1
2
3
...
10
11
12
...
16

– Я в постели, – сказал я. – Ударился головой об телефон.

– Вот и отлично. Ты прямо сейчас набери себе бутылку горячей воды, приложи к голове и ложись, пожалуйста, баиньки, как послушный мальчик, ладно?

– Не-а. Я лучше пойду гулять и подстрелю индейца, так, для разминки.

– Ладно, но только одного индейца, не больше, малыш.

– Ага, только не забудьте эту свою шуточку, – заорал я в трубку и швырнул ее прямо ему в физиономию.

6

Веселая леди

По дороге вниз, к бульвару, в одной забегаловке, где меня хорошо знали, я выпил чашечку черного кофе с бренди. После этого желудок мой стал как новенький, но голова все равно была, как подобранная старьевщиком на помойке канистра, а усы по-прежнему воняли хлороформом.

Поднявшись к себе в контору, я отворил дверь передней комнаты. На сей раз их было двое – Кэрол Прайд и еще одна блондинка. Блондинка с черными глазами. Такая блондинка, что даже епископ мог бы проковырять пальцем дырку в дверном стекле, чтобы только поглазеть на нее.

Кэрол Прайд, сердито хмурясь, поднялась мне навстречу и представила:

– Это миссис Филип Кортни Прендергаст. Она уже довольно долго вас дожидается. А она не привыкла, чтобы ее заставляли ждать. Она хочет дать вам работу.

Блондинка нежно улыбнулась мне и протянула руку в перчатке. Ей было лет тридцать пять, и у нее было то самое мечтательное выражение широко распахнутых глаз – клянусь, я сроду не видал, чтобы черные глаза могли передать это выражение! Все, что может быть вам нужно в этой жизни – кто бы вы ни были, – все это в ней было. Я не обратил особого внимания, во что она была одета. Что-то такое черно-белое. Во всяком случае, это было то, во что одел эту фантастическую красавицу ее портной, а он должен был разбираться по высшему классу, иначе она не пошла бы к нему.

Я отпер дверь в свой интимный кабинет раздумий и пригласил их войти. С краю на моем столе красовалась неубранная полупустая квартовая бутыль виски.

– Прошу извинить меня, что заставил вас ждать, миссис Прендергаст, – сказал я. – Мне пришлось отлучиться по делу.

– Честно говоря, не вижу, зачем вам было отлучаться, – ледяным тоном вмешалась Кэрол Прайд. – Похоже, все, что вам нужно для работы, есть здесь, прямо на столе.

Я придвинул им стулья, уселся в свое вертящееся кресло, протянул руку к бутылке, и тут под моим левым локтем задребезжал телефон.

Незнакомый голос неторопливо заговорил с большими паузами.

– Далмас? О'кей. Пушка у нас. Тебе, небось, захочется получить ее назад, а?

– Обе. Я человек бедный.

– У нас только одна, – проговорил вкрадчивый голос. Одна – но та самая, которую легавые не прочь будут заполучить. Ну ладно, я перезвоню тебе попозже. Обдумай все как следует.

– Спасибо. – Я повесил трубку и, сняв со стола бутыль, поставил ее на пол и улыбнулся миссис Прендергаст.

– Разговор придется вести мне, – сказала Кэрол Прайд. – Миссис Прендергаст слегка простужена. Ей нужно беречь горло.

Она искоса бросила на блондинку один из тех взглядов, которых мужчины, по мнению женщин, не в состоянии понять, один из тех, что сверлят все, как бормашина у дантиста.

– Ну... да, – слегка наклоняясь, чтобы заглянуть за край стола, где я поставил на ковер бутылку виски, проговорила миссис Прендергаст.

– Миссис Прендергаст была со мной совершенно откровенна, – продолжала Кэрол Прайд. – Не знаю, чем я заслужила такое доверие. Разве что тем, что указала ей, каким образом можно было бы избежать неприятной огласки.

Я взглянул на нее, нахмурившись.

– Насколько я знаю, никакой огласки и не будет. Я не давно говорил с Ревисом. Он окружил все это дело такой секретностью, что взрыв динамитной шашки произведет не больше шума, чем беглый взгляд оценщика в ломбарде на долларовые часы.

– Ужасно смешно, – сказала Кэрол Прайд, – во всяком случае, для любителей подобного юмора. Но, как ни странно, миссис Прендергаст хочет получить назад свое ожерелье. И, по возможности, так, чтобы мистер Прендергаст не узнал, что оно было украдено. По-видимому, он до сих пор ничего не знает.

