ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Лагом. Шведские секреты счастливой жизни
Моё собачье дело
Псион
Апельсинки. Честная история одного взросления
Почему мы так поступаем? 76 стратегий для выявления наших истинных ценностей, убеждений и целей
Потерянные девушки Рима
Скучаю по тебе
Медсестра спешит на помощь. Истории для улучшения здоровья и повышения настроения
Крест княгини Ольги

Финлей задумался. Покачал головой.

— То же самое можно сказать про парикмахерскую, — продолжал я. — Я был здесь утром в воскресенье и утром во вторник. Старики сказали, что в промежутке у них не было ни одного клиента. Ни одного клиента за двое суток.

И вдруг я умолк. Вспомнил, что сказал мне один из негров. Сморщенный старый парикмахер. Внезапно я увидел его слова в новом свете.

— Старик-парикмахер, — произнес я. — Он сказал мне одну очень странную вещь. Я решил, что он сошел с ума. Я спросил, как им удается жить без клиентов. А он ответил, что клиенты им не нужны, потому что они получают деньги от фонда Клинера. И я спросил, какие деньги? Он сказал, тысячу долларов. Сказал, что такую сумму получают все предприниматели. Я решил, что речь идет о субсидии для мелкого бизнеса, тысяча долларов в год, так?

Финлей кивнул. Он не видел тут ничего странного.

— Я просто болтал от нечего делать, — продолжал я. — Как это бывает в парикмахерских. И я сказал, что тысяча долларов в год — неплохо, но волк все равно будет смотреть в лес, так? И знаешь, что мне ответил старик?

Финлей покачал головой. Он ждал, когда я отвечу. Я сосредоточился, вспоминая дословно, что сказал мне старый негр. Я хотел узнать, отмахнется ли Финлей от этого так же легко, как отмахнулся я.

— Он говорил так, будто открывает мне тайну, — сказал я. — Как будто ему может влететь только за то, что он обмолвился об этом хоть словом. Он шептал мне на ухо. Сказал, что не должен ничего говорить, но скажет, потому что я знаком с его сестрой.

— Ты знаком с его сестрой? — удивленно спросил Финлей.

— Нет, — сказал я. — У него в голове все перепуталось. В воскресенье я расспрашивал про Слепого Блейка, помнишь, про того гитариста, и старик ответил, что его сестра дружила с ним, шестьдесят лет назад. А потом у него все смешалось, и он, судя по всему, решил, что я знаком с его сестрой.

— И что же это за огромная тайна? — спросил Финлей.

— Старик сказал, что тысячу долларов они получают не в год, — сказал я. — Он сказал, тысяча долларов в неделю.

— Тысяча долларов в неделю? — переспросил Финлей. — В неделю? Разве такое возможно?

— Не знаю, — сказал я. — Вчера я решил — старик спятил. Но сейчас я прихожу к выводу, что он говорил правду.

— Тысяча в неделю? — повторил Финлей. — Чертовски неплохая субсидия. Пятьдесят две тысячи зеленых в год. Это чертовски неплохие деньги, Ричер.

Я произвел мысленные подсчеты. Указал на итоговую сумму баланса, составленного Греем.

— Все встает на свои места. Для того, чтобы делать подобные щедрые выплаты, нужны огромные деньги.

Финлей задумался. Крепко задумался.

— Мерзавцы купили весь город. Не спеша, тихо. Купили весь город, выплачивая по тысяче в неделю тут и там.

— Точно, — согласился я. — Фонд Клинера стал курицей, несущей золотые яйца. Никто не рискнет ее зарезать. Все жители Маргрейва держат язык за зубами и отворачиваются в сторону, когда нужно отвернуться.

— Согласен, — сказал он. — Клинерам могло безнаказанно сойти с рук даже убийство.

Я посмотрел на него.

— А им и так сошло с рук убийство.

— И что же нам делать дальше? — спросил Финлей.

— Первым делом мы должны выяснить, чем именно занимаются эти подонки, черт побери.

Он посмотрел на меня как на сумасшедшего.

— Но это же нам известно, разве не так? Они печатают на этом складе мешки липовых денег.

Я покачал головой.

— Нет, ты неправ. В Соединенных Штатах фальшивые деньги в крупных объемах больше не печатают. Этому положил конец Джо. Все это происходит за границей.

— Так в чем же дело? — спросил Финлей. — Я думал, речь идет о фальшивых деньгах. Иначе, почему этим делом занялся твой брат?

Встав с диванчика у окна, Роско подошла к нам.

— Речь действительно идет о фальшивых деньгах, — сказала она. — И я знаю, что именно происходит. Все до мельчайших подробностей. — Роско подняла в одной руке папку Грея. — Частично ответ содержится здесь. — Другой рукой она подняла свежую газету. — Остальное здесь.

