ЛитМир - Электронная Библиотека

— Не знаю. Она могла знать о туннелях. Они с Тэдом были очень близки.

— Но он упомянул ее в своем завещании, — заметила Уиллоу, глядя на дорогу через ветровое стекло. — Этого было достаточно для того, чтобы безбедно жить, не воруя из его поместья.

— Там также были и мужские следы. От больших кроссовок. Мы измерим длину ступни Марка, пока будем у него, — добавила Рейчел, замедляя ход при въезде в город.

Она притормозила в конце улицы возле сельской зеленой лужайки, выключила мотор и бросила взгляд на засаженный огромными кленами и уставленный садовыми скамейками парк, в котором гуляло множество людей, детей и собак.

— Где мы установим Буревестника? — спросила она. — Около эстрады или около мемориала ветеранам?

— Я думаю, что он должен стоять отдельно, — решила Уиллоу, указывая направо. — Вон там, в зеленой зоне между двумя тропинками. Мы можем просто установить его на подставку, которую ты сделала. Я думаю, она вполне устойчива.

— Может быть, если он всем понравится, они соберут деньги и купят гранитный пьедестал, — размечталась Рейчел. — И повесят дощечку с благодарностью анонимному благотворителю.

— А как мы вывезем его из подвала?

— Я думала об этом. Мы может завернуть его в одеяла, положить доски на наружные ступеньки подвала и просто поднять с помощью лебедки на задний багажник пикапа. Затем, когда мы сюда приедем, мы осторожно вынем его и поставим на подставку.

— Нам понадобится мужская помощь, — предупредила Уиллоу. — Твое колено еще недостаточно зажило для того, чтобы тащить Буревестника весом в триста фунтов.

— Как насчет парочки апостолов? — предположила Рейчел. — Мы могли бы купить их молчание клубничным пирогом. Эти мужчины любят поесть.

— Я никогда больше не дотронусь до клубники, — прошипела Уиллоу. — Мы до сих пор настолько пьяны, что у нас двоится в глазах. А ты еще хочешь, чтобы мы вломились к Марку и Мэри Олдер и шпионили за ними.

— Мы не будем вламываться, мы просто войдем. И по-шпионим совсем немножко.

Уиллоу, прищурившись, посмотрела на сестру:

— Ты получаешь от этого удовольствие.

— Нет. Я стараюсь защитить наше имя. А завтра, когда приедет маленький тиран Микаэла, я умою руки.

— Ты знаешь что-нибудь о матери Микаэлы?

Рейчел молча покачала головой.

— И ты даже не подумала спросить?

— Я думала. Но это чересчур личное.

— А секс не чересчур личное? — насмешливо спросила Уиллоу, подняв брови.

— Нет, секс не предполагает автоматически дружбу. Я сказала тебе, что не собираюсь крепче привязываться к Кинану Оуксу, чем сейчас. У меня просто… загул, — сказала она, помахав рукой в воздухе. — Да, маленький веселый загульчик. Мне надо перебеситься. Только и всего.

— А Ки тоже так чувствует? — спросила Уиллоу.

— Он мужчина. Конечно, он чувствует то же.

Она завела мотор и снова выехала на улицу. Они ехали молча, пока не доехали до пожарной станции и мяукающих и свистящих идиотов пожарных. Уиллоу, конечно, не могла устоять и опустила стекло, отвечая на их мяуканье разнообразными звуками, высунувшись из окна и дурачась.

Но это продолжалось недолго. Как только пожарные скрылись из виду, Уиллоу обхватила голову руками и вслух выругалась.

Проехав три мили вниз к океану, они наконец притормозили возле верфи Лейкмана. За последние восемь лет под руководством Марка Олдера верфь совершенно преобразилась. А два года назад, когда Рейчел продала ему свои акции, он начал приводить это место в порядок — покрасил, установил новую вывеску, озеленил подъездную аллею. На вывеске он написал свое имя: «Марк Олдер, владелец/управляющий».

Рейчел была рада, что продала свои акции Марку и что Уиллоу собиралась сделать то же самое. При том что его мать до сих пор так тяжело переживала смерть Тэда, Марк по крайней мере заслужил признание, которое пришло вместе со статусом успешного бизнесмена в их районе.

Рейчел очень надеялась, что он не посещал Саб-Роуз со своей матерью. Если только… если только не приходил туда за ней.

