ЛитМир - Электронная Библиотека

– Смешно, что я позвонила не Уолтерсу, а вам. Он бы сумел защитить меня лучше вас. Только Уолтерс бы мне не поверил. Я подумала, что, может, вас удастся убедить. Я не приглашала Леопарди. Насколько мне известно, только мы на всем белом свете знаем, что он здесь.

Что-то в ее голосе заставило Грейса напрячься.

Долорес вытащила из нагрудного кармана зеленой бархатной пижамы маленький накрахмаленный платок, выронила его, быстро подняла и прижала ко рту. Внезапно, не произнеся ни слова, она начала дрожать, как осиновый лист, – Какого черта! – не сдержался Стив. – Я могу справиться с этим подонком одной левой. Я без труда вышвырнул его вчера ночью, когда он был вооружен и даже стрелял в меня.

Голова девушки повернулась, и на детектива уставились расширенные глаза.

– Но это не мог быть мой пистолет! – воскликнула певица глухим голосом.

– Что? Конечно, нет... Подождите...

– Сейчас это мой пистолет. Вы сегодня сказали, что вооруженная женщина может легко рассчитаться с ним.

Стив Грейс непонимающе смотрел на хозяйку. Его лицо побледнело, и он откашлялся.

– Он не пьян, Стив, – негромко объяснила Долорес Чиозза. – Он мертв.

Леопарди лежит в моей постели, в желтой пижаме с моим пистолетом в руке. Вы же с самого начала поняли, что он был не просто пьян, Стив?

Детектив вскочил, как пружина, и замер, разглядывая девушку. Затем облизнул губы и после долгой паузы предложил:

– Давайте взглянем на него.

Спальня находилась в задней части дома. Долорес вытащила из кармана ключ и открыла дверь. Окна закрывали венецианские шторы, на столике горела лампа. Стив молча вошел в комнату, ступая, как кошка.

Леопарди раскинулся посередине кровати. В смерти этот крупный, красивый мужчина, чье лицо покрылось восковой бледностью, стал терять реальность.

Сейчас даже его усы казались приклеенными. Создавалось впечатление, что его полуоткрытые, невидящие глаза, похожие на мраморные шарики, никогда не видели. Трубач лежал на спине на простынях. В изножьи кровати валялось скомканное одеяло.

На Короле была желтая пижама с отложным воротником. Тонкая ткань на груди потемнела от крови, которая просачивалась через шелк, как через промокашку. Несколько пятен крови виднелись и на обнаженной коричневой шее.

Разглядывая труп, Стив Грейс невыразительно заметил:

– Король в желтом. Когда-то я читал книгу с таким названием. Наверное, он любил желтый цвет. Я-то знаю, ведь я собирал его вчера ночью. Хотя он и любил такой немужской цвет, его нельзя назвать трусом, так?

Долорес уселась на плетеный стул в углу комнаты и уставилась на пол. На полу лежал кофейного цвета ковер. Мебель была угловатой, из инкрустированного дерева. Около кровати стоял маленький туалетный столик с зеркалом, а в углу – стол с хрустальной фигуркой собаки и лампой с самым пузатым абажуром, какой Стив когда-либо видел.

Детектив перестал разглядывать комнату и опять посмотрел на Леопарди.

Осторожно приподняв пижаму, принялся изучать рану. Пуля вошла прямо над сердцем, и кожа на этом месте была опалена и испещрена точками. Крови вытекло не так уж много. Руководитель оркестра умер за какие-то доли секунды.

В его правой руке лежал маленький маузер.

– Какой артистизм, – заметил Стив. – Да, отличный вкус. Типичная контактная рана, по-моему. Он даже немного задрал пижаму. Я слышал, что иногда так бывает. Это 763-й маузер. Уверены, что ваш пистолет?

– Да, – девушка продолжала смотреть на пол. – Он лежал незаряженный в столе гостиной. Мне кто-то когда-то подарил. Я даже не знаю, как его заряжать.

Стив улыбнулся. Долорес Чиозза внезапно подняла глаза, увидела улыбку и задрожала.

– Я не надеюсь, что кто-нибудь в это поверит, – безнадежно проговорила она. – По-моему, нужно звонить в полицию.

Стив рассеянно кивнул, сунул в рот сигарету и принялся гонять ее из угла в угол еще вспухшими губами. Зажег о ноготь большого пальца спичку, выпустил немного дыма и спокойно заявил:

– Никаких копов. Еще рано. Рассказывайте.

