ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Как заполучить принцессу
Резервация
Тайны Баден-Бадена
Вторая половина Королевы
Твердость характера. Как развить в себе главное качество успешных людей
#Одноклассник (СИ)
Принц и Виски
Мое сокровище
Занавес упал

О сне не могло быть и речи, для отдыха – лишь передышки в несколько минут. Он сказал, что изголодался, и это была правда. Казалось, он никак не может ею насытиться. И все же, когда Гарриет, еле переводя дыхание, в испарине, лежала возле него по истечении этих полутора часов, она чувствовала, что очень далека от него. Ей казалось, что это не они, а какие-то безликие существа занимались сейчас чем-то непонятным в постели. Это было какое-то изнурительное представление, требующее полной отдачи сил, а они сами словно смотрели на все со стороны.

Гарриет закрыла глаза. Ей страстно хотелось, чтобы они хотя бы на мгновение соприкоснулись друг с другом.

– Арчи!.. – прошептала она. Он взял ее за подбородок, приподнял лицо и поцеловал долгим, нежным поцелуем.

– Нам пора уезжать, – сказал он. – Гарриет, вы получили что хотели? Вы насытились?

– Да, – ответила она. И это была правда. Тело ее наполнилось довольством и покоем. – А вы – вы насытились?

– Полностью, – уверил он. – К несчастью, я не могу обходиться без этого лакомства по три-четыре дня подряд, но тут уж ничего не поделаешь, так ведь?

Он отстранился от нее, спустил ноги с постели и начал одеваться. Гарриет поднялась с другой стороны кровати.

Прежде чем они вышли из спальни, он поцеловал ее.

– Вам говорили, как вы прелестны? – сказал Тенби. – И постигаете все премудрости за одну минуту? У меня еще никогда не было такой превосходной любовницы, Гарриет!

Но она вовсе не жаждала быть лучшей его любовницей. Ей претили сравнения с кем-то. Она хотела быть единственной! Однако какие глупости лезут ей в голову!

– Полагаю, – улыбнулась она, – вы не сказали бы мне, если было бы иначе.

Он поцеловал ей руку и проводил взглядом, когда кучер помог ей выйти. Как и в прошлый раз, она не оглянулась. Карета тронулась, Тенби закрыл глаза и откинулся на подушки. Он был в полном изнеможении. Наверное, проспит теперь часа два, не меньше.

* * *

Тенби сглотнул и понял, что вот-вот заплачет. Когда же он плакал в последний раз? Вспомнить он не мог. Определенно не на похоронах деда. Значит, отца? Он отчаянно рыдал, когда отца внесли в дом, – на утренней верховой прогулке тот сломал себе шею. А во время похорон молча глотал слезы – ему надо было поддерживать мать и вести себя, как подобает мужчине и будущему герцогу, – так приказал ему дед и, чтобы он это хорошо запомнил, больно стегнул его пять раз по заду. С тех самых пор он не плакал.

Но сейчас ему было не по себе – он испугался, что совершил чудовищную ошибку. Не в том, что изменил намерение жениться на ней. Тут он поступил правильно. Женитьба на Гарриет не была бы правильным выходом ни шесть лет назад, ни сейчас. Ошибка в том, что он вступил с ней в связь. Ему показалось, что это то, что ему нужно, – он ведь давно мечтал сделать ее своей любовницей. Но что-то не получилось, что-то шло не так, как он предполагал. И исправить это было уже невозможно.

Кажется, все дело в том, что он не может заставить себя думать о ней, как об очередной своей любовнице, относиться к ней, как к источнику наслаждений, и только. Сегодня он провел с ней полтора часа, отчаянно стараясь именно так ее и воспринимать. Он был беспощаден, как только она выдержала! Три раза подряд, почти без передышки, он доводил ее до экстаза, затем останавливался, пока напряжение не достигало такого уровня, что невозможно было его вынести ни секунды больше. Он манипулировал ею, не даря ни капли нежности, ни разу не проявил к ней ни малейшей жалости. Он превратил наслаждение в муку и для нее, и для себя.

И при этом потерпел полное фиаско: все эти полтора часа Гарриет оставалась сама собой – прелестной, скромной, очаровательной. Хотя он ее чуть не изнасиловал, он не терзал так даже прожженную проститутку. Она оставалась Гарриет. И отдавалась ему доверчиво и нежно, ничего не утаивая.

