A
A
1
2
3
...
12
13
14
...
84

Глава 12

Через час мы шли по набережной в ту сторону, откуда раздавалась бравурная музыка. Подавляя растущее беспокойство (танцевать-то я не умею), я объяснял Ларисе, зачем сделал сайт с Эйнштейном, который так развеселил ее отца, пересказывал забавные угрожающие письма — в общем, заботился, чтобы девочка не скучала.

К дискотеке мы подошли, когда оркестр закончил играть популярную песенку «Поцелуй меня в попочку» и завел «Трахни меня на Липари». Отвращение так явно отразилось на моей физиономии, что Лариса засмеялась и сказала:

— Ладно, пошли отсюда. Ты ведь никогда здесь раньше не был?

— Нет.

— Тогда я покажу тебе город.

Липари — одно из самых старых поселений на планете. И самых тихих: на всем острове бластеры есть только у береговой охраны клана Кальтаниссетта. Городок живет за счет курорта и даров моря. Устричные и жемчужные фермы, рыбная ловля. В маленьких кафе поют красивые старинные песни на почти забытом сейчас итальянском. Узкие кривые улочки, на которых не разъехаться двум элемобилям, перебираются через многочисленные горки. Невысокие дома построены из местного известняка.

— Наверное, такими были старинные города на Земле.

— Наверное.

Я стал делиться своими новообретенными познаниями в истории и обещал завтра показать картинки на считывателе.

— Только аги там не росли, — сказала Лариса, показывая на старое узловатое дерево.

— А плоды уже созрели. Хочешь?

— Хочу!

Снизу уже, конечно, все было сорвано, и я полез наверх.

— Лови!

— Поймала!

— И еще!

— Хватит, слезай!

Я сорвал еще один любимый фрукт моего Мыша и съехал вниз по стволу, здорово ободрав колени.

— Это дерево отомстило мне за несчастного Ружеро. Наверное, они родственники, — пошутил я, отряхиваясь.

Перемазанные соком аги, мы отправились в обратный путь. К гостинице мы подошли за десять минут до назначенного Ларисе крайнего срока возвращения.

Договорившись встретиться утром, мы поднялись на второй этаж и попрощались у дверей ее номера. Я бегом спустился вниз и успел заметить, как зажегся свет в окне почти напротив двери, у которой мы расстались: значит, это ее окно.

Стены гостиницы увиты диким виноградом, и забраться по ним не проблема. Где-то тут был большой розовый куст. И еще мне понадобится вода. Декоративная ваза стоит на каждом балконе, так что об этом заботиться не придется.

Достать розы и бутылку воды несложно. А как забраться по лозам до второго этажа, чтобы при этом букет не превратился в веник? Заворачиваем цветы в рубашку и засовываем сзади под ремень, бутылку берем за горлышко в зубы. Хорошо, что меня никто не видит. Долез, поставил, теперь можно спускаться. Прямо в объятия патрулю. Пришлось объясняться. От моей фамилии охранников прямо-таки перекосило, но мстить мне они не стали, понадеявшись, что меня и без них накажут за позднее возвращение. Ха, вы будете разочарованы.

— Ты подрался со стаей бродячих кошек? — хмыкнул проф.

— Нет, с розовым кустом, — ответил я и пошел спать.

Глава 13

Столь же идиллически прошли еще три дня — за тем исключением, что я не дрался с Ружеро и каждый раз ставил Ларисе на балкон цветы какого-нибудь другого вида и цвета, чем очень ее веселил. Еще я облазал у нее на глазах все окрестные скалы, спрыгнул в воду отовсюду, откуда было можно, и прочесал дно бухты в поисках красивых раковин.

Рассвет четвертого дня разбудил меня грохотом недалёкого взрыва. Я быстро вскочил, надел джинсы и темную рубашку с длинным рукавом: если ничего страшного не произошло, переодеться я всегда успею. Проф уже стоял в нашей гостиной у окна. Оглядев меня с одобрением, он приказал:

— Пробеги по этажам, начиная сверху, и позаботься, чтобы женщины и дети спустились в убежище. Потом приходи в ресторан.

— Хорошо, — ответил я и побежал, одновременно пытаясь понять, что же случилось.