– Я пою на местной радиостанции, – начала рыжая певица, – три вечера в неделю во время четвертьчасовой программы автомобильной компании. Сегодня был один из моих рабочих вечеров. Мы с Агатой вернулись домой где-то в пол-одиннадцатого. У самого дома я вспомнила, что закончилась содовая, и послала Агату в бар в трех кварталах отсюда, а сама зашла в дом. Сразу почувствовала странный запах, но не поняла, что это такое. Похоже, будто несколько мужчин побывали в доме. Когда я вошла в спальню, он лежал так, как лежит сейчас. Я увидела пистолет и сразу поняла, что пропала. Я не знала, что делать. Даже если полиция поверит мне, везде, где бы я ни...

– Как он попал в дом? – резко прервал Стив.

– Не знаю. j, – Продолжайте.

– Я заперла дверь в спальню, разделась, а он все это время лежал на моей кровати. Затем отправилась в душ, чтобы собраться с мыслями, если они вообще у меня есть. Спальню я заперла и ключ забрала с собой. Агата уже вернулась, но не думаю, что она заметила, в каком я состоянии. Итак, я приняла душ, и мне стало чуть лучше. Я выпила и позвонила вам.

Девушка замолчала и, послюнявив пальчик, пригладила им левую бровь.

– Вот и все, Стив, абсолютно все.

– Прислуга может быть довольно любопытной. По-моему, ваша Агата относится к разряду самых любопытных, – он подошел к двери и посмотрел на замок. – Держу пари, что три-четыре ключа, имеющихся в доме, могут открыть этот замок, – Подойдя к окнам, детектив потрогал шпингалеты и посмотрел на сетки. Затем равнодушно бросил через плечо:

– Король любил вас?

– Он никогда не любил ни одну женщину, – ответила хозяйка резким, почти гневным голосом. – Пару лет назад, в Сан-Франциско, когда я пела с его оркестром, вокруг нас ходили какие-то глупые сплетни. Леопарди в заявлении для печати, чтобы создать рекламу своим концертам в «Шалот-те», опять вспомнил те слухи. Сегодня днем я говорила ему, чтобы он прекратил распускать эту грязь и что я не хочу, чтобы кто-нибудь мог связать наши имена. От личной жизни Короля воняло за много миль. Весь музыкальный мир знает это. Но ему все прощалось, в шоубизнесе первосортные исполнители появляются не каждый день.

– Ваша спальня оказалась единственной спальней, куда он не получил приглашения?

Долорес покраснела до корней темно-рыжих волос.

– Звучит грязно, – согласился детектив, – но я должен учесть все возможности. Так это правда?

– Да. Но я бы не сказала, что моя спальня единственная.

– Выйдите в гостиную и сделайте себе коктейль. Девушка встала и пристально посмотрела на Стива Грейса.

– Я не убивала его, Стив. Я не впускала его в дом. Я не знала, что он приедет сюда, даже не подозревала, что у него есть причины для этого. Хотите верьте, хотите нет. Но что-то в этом самоубийстве не то. Леопарди последний человек на белом свете, который захочет добровольно расстаться со своей роскошной жизнью!

– Он не расстался добровольно с жизнью, мой ангел, – возразил Стив. – Его убили. Все это фальшивка, чтобы Джумбо Уолтерс прикрыл вас. Идите выпейте.

* * *

Стив подождал, пока из гостиной не донесутся звуки. Затем с помощью платка вытащил из руки Леопарди пистолет, тщательно вытер его, достал обойму и тоже вытер, протер каждый патрон. Стив вновь зарядил маузер, дослал один патрон в ствол, вложил пистолет в руку убитого, положил указательный палец Леопарди на спусковой крючок и естественно бросил руку на кровать.

В простынях детектив нашел гильзу, тоже вытер и вернул на место.

Понюхал платок, затем подошел к шкафу с одеждой.

– А ты не очень аккуратно обращался со своей одеждой, парень,прошептал Стив.

Под светло-коричневым пиджаком из грубой ткани висели темно-серые брюки с поясом, сделанным из кожи ящерицы. Рядом неряшливо болтались желтая сатиновая рубашка и зеленый галстук. Из кармана пиджака на четыре дюйма выглядывал зеленый платок. На полу стояли коричневые спортивные туфли из кожи газели, из которых торчали носки. Тут же валялись желтые атласные трусы с черными инициалами.

8
{"b":"5702","o":1}