Два месяца. У них впереди два месяца, если ему удастся удержать свою бабушку от решительных действий. Два месяца, чтобы пресытиться ею, чтобы она ему наскучила. Ведь это неизбежно. Особенно если их свидания будут проходить так, как сегодня, да еще два раза в неделю. Двух месяцев будет вполне достаточно.

Но он знал, что их будет далеко не достаточно.

Он знал, что их встречи не должны прекращаться.

Он любил ее, любил сейчас, как и прежде. Он будет любить ее и в июле. И в июле следующего года. И через десять лет он все так же будет ее любить.

Глава 8

– Дорогая, интересные письма? – спросила за завтраком леди Форбс.

Гарриет вскинула голову.

– Ах, извини, пожалуйста, Аманда! – сказала она. – Я непростительно невежлива. Остальные прочту потом.

– Нет-нет! – Леди Форбс беззаботно махнула рукой. – Сколько тебе повторять, Гарриет: будь как дома.

– Спасибо, Аманда! – Гарриет благодарно улыбнулась. – Клара и мистер Салливан сейчас вместе с детьми в Эбури-Корт. Она пишет, что они не приедут на сезон, потому что малыша еще рано вывозить в город, а оставлять его в деревне одного они не хотят.

– Никак не могу поверить, что Фредди Салливан так изменился, – сказала леди Форбс. – Но видно, правду говорят, что иной раз из отъявленных повес выходят самые что ни на есть добродетельные мужья. Прости, дорогая, что я употребила такое слово.

– Но он и был повесой, – подтвердила Гарриет. – Я была просто в панике, когда Клара объявила, что выходит за него замуж, хотя сама отлично знала, что он охотится за ее наследством. Однако как счастливо все обернулось! – Гарриет вздохнула и занялась едой.

– Не обращай на меня внимания и прочти второе письмо, – сказала леди Форбс.

– Хорошо. – Гарриет улыбнулась и взялась за второй конверт. – Кстати, Клара приглашает меня приехать к ним. Либо на несколько дней во время сезона, или же погостить подольше, когда сезон кончится.

– Надеюсь, до конца сезона ты все же нас не покинешь? – встревожилась леди Форбс. – Прошу тебя, не делай этого, ты разрушишь все мои надежды. Я уверена, что мистер Хардинг вот-вот сделает тебе предложение. По моему мнению, он очень достойный и приятный молодой человек!

Щеки у Гарриет порозовели.

– Не думаю, что до конца сезона я покину Лондон и лишу себя всех удовольствий светской жизни, но после мне хотелось бы поехать в Эбури-Корт. С удовольствием повидаю Клару, а для Сьюзен будет очень полезно побегать по траве и поиграть с мальчиками Клары. – Гарриет взяла в руки еще одно письмо.

– Хотелось бы верить, дорогая, что к тому времени, – осторожно произнесла леди Форбс, – ты уже будешь строить планы насчет свадьбы. Между прочим, у мистера Хардинга есть небольшое поместье.

– Ах, леди София Давенпорт в городе! – воскликнула Гарриет. – Со своей свояченицей. Замечательная женщина! И не скрывает, что ей уже восемьдесят шесть, и вот, пожалуйста, – путешествует. Аманда, она приглашает нас заглянуть к ней сегодня после полудня.

У леди Форбс вытянулось лицо.

– Знаешь, дорогая, я решила по возможности избегать визитов к этой леди, – пояснила она. – Понимаю, это очень некрасиво с моей стороны, но я просто не могу повторять каждую фразу чуть ли не трижды, да к тому же повышая голос до крика. Уж лучше мы с Клайвом отправимся на прием к Смитам. Мы приглашены, неудобно пренебречь их приглашением. И ты тоже приглашена, дорогая.

– Я предпочту навестить леди Софию, – промолвила Гарриет.

Леди Форбс скривила губы.

– Ты заставляешь меня испытывать угрызения совести, Гарриет, – сказала она. – Годфри с таким восторгом говорил о твоей ангельской доброте к старикам, да и мы с Клайвом полюбили тебя за это, хотя сначала приняли в штыки. Послушай-ка, я ведь никогда раньше не говорила тебе об этом, да?

– Нет, – ответила Гарриет. – Но я была совсем бедной и не очень-то родовитой девушкой. Я вышла за Годфри потому, что он предложил мне свой кров и защиту.

– И превратила последние годы его жизни в земной рай! – быстро проговорила леди Форбс и, отодвинув стул, поднялась. – Поедешь со мной сейчас на Бонд-стрит? Сгораю от нетерпения купить себе новую шляпку, хотя нужна она мне как рыбе зонтик.

22
{"b":"5431","o":1}