Паники нигде не было, мужчины собирали своих жен и детей и помогали им спуститься в подвал. Пока я бегал, ко мне присоединились несколько ребят моего возраста, в том числе Ружеро. Мы убедили нескольких дам бросить драгоценности и наряды и помогли какой-то одинокой женщине с двумя малышами спуститься вниз (где ее мужа черти носят?).

Алекса его отец попытался тоже затолкать в убежите, но он выскользнул и спрятался за моей спиной. Ему были обещаны всевозможные кары, но мальчик только ухмыльнулся.

— Энрик! — Проф меня уже заждался.

Я помчался в ресторан, ребята побежали за мной. Сейчас убежище закроют, и никого из нас уже будет туда не загнать.

В ресторане раздавали бластеры и снаряжение. Распоряжался почему-то проф. Думать об этом было некогда: есть дела поважнее. Я посмотрел в окно: у выхода из бухты догорали два боевых катера, на месте ракетной батареи дымилось черное пятно, а в самой бухте всплывала большая боевая подлодка. Значит, на охрану уже можно не рассчитывать.

— Ого! — произнес кто-то за моей спиной.

— Управление огнем вышло из строя, — синьор Арциньяно что-то лихорадочно набирал на своем ноутбуке, — восстановлению не подлежит.

— Понял, — ответил проф. Потом обратился ко мне: — Энрик, — он показал на разложенную на столе карту, — видишь эту скалу? Ты на нее лазал?

— Лазал, — признался я.

— Вот здесь стоит небольшая автоматическая лазерная пушка, но управлять ею мы не можем. Сумеешь запустить ее в автономном режиме?

— Попробую. А вот здесь, — показал я на скалу, вершина которой, как я знал, была похожа на корону, — можно засесть с бластером и не давать им высунуть нос на палубу.

Проф немного подумал.

— Отлично, бери с собой этих ребят и действуй. Сколько тебе понадобится времени?

Я прикинул расстояние, которое придется проползти на животе:

— Часа полтора. Сколько я должен продержаться?

— Помощь будет к вечеру. Бери, — он протянул мне комм-браслет. — Канал защищен, но… Удачи!

Мне кинули бластер и рюкзак со снаряжением. Положили рядом батарею для пушки и несколько запасных зарядок для бластера.

— Канистру с водой! — потребовал я. — Литров пять.

Потом я оглядел свою армию: она состояла из Ружеро, Алекса и Паоло, которых я знал по совместным тренировкам, и еще одного парня.

— Как тебя зовут? — спросил я.

— Гвидо.

— Ты давно приехал?

— Месяц назад.

— Почему не ходишь на кемпо?

— Так каникулы! — простодушно ответил он. Желание оставить этого парня было нестерпимо, пусть проф сам с ним нянчится. Нет, нельзя. У профа своих проблем хватает. Лицо Ружеро выдавало презрение, в котором можно было утопить сотню таких Гвидо. Я вспомнил о самом главном и протянул руку своему сопернику. Ружеро ее принял:

— Но когда все кончится, я тебя по татами размажу, тигр ползучий!

Я посмотрел ему в глаза. Игры кончились: если противник высадит десант, то проф, синьор Арциньяно, отцы Ружеро, Алекса и других ребят погибнут наверняка. Детей и женщин, кроме тех, что работают в корпорации, вернут за выкуп. Скорее всего. Я плохо представлял себе, от чего мы защищаем Ларису, но знал, что это что-то ужасное. Ружеро, наверное, думал так же.

Я навьючил канистру на Алекса, запасные зарядники — на Ружеро, а батарею для пушки — самое главное — на себя. В рюкзаки Паоло и Гвидо я положил по два лишних рациона — запас карман не тянет.

— За мной!

Мы побежали по дорожке, спрятанной среди кустов. Так, кое-где пригибаясь, достигли кромки скал. Дальше нам пришлось гораздо хуже: забираться наверх с тяжелыми рюкзаками за спиной, хоронясь в выступах скал, чтобы нас не заметили с моря, очень и очень непросто.

Наконец мы добрались до скалы, на которой я собирался держать оборону.

— Ружеро, ты старший! Следите за лодкой и укрепите бруствер.

— Угу. — Он поставил регулятор бластера на близкую фокусировку.

Приятно иметь дело с умным человеком: Ружеро сейчас сплавит скалы не хуже, чем ультразвуком.

13
{"b":"71","o":1}