ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Кейпл пьянел на глазах. Грейс не на шутку испугалась, что его мыслительные процессы вот-вот угаснут. Надо было поддержать его жизненные силы. Девушка подошла к нему, села рядом, прижалась, погладила его волосы.

— Гарри, милый, расскажите про убийство, а?

— Я видел… — Он ткнул незажженной сигаретой в пепельницу. Координацию он утратил, но речь звучала достаточно четко и связно. — В тот день… я как раз выходил из лифта, там коридорчик такой перпеди… Как его, Линда? — жалобно воззвал он о помощи.

Перпендикулярный? — предположила Грейс.

— Наверное. И там зеркало… В общем, он меня видеть не мог, а я видел. И очень хорошо его рассмотрел.

— Как же он выглядел? Так интересно узнать, как выглядят убийцы не в кино, а на самом деле! Опишите его, пожалуйста!

— Да ничего интересного… Типичный такой французишка. — Кейпл снова потянулся к бутылке, Грейс отстранила его. — Кучерявый, темноволосый, лет тридцати или около… Невысокого роста… Куртка просторная, джинсы «Джордаш». Это точно. Я сам торгую джинсами, я разбираюсь… Вот только глаза у него, пожалуй…

— А что с ними такое?

— Ну, его лицо я какую-то секунду видел в зеркале, да и то в три четверти… Но мне показалось…

— Что?

— Правый глаз у него нормальный, а вот левый… Знаете, как у китайца. Раскосый. Вы когда-нибудь видели человека с одним раскосым глазом? Удлиненным к виску. Одним!

— Может быть, вам действительно показалось. Там ведь было не очень светло? Да еще в зеркале…

— Может быть… Но это не самое главное…

— А что самое главное?

— Я знаю, как его зовут…

Грейс разочарованно вздохнула. Кейпл явно начинал фантазировать в попытке произвести на нее впечатление. Тем не менее она все же спросила:

— И как его зовут?

— Льюис…

Будто волна электрического тока пробежала по телу девушки. Кейпл истолковал это по-своему и навалился на нее.

— Подождите… — Грейс вывернулась. — Доскажите! Это так волнующе… Как вы узнали его имя? Американец самодовольно оскалил зубы:

— А он представился.

— Вам? — Грейс заставила себя засмеяться. — Так и сказал: простите, сэр, меня зовут Льюис, мне тут надо прикончить одного джентльмена, не подскажете, где он живет?

Кейпл надулся:

— Все-таки мозгов у женщин не больше, чем у французов… О, это две вечные проблемы цивилизации: французы и женщины… — Он не позволил себе утвердиться на философской стезе и снова снизошел до Грейс. — Не мне он представился, конечно… Я стоял в коридорчике у лифта…

— Да, да…

— А он постучал в дверь трехсотого номера… Оттуда что-то ответили… Ну, это я не расслышал, но нетрудно додуматься… Спросили, кто пришел… А он сказал: Льюис. Причем как-то ненатурально, глуховато, будто хотел изменить голос.

— А потом? Что было потом?

— Потом он вошел.

— А вы?

— Я? Дальше двинулся, своей дорогой… Я же не знал, что он убийца… Да если бы и знал. Связываться с этими вещами, ну уж нет…

— Значит, вы не рассказали о нем полиции?

— Чтобы стать номером два? Не так я глуп, Линда… Собственно, это все… Наверное, это не так романтично, но… Я вас разочаровал?

— Напротив. — Грейс сказала чистую правду.

— А теперь немного любви? Вы тоже обещали.

— Я?! — изумилась девушка. — Не помню… Впрочем, если хотите… Но я устала…

Это была кодовая фраза для Норда, корпевшего над звукозаписывающей аппаратурой в соседнем номере. Норд снял наушники, молнией проскочил коридор и возник во всей красе на пороге четыреста шестого номера, как юный бог мщения.

— Кто это? — строго спросил он девушку, наводя указующий перст на мистера Кейпла.

Тот при виде внушительных габаритов соперника сначала побелел, потом покраснел, а потом и вовсе позеленел. Через секунду он пулей вылетел из номера. Норд сел в кресло.

— Итак, он назвался Льюисом, — сказал Норд. — Теперь мы точно знаем, куда настоящий Льюис ехал в ночь своей гибели… Как и предполагал Магистр Тернер. И они знали это.

