ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Баочай замахала руками:

— Я ничего не знаю, впервые слышу, зачем ты морочишь матушку!

— Баочай девочка хорошая, она не станет врать, — произнесла госпожа Ван.

А Баоюй не выдержал, всплеснул руками и, повернувшись к Баочай, вскричал:

— Я говорю сущую правду, а вы думаете, будто я вру!

В этот момент Баоюй заметил Дайюй, она сидела за спиной Баочай и, сдерживая смех, показывала пальцем на свое лицо — стыдила Баоюя. Тот растерялся, но на выручку подоспела Фэнцзе, которая из внутренней комнаты, где накрывали стол, слышала весь разговор.

— Про лекарство это правда, — промолвила она. — Братец Баоюй не придумал. Недавно брат Сюэ Пань просил у меня жемчуг. Сказал, что для лекарства, и произнес в сердцах: «Лучше бы я с этим не связывался! А то теперь хлопот не оберешься!» Я поинтересовалась, что за лекарство. Оказалось, рецепт ему дал Баоюй. Там много лекарственных растений, но все я не запомнила. «Вы уж простите меня за беспокойство, — продолжал Сюэ Пань, — но жемчужины, которые я только что купил, не годятся. Они еще не ношенные. Вот и пришлось мне обратиться к вам. Если у вас нет головных украшений, дайте хоть несколько из тех, что вы носите, а я подберу вам другие взамен». Пришлось снять два жемчужных цветка и отдать ему. Еще он попросил кусок темно-красного шелка длиною в три чи и ступку, чтобы истолочь жемчужины.

Баоюй мысленно благодарил Будду за каждое произнесенное Фэнцзе слово, а потом обратился к матери:

— Ну, что вы теперь скажете? А ведь Сюэ Пань готовил лекарство не строго по рецепту, иначе пришлось бы ему добывать жемчуг и драгоценные камни из древних могил, и не любые, а только те, которые в качестве головных украшений носили богатые и знатные люди. Но кто станет сейчас раскапывать могилы? Поэтому ничего не остается, как брать жемчуг, который носят живые люди.

— Амитаба! Что ты болтаешь! — вскричала госпожа Ван. — Ведь если растревожить кости мертвецов, пролежавшие в земле несколько сот лет, лекарство не будет обладать чудесными свойствами.

— Слышишь? — Баоюй обратился к Дайюй. — Неужели и моя вторая сестра Фэнцзе лжет?

Он говорил, а сам не спускал глаз с Баочай.

Дайюй коснулась руки госпожи Ван:

— Тетя, вы только подумайте: сестра Баочай не хочет его выгораживать, так он у меня ищет поддержки!

— Я давно замечаю, что ему очень нравится тебя обижать, — проговорила госпожа Ван.

— Ах, матушка, — с улыбкой возразил Баоюй. — Ведь сестра Баочай ничего не знала о делах старшего брата, даже когда они жили дома. А теперь и подавно! А сестрица Дайюй, за спиной у сестры Баочай, украдкой стыдила меня, будто я вру.

В это время вошла девочка-служанка и позвала Баоюя и Дайюй обедать. Дайюй, не сказав ни слова, поднялась и пошла вслед за служанкой.

— Может быть, подождем второго господина Баоюя? — робко произнесла служанка.

— Он есть не будет, я пойду одна, — ответила Дайюй.

Когда она вышла, Баоюй сказал служанке:

— Я буду есть с матушкой.

— Ладно, хватит тебе! Пошел бы лучше, — сказала госпожа Ван, — ведь я буду есть только постное.

— И я, — не унимался Баоюй.

Он вытолкал служанку за дверь, а сам уселся за стол.

— Вы тоже идите к себе, — сказала госпожа Ван девушкам, — а он как хочет!

— Пошел бы вместе с Дайюй, ей сегодня что-то не по себе, — промолвила Баочай. — А не голоден, можешь не есть.

— Нечего обращать внимание на всякие пустяки! — заупрямился Баоюй. — Через минуту пройдет!

Быстро поев, Баоюй попросил чаю и поспешил к матушке Цзя, чтобы она не тревожилась. К тому же его не оставляла мысль о Дайюй.

— Что это ты весь день куда-то торопишься, второй брат? — смеясь, спросили Таньчунь и Сичунь. — И ешь, и чай пьешь, все наспех!

— Не задерживайте его, пусть идет скорее к своей сестрице, — сказала Баочай.

Наскоро выпив чая, Баоюй побежал на западный дворик и по дороге увидел Фэнцзе. Она стояла на пороге своего дома и наблюдала, как с десяток мальчиков-слуг перетаскивают вазы для цветов.

