ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Тебе нравится? Но он почти такой же старый, как и тот, в Челси.

– Там просто дышать нечем от скуки и затхлости, а здесь очень красиво и уютно, – возразила девушка. – Пожалуй, я снова начну распаковываться, – добавила она, разглаживая последние складки на покрывале. – Мы пойдем куда-нибудь пообедать?

– Конечно. Сколько времени уйдет у тебя на сборы?

– Как насчет часа?

– Сорок минут. Я тоже умираю с голоду.

Патриция решила надеть черное платье. Рассмотрев себя во весь рост и всех возможных ракурсах в огромном трельяже, она осталась довольна. Черный шелк подчеркивал блеск ее тяжелых прямых волос.

Она уложилась в отведенное время, но нарочно заставила Майлза ждать, перекладывая помаду и пудру в маленькую вечернюю сумочку, купленную накануне к платью, и сбрызгивая дорогими французскими духами шею и запястья. Наконец, прихватив легкую кружевную накидку, девушка вышла к Кейну.

Будь все это сценой из фильма, а она – его режиссером, ей не удалось бы достичь большего эффекта. При виде Патриции, на секунду задержавшейся на верхней ступеньке, Майлз так и застыл на месте. Платье доходило ей до щиколоток, но длинные разрезы по бокам позволяли любоваться стройными ногами, а глубокое декольте не оставило бы равнодушным ни одного мужчину.

А Майлз? Испытывает ли он сейчас что-то подобное? Патриция с интересом наблюдала за ним. Но ее спутник, похоже, полностью контролировал свои чувства.

– Позволь, я помогу тебе с накидкой, – только и сказал он.

– Вы всегда экономите на комплиментах женщинам? – Ахнула уязвленная девушка.

Усмехнувшись, Майлз провел тыльной стороной ладони по упругому золотистому каскаду ее волос со словами:

– Тебе идет такая прическа.

– И это все? – с негодованием воскликнула девушка.

– Словно спелый ячмень на солнце.

– Вы говорите, как... художник.

– Да, видимо, так сказал бы в этой ситуации Жан-Луи.

– Возможно. – Она заглянула в его глаза, чувствуя какой-то подтекст, но не в силах разгадать его. Но лицо Майлза оставалось непроницаемым.

Надув губки, Патриция капризно протянула: – Ну, идемте же. Я есть хочу.

Майлз повез ее в ресторан, располагавшийся в старинном белом здании всего в нескольких минутах езды от дома. Хозяин приветствовал их как старых знакомых.

– Желаете занять ваш любимый столик, мистер Кейн? – уточнил он и добавил: – Очень рад видеть вас снова, мисс Шандо.

Он проводил их к нише у окна.

– Здесь тебе должно быть тепло, – про мурлыкал Майлз. – А то, не дай Бог, ты затрясешься от озноба в этом платье – и все мужчины попадают со стульев.

– А, так вы заметили! – улыбнулась Патриция.

Подошедший официант вручил им меню, осведомляясь, какие принести напитки.

– Джин с тоником и рюмку хереса, пожалуйста, – заказал Майлз, но Патриция воскликнула:

– Одну секунду! Кто будет пить херес?

– Это твой обычный заказ, – ответил тот, удивленно подняв брови. – Прости, ты хотела бы что-то другое?

– Вне всякого сомнения. Водку и лайм, пожалуйста.

Майлз кивком отпустил официанта.

– Получается, что твои вкусы тоже претерпели изменения?

– Вам виднее. Но я абсолютно уверена, что не выношу хереса. – Она брезгливо поморщилась. И даже не знаю никого, кто бы употреблял этот напиток.

– Твоя бабушка очень любит его.

– Вот как? Что-то наша предстоящая встреча вызывает у меня все меньше энтузиазма. Интересно, как она выглядит?

– У тебя будет возможность рассмотреть ее завтра. – Придется. – Она подозрительно покосилась на своего спутника. – По-моему, вы ее побаиваетесь.

– Конечно, – согласился Майлз с таким спокойствием, что несостоятельность этого предположения стала очевидной.

Принесли напитки.

– Знаете, есть еще одна вещь... – осторожно начала Патриция.

– Да? – Лицо его оставалось спокойным, но руки крепче сжали стакан, а плечи едва заметно напряглись.

– Вы сообщили бабушке о том, что я нашлась, но ни словом не обмолвились, знает ли об этом моя мать, – наконец сказала она.

