1
2
3
...
65
66
67
...
84

— Она его пленница, — усмехнувшись, сказал Дуарте. — Могу поклясться, что ни один стражник не подвергался таким мучениям.

— И какой стражник! — воскликнула Карлота. — А я могу поклясться, что Жуана наслаждается каждой минутой своего плена.

— Думаю, ты права, — согласился Дуарте. — Но если они сюда заглянут, Карлота, мы должны им подыграть.

— А красавцу капитану Блейку, несомненно, стало жаль меня, — усмехнулась Карлота. — Уж эти мне мужчины! Почему они всегда уверены, что женщины обязательно должны быть бедными беспомощными и слезливыми созданиями?

— Возможно, потому, что не все они знакомы с тобой или Жуаной, — пошутил Дуарте.

Французы все еще находились в Висо, и между Висо и Мортагоа было достаточно много людей, которые могли бы вовремя оповестить, если бы они неожиданно двинулись оттуда раньше, чем предполагалось. У них оставался в запасе целый день, чтобы упаковать то, что они должны были взять с собой, а остальное — сжечь. Особой суеты не ощущалось, хотя их семейное гнездышко предстояло порушить за двадцать четыре часа. Но ведь Карлота и Дуарте всего несколько лет назад уже видели, как рушатся дома, и с тех пор нигде не обосновывались в расчете на постоянное проживание. И в данном случае они не слишком сильно оплакивали свое жилье.

— Как приятно снова быть с тобой и нашим сыном, — признался Дуарте, привлекая к себе Карлоту. — Ты не можешь себе представить, как мне одиноко без тебя.

— Не могу? Вот как? — В голосе ее послышалось возмущение.

Но он схватил ее в охапку и закрыл поцелуем рот.

— У нас есть мы и Мигель, — сказал он, когда она ответила на его поцелуй, — в жизни только это действительно имеет значение.

— Да, — согласилась она, — и еще наша страна, в которой мы можем свободно жить вместе.

Капитан Блейк и Жуана появились под вечер. Капитан постучал о притолоку и заглянул внутрь. Дуарте подбежал к двери.

— Значит, пока что с вами все в порядке, — сказал он. — Хорошо. Вы сейчас всего в нескольких милях от Буссако, где собирается армия.

— Завтра я к ним присоединюсь, — сообщил Блейк. — Я догадывался, что встречу тебя здесь, но мы все-таки зашли на тот случай, если Карлоту не успеют предупредить.

— Не успеют предупредить? — воскликнула Карлота, поднимая глаза к потолку. — За последнюю неделю я только и слышу, что глупым французам пришло в голову идти здесь. Я места себе не нахожу от возбуждения. Я рада, что вы благополучно выбрались из Испании, капитан.

— С помощью Дуарте, — сказал он и, отступив в сторону, уступил место улыбающейся Жуане. — Вы знакомы с маркизой дас Минас?

Карлота видела, что он напряженно следит за ее реакцией.

— Кто не знает маркизу? — сказала она. — Добро пожаловать.

— Карлота? — воскликнула Жуана. — А где Мигель?

— Мигель? — спросила Карлота. — Безмятежно спит. Его ни капельки не тревожит, что вокруг него рушится его первый в жизни родной дом. Иди посмотри сама.

Жуана шагнула за ней следом в смежную комнату, по пути поприветствовав Дуарте:

— Как приятно снова видеть тебя, Дуарте! — Она протянула ему обе руки.

Он улыбнулся и пожал ее руки.

— Привет, Жуана.

— Она твоя сестра? — сразу же спросил капитан Блейк, кивнув на Жуану, как только женщины скрылись в соседней комнате.

— Она говорит, что приходится мне сестрой? — ухмыльнулся Дуарте.

— Да, — мрачно подтвердил капитан Блейк. — Единоутробной сестрой. Она говорит, что у вас была одна мать.

— Если Жуана так говорит, то, должно быть, правда. Зачем ей лгать? Если она так говорит, значит, она моя сестра. Точнее, единоутробная сестра.

— Ладно, — сказал выведенный из себя капитан Блейк. — Извини, что спросил. Какие новости на сегодняшний день?

— Французы все еще в Висо, — ответил Дуарте. — Но думаю, что они завтра двинутся дальше, если только не струсят и не удерут назад, поджав хвосты. Однако, полагаю, они уже зашли очень далеко по такой труднопроходимой местности. И лорд Веллингтон подтянул все силы с юга от Мондегу, где предполагалось устроить сражение. У них такая хорошая позиция в Буссако, что остается только посочувствовать французам. Почти, — он усмехнулся, — но не вполне.