— Ты весьма кстати! — окликнула Фэнцзе Баоюя. — Заходи скорее! Мне тут надо кое-что написать.

Баоюй не мог отказаться и последовал за Фэнцзе. А та, едва они вошли в дом, распорядилась подать кисть, тушечницу и бумагу и сказала:

— Бордового шелка — сорок кусков, атласа узорчатого с драконами — сорок кусков, тонкого дворцового шелка разных цветов — сто кусков, ожерелий золотых — четыре…

— Что это? — прервал ее Баоюй. — Счет или список подарков? В какой форме писать?

— Как угодно, — ответила Фэнцзе. — Лишь бы я поняла.

Баоюй ни о чем больше не спрашивал и старательно записывал все, что диктовала Фэнцзе. Беря у него исписанный лист бумаги, Фэнцзе сказала:

— У меня к тебе просьба, не знаю только, согласишься ли ты ее выполнить. Я хотела бы взять к себе девочку-служанку Сяохун, а тебе подобрать другую. Согласен?

— Служанок у меня много, — отвечал Баоюй, — и если какая-нибудь тебе приглянулась, бери. Зачем спрашивать.

— Ладно, возьму, — с улыбкой сказала Фэнцзе.

— Пожалуйста, — кивнул Баоюй и собрался уходить.

— Погоди, — остановила его Фэнцзе, — у меня еще есть к тебе дело.

— Я к бабушке тороплюсь, если что-нибудь важное, зайду на обратном пути, — сказал Баоюй.

У матушки Цзя, когда он пришел, уже все поели.

— Что ты вкусного ел у матери? — спросила матушка Цзя.

— Ничего особенного, — ответил Баоюй, — съел лишнюю чашку риса, и все. А где Дайюй?

— Во внутренней комнате, — сказала матушка Цзя.

Когда Баоюй туда вошел, он увидел, что одна служанка, сидя прямо на полу, раздувает утюг, еще две расположились на кане и что-то чертят мелом, а Дайюй, склонившись над куском шелка, кроит.

— А! Вот вы где! — вскричал Баоюй с порога. — После еды вредно трудиться, голова заболит.

Дайюй даже не подняла глаз и как ни в чем не бывало продолжала кроить.

— У этого куска измят уголок, неплохо бы еще разок прогладить, — обратилась к ней одна из служанок.

— Нечего обращать внимание на всякие пустяки! — проговорила Дайюй. — Через минуту разгладится.

Баоюй понял намек и расстроился. В этот момент к матушке Цзя пришли Баочай, Таньчунь и остальные сестры. Баочай сразу прошла во внутренние покои.

— Чем занимаешься? — спросила она Дайюй, но, не получив ответа, с улыбкой заметила: — А ты, сестра, стала мастерицей на все руки — даже кроить научилась!

— Да что ты, сестра! — ответила Дайюй. — Просто делаю вид, что тружусь.

— Говоря откровенно, — продолжала между тем Баочай, — когда речь зашла о лекарстве, я в шутку сказала, что понятия ни о чем не имею, а братец Баоюй разозлился.

— Нечего обращать внимание на всякие пустяки! — снова сказала Дайюй. — Через минуту пройдет.

— Сестра, — обратился к Баочай до сих пор молчавший Баоюй, — бабушка хочет поиграть в домино, не составишь ли ей компанию?

— Неужели я только за тем и пришла, — проворчала Баочай, но вышла.

— И ты уходи, — сказала брату Дайюй. — А то тебя тигр здесь съест!

Она отвернулась и принялась снова кроить. Баоюй заставил себя улыбнуться и сказал:

— Тебе надо прогуляться. Успеешь кроить.

Дайюй ничего не сказала, будто не слышала. Тогда Баоюй обратился к служанкам:

— Кто велел ей кроить?

Не дав служанкам ответить, Дайюй крикнула:

— Кто бы ни велел, тебя не касается!

Баоюй хотел что-то сказать, но в это время вошла служанка и доложила:

— Вас там спрашивают, второй господин!

Баоюй вышел.

— Наконец-то! — крикнула ему вслед Дайюй. — Я, пожалуй, умру, если он вернется!

Баоюй между тем, выйдя из дому, увидел Бэймина, который сказал:

— Вас приглашают к господину Фэн Цзыину!

Баоюй сразу вспомнил разговор накануне и, прежде чем пойти к себе в кабинет, приказал слуге:

— Принеси мою парадную одежду!

Бэймин побежал ко вторым воротам и, увидев вышедшую ему навстречу старуху, сказал ей:

— Тетушка, не передадите ли служанкам второго господина Баоюя, что он у себя в кабинете и ждет, пока ему принесут парадную одежду?

97
{"b":"5574","o":1}