Содержание  
A
A
1
2
3
...
55
56
57
...
60

Вот эта рассеянность нравилась мне в Говарде больше всего. Особенно сейчас!

Я показал на Брамби, который только протирал глаза. Его разбудил мой крик.

– У Брамиби нет достаточного количества взрывчатки, чтобы «потопить» эту проклятую посудину! Я послал Джиба патрулировать, потому что у нас нет никаких идей. Ты двадцать минут скачивал данные. Там есть хоть что-то, что помогло бы взорвать этот чертов корабль?

Говард нахмурился, потом поджал губы.

– На самом деле ничего похожего.

– Будь ты проклят, Говард. Я похитил космический корабль. Я нарушил присягу. Из-за моей глупости взорвался другой космический корабль. Сорок шесть человек погибло. А все потому, что ты сказал, что знаешь, как подорвать этот корабль. И после этого ты занимаешься изучением ё…ых инопланетян! Ты можешь сказать мне, почему мы сидим на этой ё…ой горе дерьма?

Я откинулся на металлическую стену, вытянул руки, опустил голову, опустошенный, словно моя злость, выплеснувшись, разом лишила меня сил.

– Дерьма, сэр? Вы хотите сказать, нитрата аммония? – прочистив горло, поинтересовался Брамби.

Я вздохнул и показал на Говарда.

– Так он мне сказал.

– Ну, конечно! – воскликнул Говард, изо всех сил, хлопнув себя по лбу.

Глава сорок шестая.

Говард подпрыгнул и пустился в пляс, крутя руками над головой.

– Ох, крошка! – у Брамби снова задергалось веко от тика.

Они оба словно сошли с ума.

– Что такое? – недоумевая повернулся я к ним.

– Эн Аш четыре, Эн О три! – завопил Говардл.

– Брамби? Ты можешь объяснить мне по-английски.

– Бомбы делают из нитрата аммония.

– Настоящие бомбы?

Говард перестал танцевать.

– В 1947 году загорелось судно, нагруженное нитратными удобрениями. Взрыв и ударная волна уничтожили порт в Техас Сити. В Галвестоне вылетели все стекла. Разрушение на пятнадцать километров. Потом поднялось облако пыли в километр высотой. Якорь корабля, наверное, весит тонны полторы. Так вот, его нашли в пяти километрах от места взрыва. Он ушел под землю на полтора метра.

– Мы смешаем говно с дизельным топливом, – заявил Брамюби.

– Не уверен, что на этом корабле нам удастся найти дизельное топливо.

– Не обязательно смешивать… Но простой ударный механизм тут не сработает. Тут не получится просто ударить молотом или выстрелить. Нужно создать температуру более 393 градусов по Фаренгейту, и оно как рванет, – тут Брамби воздел руки к потолку в симфонии разрушения.

– Насколько большую бомбу ты сможешь сделать из подручных материалов?

– А сколько у нас нитрата аммония, сэр? Чтобы взорвать Техас Сити понадобилось двадцать три тонны.

У меня на затылке волосы встали дыбом. И не только там – по всему телу.

– И что же нам делать?

Брамби потянулся за палочкой термита.

– Огонь термита дает две сотни тысяч градусов. Оставьте палочки термита на кучах нитрата аммония, на равных интервалах друг от друга. Потом вы должны будите запалить шнур и бежать со всех ног.

Тут я потер подбородок.

– И сколько у нас будет времени. Чтобы убежать?

Брамби поднял связку бикфордова шнура и стал мерить ее пальцами, на вроде портного. Потом он пересчитал куски термита.

– С учетом плавких предохранителей, которые можно запалить чуть раньше, чтобы успеть пробежать и запалить остальное… В лучшем случае минут десять.

Я нахмурился.

– Мне понадобился почти час, чтобы вылезти из той ямы.

Брамби указал на Джиба.

– Пусть это сделает робот. Он ведь может улететь.

С начала столетия миллионы двоюродных родственников Джиба подметали полы, подрезали кусты, красили стены. В отличие от них Джиб мог летать подобно орлу, взламывать коды, синхронно переводить с любого земного диалекта, он мог выследить любого солдата пехотной дивизии. Его конечности и программное обеспечение были приспособлены к быстрому передвижению, самонастройке, анализу окружающей среды и переработке данных.

Я покачал головой.

– Джеб даже спички зажечь не сможет, Брамби. А тем более он не сможет выкопать ямы и заложить бомбы.

– А разве не можем мы просто так сбросить их вниз? – спросил Говард. – Швырнуть, словно динамитные шашки?

Брамби покачал головой.