– Нет. – Небрежная раскованность моментально вернулась к нему. – Ты почти не общалась в матерью. По крайней мере, с тех пор, как ты стала жить с бабушкой. Старушка придерживается старых добрых викторианских взглядов на жизнь и так и не простила дочери развода и повторного замужества.

– Вы хотите сказать, что она намеренно препятствовала нашему общению?

– Не знаю, – ответил Майлз после некоторых колебаний. – Ты никогда не просила об этом.

– Так она по-прежнему в Аргентине?

– Да. Узнав о твоем исчезновении, я даже в какой-то момент подумал, что ты отправилась туда.

– Стало быть, она знает о случившемся. Вы написали ей письмо или позвонили?

– Я встречался с ней. В Буэнос-Айресе, – после паузы ответил Майлз.

– Вы летали искать меня в Аргентину? – У Патриции округлились глаза.

– Да. Но у меня не было полной уверенности в том, что она говорит правду. Было подозрение, что она, э-э... прячет тебя.

– От кого? – Она встретилась с ним взглядом. – Вы себя имеете в виду?

– Ни в коем случае, – отрезал он.

– Тогда от бабушки? – не сдавалась она, слегка задетая его тоном.

– Это ближе к истине, – подтвердил Майлз.

– Если я так нуждалась в защите, то почему же не обратилась к вам? – спросила девушка, не сводя глаз с его лица.

– Я не знаю точной причины твоего бегства. – Он сосредоточенно рассматривал дно бокала. – Возможно, если бы автобус уцелел, а ты не расшибла бы голову, то через несколько дней вернулась бы домой.

– Вы действительно так думаете?

– Как ни привлекательна эта версия, предаваться самообману я не могу и не хочу. – Он с достоинством выдержал ее взгляд.

– В чем же дело?

Его губы дрогнули.

– Возможно, наша помолвка каким-то образом расстроила тебя.

– Это как-то проявлялось внешне?

– В последние недели перед исчезновением ты выглядела очень напряженной, скованной, как будто что-то тяготило тебя.

– И вы... знаете причину?

– Нет. – Майлз печально покачал головой. – Я пытался выяснить, в чем дело, но ты отмалчивалась.

– Странные отношения для влюбленной пары, – живо заметила Патриция.

– Мы еще... только нащупывали подход друг к другу. Ты была как испуганная птица – сплошной комок нервов. И не надо забывать о твоем юном возрасте.

– Одним словом, я могла передумать выходить за вас замуж?

– Все может быть.

– Но вы бы не стали меня удерживать?

– Ну, зачем так ставить вопрос...

– И все же?

– У меня бы не оставалось выбора. Но я бы дрался за тебя до последнего, – твердо произнес он.

Глаза девушки стали огромными, но она лишь саркастически хмыкнула:

– А ради чего?! Только потому, что не привыкли проигрывать? Упускать добычу, которую мысленно уже считали своей?

– Потерять тебя было бы для меня совершенно невыносимо. Я хочу... вернее, хотел твоей руки больше всего на свете. – Как бы в подтверждение искренности сказанного, он потянулся к ладони Патриции, покоившейся на столе, но девушка проворно спрятала руку.

– Эй! – протестующе воскликнула она. – Я не позволяю подобных вольностей малознакомым мужчинам.

– Прости, – выдавил он. – Что-то я забылся.

Появление официанта с заказанными блюдами сгладило возникшую неловкость. Некоторое время они просто молча наслаждались едой.

– Думаю, мне не помешало бы иметь адрес матери, – нарушила молчание Патриция.

– Конечно. Ты собираешься написать ей?

– Может быть. Интересно, что она за женщина. Мы похожи?

– Волосы у вас были совершенно одинаковые, – улыбнулся Майлз. – Не знаю только, какой оттенок она выбрала сейчас.

– Наверное, этот аргентинец здорово вскружил ей голову.

– Так, что она решила покраситься?! – фыркнул тот.

– Так, что она забыла ради него о собственном ребенке, не говоря уже о наследстве.

– Пожалуй. Но я не берусь судить, насколько она была влюблена.

– О, в моем представлении связь женщины с мужчиной обязательно подразумевает горячие чувства. – Патриция пригубила коктейль, глядя на собеседника поверх бокала. – Всепоглощающую страсть. Ни на что меньшее я бы не согласилась, ведь это невероятно скучно, разве не так?

12
{"b":"5475","o":1}