательна. Какое счастье иметь таких верных друзей!

– Если он снова начнет вам докучать, когда нас не будет рядом, обязательно дайте знать и один из нас нанесет визит мистеру Борису Пинтеру. А может, мы предпочтем сделать это вчетвером. И тогда уж он утихомирится раз и навсегда!

София с трудом заставила себя засмеяться. Она нисколько не сомневалась, что уже на следующее утро Борис Пинтер не замедлит явиться к ней домой с очередным письмом в кармане. И назначит новую цену, основательно повысив ее за перенесенное им сегодня унижение. Как, чем она с ним расплатится? Она глубоко вздохнула, стараясь не поддаваться отчаянию.

– А вон и Беатрис с Иденом возвращаются, – беспечно заметила София. – Пойду ей навстречу. Еще раз благодарю вас.

Она улыбнулась и направилась к родственнице.

Значит, Натаниель тоже хотел броситься ей на помощь, думала она. Ах, хорошо бы он пришел к ней сегодня же вечером. Но бал закончится очень поздно, а до завтрашней ночи еще целая вечность. Нет, она не станет об этом думать.

24
{"b":"5424","o":1}