– Вы же знаете: можно бросить на бумагу горящую спичку, но та не загорится. Не достаточно тепла. К тому же не похоже, что у нас будет возможность экспериментировать, – и он махнул рукой в сторону термитных палочек.

Я почувствовал холодок в нижней части живота. Мы уже знали, что делать, но не знали как.

– Значит, нам придется пойти туда и самим установить бомбы. И мы не успеем убежать.

Мы переглянулись.

– Я один сделаю это, сэр, – неожиданно вызвался Брамби. – Я же один умею обращаться и с термитными палочками и с бикфордовым шнуром.

Я покачал головой.

– Пойми, Брамби, это прерогатива офицера. Я точно так же смогу поджечь спичку.

– Послушайте, это была моя идея, мне ее и выполнять, – встрял Говард.

– Тогда нам придется остаться втроем, – понуро пробормотал Брамби.

– Нет, – словно погрузившись в собственные мысли, Говард начал ходить по коридору из стороны в сторону. – Кто-то из нас должен вернуться, чтобы поделиться с людьми той информацией, что мы тут раздобыли. Если бомба сработает, мы выиграем битву. Если при этом мы принесем необходимые сведения на Землю, человечество может выиграть войну.

– Давайте пошлем назад робота, – предложил Брамби, собирая термитные палочки назад в свою сумку. Скоро за ними последовала и смотка бикфордова шнура.

Я хотел было забрать сумку, но Брамби вырвал ее у меня.

– Мими не улетит, если к ней вернется только Джиб. С другой стороны у меня нет ощущения, что кто-то из вас хочет покончить с жизнью.

Я не мог воспользоваться своим рангом и приказать, потому что в этом случае получилось бы, что я воспользовался званием в личных целях. Философские дебаты относительно природы героизма и жертвенности тоже казались излишни.

Под моим боевым скафандром в нагрудном кармане завибрировал голо-куб связи с Джибом. Остановившись, я посмотрел на маленького робота. Джиб повернулся к запечатанному проходу. Он словно Пого[95] поднимался и опускался на своих шести лапках и громко свистел.

Стена коридора, на которую он показывал, стала мерцать. Кольцо на переборке было большим, как грузовик. Вначале оно стало красным, потом оранжевым, а потом ярко-белым.

Глава сорок седьмая.

Я перевел взгляд со стены на Говарда, а потом на Брамби.

– Похоже, что у слизней есть свой вариант термита, – потом я показал на коридор по ту сторону от дыры, которую пытались пробить слизни. Там осталась наша «пробка», туда могла приземлиться «Звезда» Мими. – Говард, ты иди. И Джиб с тобой. Сейчас же. До того как слизни прорвутся.

Теперь кольцо в стене стало белым. Тающий металл пах озоном. Стекая на палубу, он пузырился.

– Брамби, мы с тобой позаботимся о термите.

– Джейсон, – позвал Говард.

Я показал на Джиба.

– Позаботься о нем.

– Ты все сделаешь как надо.

Джиб парил, трепеща крыльями.

Расплавленный металл уже ручьями стекал со стены.

Говард развернулся и трусцой побежал вглубь коридора, одним прыжком миновав то место, где слизни пытались вырезать люк.

Повернувшись, я увидел, что Брамби уже шагнул через люк, ведущий в камеру инкубатора. Я побежал за ним следом, в то время как с грохотом и шипением упал на палубу наполовину расплавный кусок стены коридора.

Через секунду заряды из кривых ружей слизней застучали в переборку, по обе стороны люка, через который я только что проскочил.

Оказавшись в огромном помещении инкубатора я последовал за Брамби вниз по спиральному пандусу. Лучи от фонарей, укрепленных на верхушке наших шлемов, чертили удивительные зигзаги на темной, полукруглой стене далеко впереди.

вернуться

95

Персонаж комикса, созданный в 1940 У. Келли – «разумное, терпеливое, сердечное, наивное, дружелюбное существо, каким мы все сами себе кажемся». Пого и его друзья – аллигатор Элберт, курящий сигары, кокетливая черепаха Шерши Лафамм и другие – жили в болоте Окифеноки и изо дня в день обсуждали насущные проблемы. Некоторые из персонажей весьма напоминали известные в стране личности. В 1952 в ходе президентской избирательной кампании Пого «выступил» по телевидению против Д. Эйзенхауэра и Э. Стивенсона с лозунгом «А я за Пого». Знаменитой фразой стало «высказывание» Пого во время войны во Вьетнаме: «Мы встретили врага, и он в нас самих».

56
{"b":"5565","o":1}