Мы с Финлеем присоединились к ней. Просмотрели папку, которую она изучала. Это был отчет о слежке. Грей прятался под развилкой автострады и наблюдал за въезжающими и выезжающими со складов грузовиками. Тридцать два дня. Результаты были разбиты на три части. В первых одиннадцати случаях Грей видел по одному «входящему» грузовику в день, приезжающему с юга рано утром. «Исходящие» уезжали со склада весь день, направляясь на север и на запад. Грей определял места назначения по номерным знакам. По-видимому, он пользовался полевым биноклем. «Исходящие» грузовики разъезжались по всей стране. От Калифорнии до Массачусетса. За первые одиннадцать дней Грей зафиксировал одиннадцать «входящих» и шестьдесят семь «исходящих» машин. В среднем, ежедневно одна машина приезжала и шесть уезжали. Небольшие грузовики, всего около тонны груза в неделю.

Первая часть журнала наблюдения Грея отражала первый календарный год. Вторая отражала следующий. Он дежурил девять дней и зафиксировал пятьдесят три «исходящих» грузовика, те же самые шесть машин в день, отправляющиеся в те же самые точки назначения. Но перечень «входящих» грузовиков изменился. Первые полгода в день приезжало по одной машине, как и раньше. Но во второй половине входящий поток удвоился. Ежедневно стало приходить по две машины.

Последние двенадцать дней наблюдения картина снова стала другой. Все эти дни относились к пяти последним месяцам жизни Грея. С прошлой осени до февраля он по-прежнему фиксировал в среднем по шесть отъезжающих машин в день, направляющихся в те же самые места. Но «входящих» грузовиков не было, ни одного. Начиная с прошлой осени товар увозили, но не привозили.

— Ну, и? — спросил у Роско Финлей.

Она довольно улыбнулась. Она уже все поняла.

— Но это же очевидно, не правда ли? Клинер ввозил фальшивые деньги в страну. Они печатаются в Венесуэле, где он построил свой новый химический завод. Деньги привозятся на судах во Флориду, а оттуда перевозятся на склад под Маргрейвом. Затем развозятся в грузовиках на север и запад, в крупные города: Лос-Анджелес, Чикаго, Детройт, Нью-Йорк, Бостон. И там вбрасываются в наличный оборот. Сетью распределения фальшивых денег опутана вся страна. Это же очевидно, Финлей.

— Разве? — спросил он.

— Ну, разумеется, — уверенно заявила Роско. — Вспомни Шермана Столлера. Он ездил во Флориду встречать приходящие с моря суда, разгружающиеся в Джексонвилль-Биче. Он ведь как раз спешил встретить судно, когда его остановили за превышение скорости, так? Вот почему он нервничал. Вот почему к нему так быстро приехал дорогой адвокат.

Финлей кивнул.

— Все сходится, — закончила Роско. — Взгляните на карту Соединенных Штатов. Деньги печатаются в Латинской Америке и привозятся морем. Выгружаются на берег во Флориде. Переправляются на юго-восток, после чего поток разветвляется из Маргрейва. Часть течет на запад в Лос-Анджелес, часть в Чикаго в центр, часть в Нью-Йорк и Бостон на востоке. Отдельные ветви, так? Что-то вроде подсвечника или канделябра. Вы знаете, что такое канделябр?

— Знаю, — сказал Финлей. — Это такой большой подсвечник.

— Точно, — подтвердила Роско. — Вот как это выглядит на карте. Путь от Флориды до Маргрейва — это стебель. Отсюда отдельные ветви отходят к большим городам, от Лос-Анджелеса через Чикаго до Бостона. Это сеть распространения импорта фальшивых денег, Финлей.

Роско подкрепляла свои слова красноречивыми жестами. Нарисовала в воздухе канделябр. Мне ее рассуждения казались разумными и правильными. Поток катится из Флориды на север в грузовиках. Затем в сплетении автострад и шоссе, окружающих Атланту, разделяется и направляется отдельными струйками в крупные города на север и на запад. Канделябр как нельзя лучше изображал эту сеть. Левая ветвь отклонялась практически горизонтально, уходя в Лос-Анджелес. Как будто кто-то уронил какой-то предмет, а другой человек на него случайно наступил. Но это предположение было разумно. Практически несомненно, Маргрейв был точкой ветвления. Центром распределения был тот злополучный склад. Географическое положение не вызывало никаких сомнений. Гениальный план — использовать в качестве центра распределения сонный захолустный городок, которого нет ни на одной карте. У этих людей было огромное количество наличности. В этом можно было не сомневаться. Фальшивой наличности, но ее тоже можно тратить. И ее было очень много. Около тонны фальшивых денег в неделю. Махинация осуществлялась в промышленных масштабах, в гигантских. Этим объяснялись громадные траты фонда Клинера. Как только деньги кончались, можно было просто напечатать новые. Но Финлей так и не был убежден до конца.

63
{"b":"5620","o":1}