A
A
1
2
3
...
36
37
38
...
55

Он подумывал отправить послание старомодным способом – взорвать парочку заведений конкурента. Убрать несколько мелких деятелей и ждать, пока на эту наживку клюнет война. Но ему нужно было добраться до донов. Сказать им, что мешает бизнесу на низших уровнях, а не доставлять им послание через эти самые нижние уровни. Вот это и было сообщение. Ему нужна была встреча. Ситуация предоставляла брешь в протоколе. У него было право предстать перед ними и рассказать о своем деле. Кто-то убил его брата и близких людей. Кто-то заплатит.

Карлос медленно выдохнул, глядя, как воздух превращается в пар холодной ночью. Терпение не принадлежало к числу его достоинств. Никогда не принадлежало. Но практичность сейчас требовала сидеть тихо. Деньги всегда были корнем любого зла, и он умел вырастить дерево из этих корней.

– Да, Алехандро... я клянусь отомстить за тебя.

Он закрыл глаза и услышал эхо собственных слов. Они не просто отняли у брата жизнь, они изуродовали его.

Карлос рассмотрел варианты. Отстрел не только заставит эту мразь расползтись по укрытиям, но и навлечет на него новые вендетты, за которыми скроется исходное дело, и труднее станет найти его заказчиков. Уже пошли слухи, что он выискивает свершителей непростительного, тех, кто убил его родственников, и что он финансирует охоту. А значит, это отлично знали те, кто должен знать. Ему только хотелось посмотреть в глаза человеку, который это сделал, и тому, кто отдал приказ. Предложенная премия вытащит на свет оскорбителей чести брата. И тогда он найдет их, поймает и предаст медленной смерти.

Он сидел со своим планом, терзаясь от неудовлетворенной жажды мести, дрожа от холода и ненависти, но согревал себя картинами невообразимых пыток, которым подвергнет тех, кого наконец поймает. Он их из-под земли достанет и покажет им, что есть вещи похуже смерти.

Зазвонил мобильник, и Карлос скривил губы в холодной полуулыбке. Цифровой дисплей показал код, который он дал охотникам для получения премии.

– Говорите, – тихо бросил он в темноту.

– Мы нашли твоего человека – договорились с ним о встрече.

– Награда не задержится.

– Мы приведем его в назначенное место в северных горах – привези деньги.

Карлос снова улыбнулся. Бог услышал его многочисленные молитвы. Что-то привело его сюда, куда он часто приходил размышлять и ждать.

– Вы знаете место. Пусть он будет жив, когда я приеду, иначе награда уменьшается наполовину. Хочу заглянуть в глаза покойничку.

Углубляясь в дикие области гор, Карлос свернул с однополосного серпантина, и колеса машины запрыгали по оранжевой сухой глине, нагружая рессоры. Следуя за парой задних огней, мигнувших среди высоких сосен и секвой, он ощутил еще одно изменение почвы – колеса ушли во влажную землю.

Да, отличное место для завершения охоты. Лес он любил даже больше, чем море, потому что лес давал ощущение замкнутости, тайны... здесь охотились волки, здесь в неприкрытом виде выступали силы природы.

Все нервные окончания горели, от предвкушения сохли губы. Он вдыхал в себя лес, впуская в ноздри аромат сосен, влажной земли, срезанной травы – и с ними едва уловимый запах серы.

Карлос прищурился на полукруг черных седанов. Стиснул дрожащие от ярости руки на руле. Сера. Если они уже закончили его охоту, за это будет своя цена. Он глянул на автомат, подумал, не убрать ли их всех ливнем пуль, и задышал быстрее. Если они только...

Все чувства болезненно обострились, он осматривал расположение машин, обдумывал ритуал. Пять черных "мерседесов" остановились, погасили фары. Шестым был длинный лимузин, тоже "мерседес". Карлос глянул на двустволку, жалея, что не захватил с собой инфракрасный прицел. Если это ловушка, то "магнум" и автомат проложат ему дорогу обратно к машине. Он приехал последним и потому может выехать первым, а двустволка уберет первого преследователя, разнеся двигатель и воспламенив бензопровод, – может, хватит, чтобы перевернуть первую машину, загородив путь остальным. И он стал ждать, желая посмотреть, что за товар они привезли. Потом отключил фары.