— Послушай, возможно, следы в туннеле и в самом деле принадлежат Марку, — произнесла она вслух. — И он делал что-нибудь вполне невинное, например, приходил в Саб-Роуз за Мэри, чтобы отвести ее домой. Что, если она наведывается туда с тех пор, как умер Тэд, потому что не может его забыть?

— И берет вещи? Не для продажи, а для обладания. Люди придают вещам особый смысл, когда находятся в депрессии.

— О'кей. — Рейчел схватила Уиллоу за руку, не давая ей выйти из машины. — Мы измерим ногу Марка и, если она примерно того же размера, изложим нашу теорию Ки.

— Это первая разумная мысль, которую ты сегодня высказала, — сказала Уиллоу, состроив гримаску.

Рейчел смерила ее надменным взглядом.

— Мы еще должны найти чертежи, — предупредила она.

— Я даю тебе на все двадцать минут. И если ты их не найдешь, то больше мы ими заниматься не будем.

Рейчел кивнула и открыла дверь.

— Ну что? — спросила Уиллоу, когда они отъехали от верфи Лейкмана.

— Я ничего не нашла. Но на ящике, где они должны были лежать, есть свежие отпечатки пальцев, измазанных грязью. Кто-то недавно открывал его.

Уиллоу вздохнула и закрыла глаза, откинув голову на подголовник.

— Так что мы ничего не узнали, — проговорила она устало.

— Марк сказал, что его мать заходила сюда на прошлой неделе, и я поняла, что это бывает редко. Странно… «Норвежская ночь» сгорела в тот же день, когда в газете появилась статья о Кинане Оуксе.

— И что из того?

— Что, если статья напугала Мэри Олдер? Что, если она знала о «Норвежской ночи» и о двух других шхунах? Она могла взять чертежи. Не исключено, что поэтому она и посещала верфи.

— Ты действительно думаешь, что пожар на лодке связан с приездом Кинана Оукса?

— Если нет, то это странное совпадение.

Уиллоу выпрямилась:

— Если Мэри и сожгла эту шхуну, возможно, она просто старается защитить имя Тэда, как мы стараемся защитить папу. А у Марка большой размер ноги, хотя на нем были рабочие ботинки, а не кроссовки, — со вздохом добавила Уиллоу. — Правда, это ничего не доказывает.

Рейчел задумалась о Мэри Олдер, о «Норвежской ночи» и пропавших чертежах. Она ничего не понимала. Если поджог корабля был спровоцирован статьей в газете, то кто это сделал?

— Почему Ки не вызвал полицию и не заявил о пропавших вещах? — спросила Уиллоу.

— Хороший вопрос, — заметила Рейчел.

— Если только он не считает тебя замешанной в их пропаже, — размышляла Уиллоу.

Рейчел промолчала.

Уиллоу снова откинулась на подголовник.

— Откуда он знал, что изумруды были похищены во Франции семнадцать лет назад и что они стоят миллион долларов? — продолжала она. — И о других вещах, которые ты положила в склеп. Как он узнал, что все они краденые?

Рейчел собралась что-то ответить, но вместо этого вдруг улыбнулась, притормозив машину у обочины дороги, и стала наблюдать в зеркало за подъезжавшим к ним автомобилем.

— В котором часу твое свидание? — спросила она у Уиллоу.

— Назначено на семь.

— Может быть, он отменит его, — предположила она, кивая в сторону шерифа.

Уиллоу обернулась и выглянула из заднего окна.

— Твоими бы устами, — хмыкнула она.

— Нам нужен его пикап, Уилли, — напомнила Рейчел. — Сегодня вечером.

Ларри подошел к дверце Уиллоу, и Рейчел нажала на кнопку, чтобы опустить ее окно.

— Привет, — сказал он, прислоняясь к ее двери.

— Вы по-прежнему хотите свидания? — спросила Уиллоу.

— Простите, но я вынужден отменить его, — сокрушенно покачал головой Ларри. — Мне нужно сегодня дежурить две смены. Вы приедете в следующий уик-энд?

— Нет, я хочу обустроить мою новую квартиру. Ларри, у вас ведь есть грузовой джип, не так ли?

Рейчел с улыбкой наблюдала за тем, как Ларри с гордостью выпятил грудь.

— Да, это совсем новенький «шевроле» с турбодвигателем «Исузу», пятискоростной коробкой передач «Эллисон» и кожаными сиденьями. — Он понизил голос и наклонился к Уиллоу: — Вы хотите, чтобы я помог вам переехать в Огасту?

40
{"b":"5798","o":1}