— Да, но что это нам дает? — серебристой трелью прозвенел голос девушки в верхнем регистре.

— Возможно, ничего. А может быть, много. Нужно немедленно подключить Хойланда.

— И Джейн?

— Не хотелось бы. Здесь горячо, это слишком опасно!

— Она — Хранитель. Как мы.

— Да. Но Хойланд — наш еретик. Он нарушил пункт Установления, запрещающий браки внутри Ордена. Пусть Совет и посмотрел на это сквозь пальцы, но… Словом, мне не хотелось бы стоять перед Хойландом, если с Джейн что-нибудь случится.

— Гм… Не знаю… Но информацию она хотя бы должна иметь?

— Пусть Хойланд сам с ней разбирается.

— А где он?

Вместо ответа Норд подсел к телефону, набрал домашний номер Хойланда. После безответной серии гудков он позвонил в квартиру на бульваре Клиши. И там никто не ответил — ни Джейн, ни Хойланд. Мобильными номерами Норд воспользоваться не решился. В последнее время они прибегали к этому средству связи лишь в самых крайних случаях, как к слишком уязвимому для прослушивания и пеленгации.

Грейс подошла к Норду сзади, опустила на его плечи нежные и сильные пальцы и принялась умело массировать.

— Вы утомлены и встревожены, Дуг, — мягко сказала она. — Мы все нуждаемся в отдыхе. Успокойтесь, выпейте рюмочку и отправляйтесь к Джейн. А я поеду к Хойланду.

Норд снова позвонил, и опять впустую. Не прошло и десяти минут, как он усаживался за руль «рено», стоявшего поодаль от подъезда гостиницы. Заурчал мотор, машина Норда нырнула в море золотых огней парижской ночи.

На уважительном расстоянии за ней неотвязно следовал темно-синий «сааб» Рэнди Стила.

2

Хойланд не ответил и не мог ответить на телефонный звонок Норда из отеля «Альби», потому что в тот момент находился за пятьсот миль от Парижа.

Он начал день с трех порций «Джонни Уокера», поглощенных в одиночестве на кухне его парижской квартиры. Джейн по-прежнему оставалась в квартире на бульваре Клиши, Хойланд пока не позволял ей вернуться. Сам же он пребывал в оцепенении с тех пор, как было получено известие о бегстве пленника. Время уходило, стремительно проваливалось в воронку пустых дней, а Хойланд ничего не мог предпринять. Но злость и жажда действий накапливались в нем, понемногу расставляя все по местам…

Завинтив бутылку, Хойланд прошел в кабинет, включил компьютер, нажал спрятанный позади системного блока переключатель и набрал телефонный номер.

— Лэнгли, код «Июль», — сказал он в трубку. — Здесь Хойланд, мне нужен Дэвид Тернер.

— Код «Июль» подтверждаю, — проскрежетал механический голос в ответ, — соединяю, оставайтесь на линии.

Три минуты спустя в трубке зазвучал обесцвеченный кодирующим устройством голос Тернера.

— Хойланд?

— Да. Я не отниму у вас много времени. Я лишь хотел узнать, что удалось выяснить о сбежавшем трофее по анализу словесных портретов.

— Не так-то много. Он жил под именем Грега Брюса, но это ничего не дает. Сейчас он — другой человек.

— Понимаю… И все же передайте мне досье Брюса.

— Ваш компьютер готов к приему?

— Да.

— Передаю.

Пальцы Хойланда прикоснулись к клавишам. На экране засветилась превосходная цветная фотография Брюса. Хойланд распечатал ее в трех экземплярах. Потом побежал мелкий текст, в который Хойланд не стал вчитываться, а сразу перегнал на принтер.

— Добавлю кое-что, чего там нет, — снова заговорил Тернер. — Брюс, если уж называть его так, угнал вертолет в Бельгию и посадил возле города Менен на реке Лейе. Кроме двоих в вертолете, он убил еще одного человека, бельгийского гражданина Робера Матиаса, и завладел его «датсуном». Это ясно из того, что Матиас застрелен из пистолета, похищенного у пилота вертолета, как показала баллистическая экспертиза. Полиция нашла машину в Брюсселе, на улице Демер, во дворе дома номер сорок два.

— Это все?

— Все.

— А кто из Хранителей работает в Брюсселе?

— Никто. Зачем?

— Я хочу поехать туда.

32
{"b":"5557","o":1}