Медленно, одна за другой, открылись двери седанов, и Карлос смотрел через тонированные стекла при свете молодого месяца. Вместе с пассажирами из машин появился странный туман. С водительских сидений поднимались телохранители, и каждый подходил к задней дверце своей машины, открывая ее для босса. Красиво. Приехали самые главные. Карлос смотрел, узнавая знакомые лица. Но сам ждал в автомобиле.

Здесь был представитель итальянцев, глава азиатской мафии, которого Карлос еще не видел – на совещаниях бывали только его подчиненные. Но если приехал сам дон, то, наверное, Карлосу не повезло. Он засунул "магнум" за пояс и переложил автомат. Вылез высокопоставленный доминиканец, потом русский, потом ямаец. Этих людей он знал. Рядом с каждым стоял массивный телохранитель. Карлос продолжал ждать, глядя на фары лимузина, направленные на него. Фары погасли. Все нормально.

Странно, но даже в темноте было видно. Луна струила голубые лучи на поляну, слышны были охотничьи крики сов, печально отдающиеся среди деревьев. На лимузине были флажки, как на дипломатической машине. Что за фигня – крупный чин из правительства? Карлос не выключал мотор. Сотня кусков вдруг показалась ему не такой уж крупной суммой, а все было похоже на то, что здесь подстроена ловушка. Он не мог опознать все страны по флажкам на машине. Карлос прищурился. Юго-западные штаты и европейские страны? А что это за пятиконечная звезда в центре одной из эмблем? Собравшаяся команда улыбалась в темноте. Наверное, зрение его подводит, и зубы этих людей кажутся в свете луны больше и белее нормальных.

Он готов был дать задний ход, когда открылась дверца лимузина и выбросили двоих. Они застонали, стукнувшись оземь, и Карлос понял, что они еще живы. Отлично. Руки у них были связаны за спиной нейлоновым шнуром. Карлос медленно выдохнул, овладевая собой. Он продолжал изучать ситуацию, когда следом за выброшенными без чужой помощи вышел высокий светлокожий брат, глядя прямо в ветровое стекло машины Карлоса. Потом он улыбнулся и кивнул.

– Я только начал вашу охоту, Ривера, – произнес незнакомец. – Мы все в нее вложились, как и вы. Доставайте оружие, если хотите, но и деньги тоже.

Карлос открыл дверцу и осторожно вышел, держа два ствола, потом потянулся за серебристым металлическим кейсом на заднем сиденье. Но дверцу водителя оставил открытой и мотор не глушил.

– Выкладывайте! – бросил Карлос, переводя ствол автомата с людей на земле на незнакомца.

Стоящие в круге подняли руки, шагнули вперед, показывая, что у них нет оружия, потом образовали полукруг около таинственного незнакомца, который ухватил двух извивающихся на земле людей и поставил на колени.

– Позвольте представиться, Карлос. Я – Фаллон Нюит. Мне принадлежит "Кровавая музыка" – а вот эти люди, – он кивнул в сторону окруживших его темных костюмов, – мои помощники, мои братья. И ваши тоже.

Карлос кивнул и опустил оружие, оглядывая знакомые лица.

– Трудности вашей организации плохо влияют на бизнес всех нас.

– Да-да, – согласился пожилой русский. – Заставляют людей настораживаться ночью. Работать становится трудно, и прибыль падает.

– Вынуждают людей задавать ненужные вопросы, – добавил старый азиат.

– Этого мы допустить не можем, – произнес пожилой дон со зловещей полуулыбкой. – Особенно в нашем музыкальном и клубном бизнесе. Нам нужны тела ночью.

– Как и всем нам, – согласился седой доминиканец и глянул на ямайца, который тоже кивнул. – Нам нужно, чтобы они шли к нам, как стадо.

– Ага.

– Итак, – заключил Нюит, обходя стоящих на коленях и пододвигаясь ближе к Карлосу, – все мы здесь, чтобы заключить союз. Ваше дело – наше дело. Весьма простой вопрос практичности и бизнеса. Мы слышали ваш призыв к оружию и откликнулись – как должна откликаться семья на внешнюю угрозу.

Карлос кивнул. Он оценил человека, говорившего спокойным контролируемым голосом. Излучал он чистейшую уверенность, надменность. Карлосу этот стиль нравился. Он, правда, не мог определить расу этого человека, и глаза у него были такие черные, каких Карлос никогда не видел. Может быть, латино, может быть, черный или смесь, не важно. Кожа гладкая, как у женщины.

37
{"b":"5468","o":1}