— Давненько я не участвовал в генеральном сражении, — признался капитан. — В прошлом году всего на один день опоздал к битве при Талавере. Мы форсированным маршем преодолевали тогда путь от Лиссабона за такое короткое время, что люди до сих пор лишь руками разводят от удивления, но все-таки опоздали на целый день.

— Возможно, тем самым ты опоздал на один день погибнуть в бою, — заметил Дуарте.

Женщины тем временем вернулись из смежной комнаты.

— Вы сегодня переночуете у нас? — обратился к Жуане Дуарте. — Ты могла бы переночевать в смежной комнате, Жуана. А капитан Блейк мог бы спать здесь, вместе с нами. Жуана улыбнулась.

— Не забудь, что я пленница Роберта. Он отпускает меня от себя не больше чем на пять минут, особенно ночью. Не так ли, Роберт? Лучше уж мы с ним будем спать в смежной комнате. Ты сердишься, Дуарте? — Она повернулась к Роберту. — Братья иногда злятся в подобных ситуациях.

— В таком случае смежная комната в вашем распоряжении, — сказал Дуарте. — Мы с Карлотой будем спать здесь вместе с малышом. Завтра все мы уходим рано утром. Если повезет, завтра начнутся наконец настоящие боевые действия.

Они сидели за столом, ели и спокойно разговаривали между собой. К ним подсаживались другие члены отряда и их женщины, которые все еще не покинули деревню. Когда стемнело, все разошлись и улеглись на жесткие постели на полу.

— Дуарте, — шепнула Карлота, устраиваясь поудобнее рядом с ним после того, как успокоила завозившегося малыша, — ты видел ее? Ты видел Жуану?

— По-твоему, я ходил весь день с закрытыми глазами? — спросил он. — Должен сказать, что те, кто обожал маркизу дас Минас, просто не узнали бы ее теперь. Платье совсем выгорело и превратилось в лохмотья. Волосы спутанные и непричесанные. Кожа загорела, как у крестьянки. А совсем не подобающая леди походка?

— Да, да, да, — в нетерпении сказала Карлота. — Но я не то имела в виду, Дуарте. Изменилась она сама. Ее глаза. С ней это наконец случилось. Я всегда знала, что когда-нибудь это произойдет.

— Могу с уверенностью сказать, что они стали любовниками, — заявил он.

— А как же иначе? Они не каменные, а вынуждены проводить ночи вместе. Но они не просто любовники, глупый. Она любит его, Дуарте. Она его обожает. На ее лице все написано. Несмотря на целые орды поклонников, Жуана никогда никого не любила.

— Да, Карлота, я тоже заметил. И у него, несмотря на всю его суровость и умение владеть собой, такое же выражение лица. Но у них ничего не получится. Она аристократка как по рождению, так и по мужу. А он, судя по всему, простолюдин, сделавший карьеру в армии. Они принадлежат к разным мирам и могли встретиться только ненадолго и благодаря вот такому странному стечению обстоятельств.

— Какой же ты дурак, — упрекнула мужа Карлота. — Ну почему мужчины так глупы? Разве такие пустяки что-нибудь значат, когда речь идет о делах сердечных? Ты дворянин, а я дочь врача. Разве для нас послужило это препятствием? Или ты не намерен жениться на мне?

— Признайся, — сказал он, — что разница между нами не так уж велика, как между ними. И я намерен обвенчаться с тобой у первого же священника, который нам встретится.

— Ладно, — улыбнулась Карлота, — я подумаю. Скажи, ты намерен проболтать всю нашу первую ночь вместе не помню уж с какого времени?

— Только не я. — Он повернулся к ней. — Болтай, если хочешь, Карлота, а у меня есть занятие поинтереснее.

— У меня тоже. Я по тебе скучала.

— Покажи, насколько сильно ты скучала.

Высокий горный хребет Буссако тянулся на десяток миль к северу от большого утеса, перпендикулярно поднимающегося из реки Мондегу. Его вершина почти была лишена растительности, если не считать вереска, колючих алоэ и изредка встречающихся сосен. Было там еще несколько каменных ветряных мельниц да монастырь Буссако в двух милях к северу.

66
{"b":"5429","o":1}