– Ну что ж, это меняет дело, – сказал я. (Черта с два он не, знает!).

Миссис Прендергаст одарила меня улыбкой, которую я почувствовал даже в заднем кармане брюк.

– А я так люблю простое ржаное виски, – проворковала она. – Может, мы... того, по маленькой?

Я достал стеклянные стопочки и снова водрузил бутылку на стол. Кэрол Прайд откинулась на спинку стула, с презрительным видом закурила сигарету и глядела в потолок. Но смотреть на нее было вполне приятно. На нее можно было смотреть довольно долго, не чувствуя головокружения. Не то, что на миссис Прендергаст – на эту достаточно было разок взглянуть, чтобы забыть, как тебя зовут.

Я налил обеим леди по стопочке. Кэрол Прайд до своей даже не дотронулась.

– На всякий случай, может, вы не в курсе, – проговорила она холодно, – имейте в виду, что Беверли-Хиллз, где живет миссис Прендергаст, – район не совсем обычный. У них радиофицированные машины с обратной связью, и вся территория охраняется спецнарядами, потому что за полицейскую охрану они платят кучу денег. Территория небольшая, так что каждый дюйм под присмотром. А в домах побогаче установлена прямая связь с Главным управлением – подземные коммуникации, которые нельзя перерезать.

Миссис Прендергаст тем временем одним глотком управилась со своим виски и нежно поглядывала на бутылку. Я надоил ей еще стаканчик.

– Это все ерунда, – промурлыкала она, сияя от удовольствия. – У нас есть еще очень чувствительные фотоэлементы, вделанные в дверцы сейфов и шкафов. Нажимаешь кнопку – и весь дом под сигнализацией, так что даже слуги не могут подойти близко к каким-то комнатам без того, чтобы через тридцать секунд в дверь уже не стучалась полиция. Великолепно, правда?

– Да, великолепно, – согласилась Кэрол Прайд. – Но все это – только на Беверли-Хиллз. Стоит вам выйти за пределы района – а вы ведь не можете провести всю жизнь на Беверли-Хиллз, если только вы не муравей, – и ваши драгоценности уже не в такой безопасности. Вот почему у миссис Прендергаст была копия жадеитового ожерелья – из стеатита.

Я выпрямился в своем кресле. Если меня не подвела память, Линдли Пол говорил что-то такое насчет этого ожерелья – что его, мол, невозможно подделать, даже если найти подходящий материал, что на это, мол, не хватит человеческой жизни.

Миссис Прендергаст допивала свой второй стаканчик, но его хватило ненадолго. Ее улыбка становилась все теплее и теплее.

– Так что, выезжая в театр или в гости за пределы Беверли-Хиллз, миссис Прендергаст должна была надевать копию своего ожерелья. В том случае, разумеется, когда ей хотелось надеть именно жадеит. На этот счет мистер Прендергаст всегда был очень требователен.

– А характер у него препаршивый, – вставила миссис Прендергаст.

Я приподнял ее руку и налил в стаканчик еще одну порцию виски. Кэрол Прайд, внимательно следившая за всем происходящим, в этот момент почти что заорала на меня:

– Но в тот вечер, когда на нее напали, она по ошибке надела не копию, а настоящий жадеит.

Я искоса взглянул на нее.

– Я знаю, о чем вы думаете, – отрезала она. – Кто мог знать о ее ошибке? О ней случайно, вскоре после того, как они вышли из дому, узнал мистер Пол. В тот вечер ее спутником был он.

– Он... ммм... он слегка потрогал мое ожерелье, – вздохнула миссис Прендергаст. – А он, знаете ли, мог определить подлинный жадеит на ощупь. Во всяком случае, я слыхала, что некоторые люди могут. А он так здорово разбирался в камнях.

Я снова откинулся на спинку своего скрипучего кресла.

– Черт подери, – пробормотал я с досадой. – Я должен был заподозрить этого молодчика с самого начала. Ведь у шайки должен был быть наводчик – непременно из хорошего общества. Иначе откуда они могли бы узнавать, когда деликатесы вынимаются из морозильника? Должно быть, он затеял с ними двойную игру, и они воспользовались случаем, чтобы убрать его.

11
{"b":"5701","o":1}